Последняя легенда Аскондинов (СИ) - Локтев Руслан - Страница 36

- Думаю, надо немного поспать. Илидир сказал, что завтра мы уже будем у Фаринола.

- Спасибо.

- За что?

- За то, что не ушёл.

Тейлас посмотрел на эльфийку и понял, что он был прав. Какой бы не была она твёрдой и неприступной, благодаря своему характеру, ей редко удавалось вести беседы с остальными эльфами. Теперь он многое понимал. Её наверняка не раз сравнивали с Тиной и другие. И это ранило её до глубины души. И не смотря на то, что она была противоположностью своей сестры, она была тем, кто она есть. Тара - воительница из эльфийского леса. Но это в ней и ценил Тейлас, потому что она не старалась казаться другой, как многие люди, она была честной и по отношению к себе и по отношению к другим. Теперь он её видел.

Капли дождя неистово барабанили по каменным монументам, в лесу раздавался протяжный рёв какого-то крупного животного. Туман начал застилать руины. Впереди были предрассветные сумерки.

На эльфийский лес вновь опустилась непроглядная белая пелена. В этой белой дымке руины выглядели тайной обителью призраков давних эпох. Собравшись, чуть свет, позавтракав и оседлав гулов, эльфы вновь отправились в путь. В плотном тумане гулы двигались медленно и осторожно. Эльфы обменивались сигналами, как будто общались о чём-то между собой. Тейлас ехал рядом с близняшками.

- О чём они говорят? - спрашивал он у Тары.

- Илидир распределяет обязанности. Отдаёт приказы. Кто-то останется у сгоревшего леса, чтобы следить за гулами. Оттуда мы отправимся пешком - отвечала эльфийка.

- Сгоревший лес?

- Да, местность на окраине Фаринола. Когда-то лес сгорел от крупного лавового потока, спустившегося с гор. Он так до сих пор и не восстановился, ты увидишь всё своими глазами.

И через пару часов Тейлас действительно увидел мрачное зрелище. Перед пустошами Фаринола стеной стоял зелёный лес, а на окраине, словно острые колья на несколько лиг вперёд тянулись обугленные стволы деревьев, без ветвей и листьев. Мёртвый лес, словно ощетинившийся ёж, пронзал дымку тумана своими иглами. Здесь эльфы оставили гулов и, взвалив на себя всю поклажу, двинулись сквозь эту неприветливую местность. Казалось, что всё вокруг здесь вымерло, не слышно было ни пения птиц, ни стрекота насекомых. А потом они оказались на скалистом плато Фаринола. На многие расстояния вокруг тянулась каменистая пустошь, а вдали высокая горная гряда, как панцирь огромного чудовища, заключала в объятья небеса. Небо стало мрачным. Это место напомнило Тейласу Аронгер. Много веков плато Фаринол формировалось благодаря лавовым потокам, изливавшимся с высоких вулканов и из лавовых трещин. Здесь всегда было неспокойно, и часто ощущались подземные толчки. И не смотря на это, где-то здесь была возведена древняя цитадель орков - Канингор.  На всём плато следов орков отряд Илидира так и не обнаружил, хотя дважды эльфы наталкивались на группу странных чудовищ, похожих на уродливых человекоподобных ящеров. Эльфы называли их калматами. По слухам они питались падалью, однако когда были голодны, были не прочь напасть на живых. Илидир говорил, что орки раньше часто становились добычей этих странных существ по глупости и невнимательности. Но это было много лет назад, до того как они покинули эти земли и ушли в Нифльхейм. Теперь они вернулись обратно. Кто мог предполагать, что эти земли когда-нибудь вновь станут опасным оплотом тьмы. Отряд Илидира разделился на несколько групп. Сам он и ещё двое эльфов шли в авангарде. По три эльфа осматривали местность по флангам, Реамиль с несколькими эльфами прикрывал тыл. Тейлас оказался прямо в середине, вместе с Тарой, Тиной, Анволосом и ещё двумя эльфами. Он чувствовал себя молодым оленёнком, которого прикрывают со всех флангов более старшие родичи. Как будто его пытаются уберечь от чего-то. Он постоянно озирался по сторонам и прислушивался к звукам. Эльфы больше не могли общаться здесь своей азбукой, поэтому каждый из них был слеп и мог только прикрывать тех, кто шёл в центре и чьи жизни, как думалось, были наиболее ценными для отряда. Илидир же был одним из самых опытных воинов и поэтому пробивал путь вперёд, хотя казалось, его жизнь в отряде была самой важной. Если не он, то никто не сплотит эльфов. Настоящий лидер и мудрый наставник, он был иконой для всех своих товарищей. Если бы не он, никто бы не пошёл к этим пустошам. Но и сам капитан, прошлым вечером заявил Тейласу, что не пошёл бы в этот поход, если бы в его отряде не было Тейласа, единственного, кто обладает магией, пусть и бесконтрольной. Именно поэтому он приказал товарищам охранять его как зеницу ока. Однако он также понимал, что Тейлас не сможет противостоять тёмному лориндору. Тогда почему? Аскондин начал понимать, что в рукавах Илидира есть ещё не один козырь, о котором Тейласу пока не сообщают.

