Назад дороги нет (СИ) - Серебрянская Арина - Страница 14

Я взглянула на Софи. Она сидела возле постели парня в одной позе, не сменяя её на протяжении тех трёх часов, что мы здесь находились. Девушка положила свою ладонь поверх руки парня, гладила её и что-то шептала вполголоса. Мне было больно на это смотреть. Ей нужно было поспать, а вместо этого она сидела и ждала, сама не понимая, чего именно.

— Софи, иди домой, — наконец, не выдержала я.

Девушка подняла глаза и удивленно на меня посмотрела.

— Ты устала, у тебя сильный недосып. Тебе нужно отдохнуть. Я посижу с Питером, и если он вдруг очнется, я тебе сообщу, — произнесла я, поднимаясь со стула, на котором всё это время сидела, и направилась в сторону кровати.

— Я не могу, — попыталась сопротивляться Софи, но я её тут же прервала.

— Можешь.

Видимо, поняв, что она сейчас не в состоянии со мной спорить, девушка поднялась со своего места и подошла ко мне.

— Спасибо, — тихо произнесла она, обняв меня. Я погладила её по спине.

— Всё будет хорошо.

Уже стоя на пороге, она обернулась и произнесла:

— Обязательно позвони.

Я кивнула. И только когда за девушкой закрылась дверь, поняла, что не смогу этого сделать. У меня не было с собой телефона.

Но Софи уже ушла.

За окнами полностью стемнело. Я ходила кругами по комнате, думая, куда запропастились мужчины. Питер всё так же спокойно лежал, и понять, что он жив, можно было только по кардиографу, на котором высвечивались колебания его сердечного ритма. Я не могла даже присесть, потому что моё состояние в тот момент близилось к пику — скоро должен был нагрянуть убийца, а я здесь одна, и плюс ко всему, совершенно обезоружена. Это обстоятельство удручало, но я пыталась вести себя спокойно и сдержанно.

Вдруг скрипнула дверь. Я резко обернулась. На пороге стоял тот самый хирург. В руках у него был пакет с прозрачной жидкостью. Судя по всему, с глюкозой.

— Простите, я думал, здесь никого нет, — сказал он, проходя внутрь. — Мне нужно поставить капельницу пациенту.

— А разве этим занимаются не медсёстры? — спросила я, пропуская его к парню.

— С этим мальчиком нужна предельная осторожность, — ответил доктор. — Прошу вас пока что покинуть помещение. Когда закончу, я вас позову.

Я пожала плечами. Ну, мало ли. Но всё же я немного удивилась, ведь он за всё время нашего общения ни разу не назвал полностью имя Питера.

Выйдя из палаты, я решила пройтись по коридору. Пока я осматривала его высокие потолки и красивые зарешёченные окна, ко мне пришла мысль, что это место действительно больше похоже на музей, нежели на больницу. Попади я сюда случайно, никогда бы и не догадалась о его действительном назначении.

Погруженная в свои мысли, я шла всё дальше и дальше по коридору, как вдруг на повороте случайно столкнулась с мужчиной. Это тоже был доктор. Он имел уставший вид и красные глаза, какие бывают, если всю ночь не спишь, а только пьешь кофе и занимаешься делами. Он нес в руках небольшую папку с бумагами, которую благополучно выронил, когда я в него вписалась.

— Простите, пожалуйста, — произнесла я, садясь на корточки и собирая документы обратно в папку. Сложив всё как было, я закрыла её и увидела на обложке прикрепленную скрепкой фотографию Питера. — О… Вы несете доктору документы? Если хотите, я могу занести, мне всё равно нужно туда возвращаться.

— К доктору? Извините, но я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, — усмехнулся он, забирая у меня папку.

— Ну как же, к хирургу, который оперировал этого парня, Питера, — я попыталась улыбнуться, дабы сгладить неловкость ситуации.

— Вы, вероятно, что-то путаете. Я оперировал Питера МакКонахи, — произнес мужчина, глядя на меня, как на умалишенную.

— Но как же…

Нет, только не это.

Мне хватило секунды, чтобы осознать, что же всё-таки произошло. Я идиотка. Полная идиотка!

