Хроники Северного королевства (СИ) - "ShaTa" - Страница 29

- Не правда? - зло переспросил Януш.

- Это они, это все твой муж!.. Ведь даже вашу церемонию мы провели, потому что он подпоил тебя зельем!..

- Хорошо, если ты так хочешь… Я клянусь силой, что это не оборотни угрожали мне, это не оборотни избивали меня. И нахожусь я здесь сейчас добровольно, - некромант провел в воздухе рукой, и после нее остался расплывчатый след, быстро исчезающий, будто холодный воздух в избяном тепле. Такое доказательство, призвание в свидетели силы, было очень серьезным, солгать при этом было невозможно, ведь карой, что последует за ложь, будет исчезновение магических способностей, что для мага было участью гораздо хуже смерти.

- И эта провокация тебе даром не пройдет, - продолжил молодой маг.

- Да как ты смеешь, щенок! - не выдержал Патрик, но другие маги быстро заткнули ему рот. Сюда он ехал как предводитель, но сейчас они его слушать не собирались. А Януш продолжил с холодной усмешкой:

- Вы хотите войны, и вы ее получите, но она будет совершенно другой. Я найду достаточно количество магов, чтобы вас призвать к ответу. Дайте, наконец, оборотням спокойно жить на своей земле! Начну, пожалуй, с Дилана Огненного. Думаю, он меня полностью поддержит, ведь в дело вмешены другие маги, и он не может оставаться в стороне.

- Мы поняли твою позицию, маг, - вперед вышел один из советников короля. - И полностью ее разделяем. Оборотни не совершили ничего противоречащего законам нашей страны, а в ссоры магов нам вмешиваться ни к чему. Но, как приближенный к королю, хочу заявить, что монарх в этой ситуации будет полностью на стороне Арита, уважаемые маги. А так как делать нам тут больше нечего, я и мои люди возвращаемся в столицу. У меня есть гораздо более важные дела, чем разбирать пустое недовольство магов.

Советник величественно развернул лошадь, люди последовали за ним, да и маги ненадолго задержались. Они хорошо поняли, что теперь им волей-неволей придется оставить Арита и его оборотней в покое. Они пошли на крайние меры, когда привлекли короля, и теперь это обернулось не в их пользу. Им оставалось только забрать невезучих коллег и отправляться обратно по своим делам, распростившись с идеей избавиться от оборотней. Хотя бы на ближайшую пару лет.

- Пойдем, дорогой, - осторожно обнял Януша Ромул, - тебе еще рано вставать так надолго, да и нервничать ни к чему.

- Думаю, теперь нам вернуться обратно будет затруднительно, - бледно улыбнулся ему муж.

- Вот и хорошо, - оскалился с другой стороны вожак. - В стае давно уже не хватает мага. Огненные мне давно говорили вернуть Ромула в стаю приказом, но я рад, что подождал и приобрел второго.

- Раз вожак говорит, я вынужден подчиняться, - усмехнулся Ромул, потом посерьезнел: - Но оставлять здесь силой Януша не можешь даже ты.

- Что ты, - отмахнулся Арит. - Кто говорит о силе? Твой муж останется здесь добровольно, он умный парень и уже выбрал свою сторону. Не так ли?

- Выбрал, - нервно улыбнулся Януш, переводя взгляд на мужа: - Только, ты ведь не хотел меня видеть…

- Как я могу? - тихо ответил ему Ромул, Арит тактично разогнал всех любопытствующих, да и сам ушел. - Я пошел на нарушение всех правил тогда. Я готов пойти на это вновь, только чтобы с тобой все было хорошо. Но применять к тебе силу или вновь пользоваться ситуацией я не могу.

- Ну тогда я остаюсь здесь совершенно добровольно и осознанно, - фыркнул некромант, склоняя голову на плечо мужа и закрывая глаза.

- Так, все, домой, - тут же потянул его к дверям Ромул. - Про осознанность поговорим, когда ты в себя придешь и не будешь с ног валиться.

- Поговорим, - согласился Януш, послушно идя за старшим. Он едва заметно улыбался, хоть и чувствовал себя не очень хорошо. В конце концов, не каждый день становишься частью такой семьи, да еще и с одобрения вожака. А Ромул… Ромул будет рядом в любом случае, и где бы они не находились. И кажется, это главное.