Впереди раздался свист. Тейлас насторожился.

- Не бойся, если впереди что-то страшное мы сможем тебя защитить - промолвила Тара.

- Я не боюсь, они остановились - промолвил Тейлас.

- Мы уже рядом - произнёс Анволос - Канингор уже близко.

Тина как будто глубоко вздохнула, подготовившись увидеть что-то страшное. Фланги стянулись к центру. Тыл скорее подтянулся к остальным. И вот отряд Илидира оказался на краю огромной пропасти. Внизу бурлил горячий лавовый поток. Впереди виделись мрачные бастионы неприступной твердыни. Стены высокие, как скалы каньона, острые смотровые башни. Издалека Канингор напоминал огромную чёрную корону. Это был не город с дворцами, мостовыми и тавернами, это был форт орков, похожий на сундук из адаманта с небольшой замочной скважиной - воротами, которые были совсем крошечными, по сравнению с самой твердыней. К этой крепости, стоявшей прямо у подножия гор, вела небольшая горная дорога, которая чётко выделялась на всём лавовом плато. Она была более светлой, по сравнению со всем окружающим ландшафтом. А кругом открывались глубокие трещины, которые дымились, словно непотушенные костры, прямо из земли били гейзеры, в лавовой реке надувались огромные пузыри, лопаясь и обдавая горячим воздухом даже на расстоянии многих метров. Тейлас почувствовал на себе жар этого потока. На лбу выступил пот, когда он взглянул вниз, ему показалось, что он опустил лицо к горячему кузнечному горну.

- Вот мы и на месте - промолвил Илидир и указал рукой - Канингор, а над ним никогда не спящий каменный дракон.

Над горной грядой высился огромный, всегда дымящийся вулкан - Амукен, который эльфы называли каменным драконом, постоянно изрыгающим дым и пламя.

- Капитан - произнёс беспокойный голос Анволоса - Кажется у нас тут другой каменный дракон.

Все эльфы обратили взор туда, куда указал эльф. Рядом с каменной тропой, которая вела к Канингору, как будто зашевелились скалы. Они вздымались над всем остальным ландшафтом и  принимали необычную форму. Тара достала из-за пазухи, где у неё хранилась свирель, какую-то другую странную трубку и прислонила к одному глазу, как будто целясь к тому месту, где оживали скалы.

- Что там, Тара?

- Каменный дракон - опередив её, подтвердил Анволос.

- Он настоящий? Я не могу понять. Это точно не иллюзия. Как будто и правда дракон, но он... - произнесла Тара, передав трубку Тине.

- Порождение тёмной магии - сказал Илидир - Только могущественная сила может одушевлять неодушевлённое.

- Я уже видел нечто подобное - сказал Тейлас, получивший трубку от Тины - Железные великаны на перевале между Шеринвеном и Даркаром. Это чудище наверняка имеет ту же природу.

Тара неожиданно выхватила у Тейласа трубу и спрятала в кармашке куртки.

- Капитан, нам ещё не поздно повернуть назад - сказала она.

- Нет, если уж мы пришли сюда, то должны идти до конца. Глупо было бы поворачивать обратно - не согласился Илидир.

- Но этот дракон охраняет проход!

- Если бы он нападал на всех подряд, то там не смог бы пройти даже орк - догадалась Тина.

- Ты права... Анволос, развьючивай тюки! - приказал капитан.

Тейлас заметил, что поклажа Анволоса была намного больше, чем у всех остальных. Несомненно он таскал с собой огромное количество оружия и различных кузнечных приспособлений, но что в нём могло находится ещё? Тейлас был удивлён, как тонкий и не особо крупный эльф с лёгкостью обращался с такой ношей, ловко расправился с узлами и застёжками и, наконец, представил на обозрение всем содержимое своего тюка.