Я рванула по коридору, оставив мужчину в полном изумлении смотреть мне вслед. Всё это время убийца был так близко к нам, а я просто зациклилась на том, что это должна быть девушка, которая специально проникнет в больницу ради убийства. Как же я узко мыслила! Убийцей не обязательно должен быть один и тот же человек. Ну почему, почему я не подумала об этом раньше?

Подбежав к нужной двери, я с силой её толкнула, предполагая, что она будет закрыта. Но дверь легко отворилась, впуская меня в комнату. Быстро войдя внутрь, я увидела мужчину, стоящего рядом с кроватью Питера и вещающего пакет с жидкостью для капельницы на специальный держатель. При звуке выбитой мною двери он обернулся.

Наступила немая сцена.

Мужчина замер, глядя на меня. У него в руках не было ножа или другого оружия, которым он мог бы причинить вред Питеру. Он лишь вешал на крючок пакет с глюкозой. Я с космической скоростью прокручивала у себя в голове варианты возможного развития событий. Неужели я опять оказалась неправа? Но как? Чёрт возьми, почему всё происходило так стремительно?

— Извините, — произнесла я, выдохнув. Медленно закрыв дверь, я остановилась.

— Ничего, я уже закончил, — произнес мужчина. В его голосе послышались нотки беспокойства.

Я напряглась.

— Если хотите, можете подойти к мальчику, — сказал мне доктор, обходя кровать и нажимая на экране какие-то кнопки.

— Могу я увидеть историю болезни Питера? — произнесла я, подходя к мужчине.

— Она сейчас не у меня, — ответил тот, не отрываясь от экрана. — Вы можете забрать её внизу. Это важный пациент, все бумаги по нему в архиве.

— Вы ведь главный врач, — проговорила я, подходя к капельнице и внимательно всматриваясь в содержимое пакета. Ничего необычного, это действительно была глюкоза. Но что-то здесь явно было не так. — Расскажите мне, какой курс восстановления вы ему назначили, — я вновь обошла кровать и встала на расстоянии двух шагов от мужчины, скрестив руки на груди.

— Простите, я не могу этого сейчас рассказать, мы пока еще всё до конца не решили.

— Какая фамилия у этого парня?

Этот вопрос явно поставил лже-врача в тупик. Ведь, читай он дело Питера, он бы по-любому запомнил фамилию такого важного пациента. Я в кои-то веки оказалась права. Но чувство радости от разгаданного замысла длилось недолго.

Потому как в следующую секунду мужчина резко развернулся и попытался ударить меня кулаком в живот. Я успела уклониться, но тут увидела, как у него в руке блеснул нож.

А вот к такому жизнь меня не готовила. Но я обязана была собраться и пойти в бой — Питер не должен пострадать.

Я ударила мужчину в солнечное сплетение, но моей силы явно было не достаточно, чтобы его обезвредить. Этот маневр был предназначен лишь для того, чтобы увести его подальше от кровати. Я понимала, насколько глупо мне — полутораметровой девчонке — соревноваться в рукопашном бою со здоровым мужиком. Он лишь усмехнулся, глядя на мои жалкие попытки его обезвредить, и с силой ударил по лицу. Я не успела отпрянуть и упала на стену, порядочно приложившись об неё головой. В ушах зазвенело. Кое-как сфокусировав зрение, я видела, что он вновь подходит к кровати.

— Не смей! — прокричала я. Собственный голос показался мне чрезвычайно громким.

Преступник зарычал. Видимо, ему надоело, что я продолжаю мешаться под ногами. Он быстро подошел и схватил меня за правую руку, сильно заведя её назад. В кисти что-то щелкнуло. Через секунду запястье будто бы охватило пламя. Я вскрикнула. Боль лишь усилила мою ненависть к этому существу. Чудом вырвав руку из железной хватки, я убрала поврежденную конечность за спину и ударила его в пах. Мне наконец удалось его обезвредить. На несколько секунд он согнулся пополам. Я преодолела расстояние, разделявшее нас, и с силой толкнула его ногой. Мужчина упал на пол. Это была маленькая победа.

Но только тут до меня дошло, что я совершенно не знала, что делать дальше. Держась за стену, я как можно быстрее подошла к кровати. Бегло осмотрев покрывало на предмет пятен крови, я немного успокоилась. Но тут, взглянув на кардиограф, я осознала ужасную вещь.