========== Прошлое и настоящее ==========

Полупрозрачная невесомая птичка влетела в открытое окно к вечеру. Из-за солнечных лучей ее было почти невидно, но Илан уже привык к вестникам и будто чувствовал их появление. Конечно, сами “птички” были не при чем, все дело в магии того, кто эти птички присылал. Странно, но даже после смерти и рождения, после всех перемен в жизни, магия старшего воспринималась так же, как тогда, хотя направленность у них поменялась диаметрально.

Тогда фраза о письмах вырвалась сама собой, и первую записку он несколько дней вертел в руках, не решаясь ни прочитать, ни выбросить. Читать не хотелось, вообще не хотелось иметь с этим магом ничего общего, просто забыть как страшный сон и все. Но и просто так выкинуть письмо после собственного разрешения написать, не мог. Впрочем, возможно все дело было вовсе не в разрешении, а в статусе старшего, который до сих пор имел на него влияние.

Он мог как угодно относиться к Наилю, но точно знал, что они связаны и как бы не стремился он избежать с ним встреч, все равно не выйдет. Судьба их сведет и будет сводить снова и снова, пока что-то в их жизни не изменится настолько, чтобы разорвать эту связь, уничтожить. Или наоборот, связать их еще крепче, но тогда пути назад уж точно не будет.

Первое письмо было коротким, и прочитав его, Илан с облегчением убрал с глаз долой, постаравшись забыть о ее авторе, хотя бы до следующего вестника. Записки по началу были короткими, сухими и редкими, Илан честно читал их и забывал до следующего вестника. Постепенно записки становились длиннее и подробнее, уже настоящими письмами, в которых Наиль рассказывал… обо всем. Свои наблюдения и мысли, о магах и людях, о пансионате и новом директоре, о семье…

Было странно понимать, что это тот же человек, что был и тогда. В общем-то, тогда они и не были столь хорошо знакомы… Впрочем, как оказалось, Наиль знал о нем гораздо больше, чем Илан мог предположить. Сам Илан такими знаниями о старшем похвастать не мог, да и предположить не мог, что Наиль все это о нем не только знал, но и помнил до сих пор.

На письма Илан почти никогда не отвечал, такое желание у него возникало всего несколько раз, и этим желанием сам парень был, мягко говоря, озадачен. Первый ответ - короткая записка, улетел спустя семь месяцев после их встречи. Сейчас, когда прошло уже больше года, таких ответов было все еще немного, по пальцам одной руки можно пересчитать, хотя письма приходили с завидной регулярностью.

Если бы Наиль после первого ответа попытался бы втянуть его в переписку или вообще хоть как-то отреагировал бы на этот ответ, то он бы остался единственным. Но Наиль действительно его знал, а потому, казалось, на его ответы никак не реагировал, так что после первого ответа последовало еще несколько…

В общем-то, к этим письмам Илан уже привык. Привык настолько, что когда происходила задержка очередной записки, он даже начинал нервничать, что с удивлением обнаружил две недели назад, так и не дождавшись очередного письма. Он вначале даже не связал свою нервозность с отсутствием птички, но когда даже наставник заметил, что ведет себя парень странно, пришлось все же признаться в причине хотя бы себе.

Поняв причину собственного не лучшего настроения, Илан только возмущенно фыркнул и постарался не обращать внимания на всякую ерунду. Птички не было и через неделю, и к этому времени Илан уже смирился с собственными странными привычками, но первым написать так и не решился. И только спустя еще неделю полупрозрачный вестник влетел в открытое окно.

Сам Илан только зашел в комнату, вернувшись с работы. Общение в последнее время не складывалось, потому что объяснить свое поведение было невозможно для окружающих. Среди коллег и так уже ходили слухи, которые у Илана вызывали гораздо меньше раздражения, чем ему представлялось, нервозность побеждала даже раздражение. На этот раз вестник принес просто огромное облегчение.

Парень не глядя кинул сумку и осторожно, будто хрустальную, взял в руки птичку, истаявшую от прикосновения за пару мгновений. К удивлению Илана, на этот раз это была короткая записка, напоминающая те, которые Наиль писал в самом начале их общения, да и написана была она чужой рукой - красивый аккуратный почерк совсем не был похож на те каракули, которые обнаруживал в письмах Илан обычно и которые поначалу он расшифровывал с трудом.