Алракцитовое сердце (СИ) - Годвер Екатерина - Страница 98

- Ты уже решил все за меня? - Харрана вперила в капитана недовольный и чуть обиженный взгляд; капитан ответил ей тем же. Так могли смотреть друг на друга только люди близкие и неравнодушные друг к другу, связанные множеством сказанных и не сказанных слов; но Деян очень сомневался, что она ему законная жена или, тем паче, родня: в капитане явно не было ни капли хавбагской крови.

Впрочем, устав военной службы не запрещал офицерам иметь любовниц.

Первой отвела взгляд Харрана и, поджав губы, принялась собирать лекарскую сумку.

- Если это окажется глупой шуткой - а так оно и будет, - за тобой должок, Ранко, - бросила она через плечо.

- Увидим... - Капитан встревоженно покосился на Деяна.

- Не окажется, - заверил их обоих Деян. - Надеюсь, ваша вера не запрещает вам лечить богов, госпожа Харрана? То есть Хранителей.

Она не ответила, но ее движения стали еще более резкими.

- И что у вас достаточно для этого мастерства, - добавил он.

Она оглянулась на него, хмыкнула и снова занялась сборами.

- Ты не смотри, что она баба, - наклонившись к самому его уху, прошептал капитан. - В колдовстве разбирается, и опыта у нее - во! Хара больше людей заштопала и выходила, чем я - убил. Согласись она пойти на королевскую службу, была бы капитаном медчасти, не меньше.

- Ранко! Не болтай, - беззлобно огрызнулась Харрана. - Много ты в этом понимаешь.

Обратная дорога показалась Деяну отвратительно долгой; Харрана нарочито не спешила, а его подталкивало в спину вернувшееся беспокойство: не потерял ли он слишком много времени, блуждая по городу, и не поздно ли уже что-то предпринимать. Сначала он старался отвлечься, пытаясь предугадать, как сложится встреча Харраны с "богом", но в мысли навязчиво вторгался образ пустой фляги и мертвенное оцепенение на лице чародея.

Когда они, наконец, добрались до постоялого двора, он почти уверился в том, что безнадежно опоздал; однако - обошлось. Дверь в комнату отпер Джибанд, все такой же угрюмый и сердитый.

- Мастер уже десять раз требовал, чтобы я пошел за тобой, - сказал он. - Пришлось ему отказать.

- Спасибо, Джеб. Все правильно, - благодарно кивнул великану Деян, игнорируя испепеляющий взгляд Голема; тот был жив и в сознании, а больше от него и не требовалось. - Входите, госпожа Харрана. Рибен, это...

Он собирался представить ее по всем правилам, но Харрана бесцеремонно оттеснила его в сторону и подошла к изголовью чародея.

- Веккен рене х'азн, абан Р-гич, - быстро проговорила она. - Хемре нер, х'азн а-нто, х'азн ро Абсхар Дамар?

Через мгновение Деян понял, что это не заклинания, а чужеземная речь - должно быть, ее родная. И хорошо знакомая Голему: тот оттарабанил в ответ намного более длинную фразочку, попытавшись приподняться и даже преуспев в этом.

- Аб-ши саран, абан-хо. - В конце он протянул Харране руку ладонью вверх. - Шана кенер.

- Сахо! - Она оттолкнула его руку и вынудила снова лечь. - Нед исмен калем, абан. Сахо, ра кана.

Голем не стал возражать. Харрана присела на край кровати и откинула одеяло. Стоял полумрак, и Деян заметил слабое серебристое свечение вокруг ее ладоней, когда она начала осмотр.

- О чем они говорили? - прошептал Деян вставшему у двери капитану, но тот покачал головой.

- Слишком быстро для меня.

- Она спросила, он ли "Абсхар Дамар", Хранитель Мира, что явился, миновав время... Мастер ответил, что слышал, будто его теперь называют так, хотя это неверно. Дальше он называл свое имя и сказал, что долго пробыл за краем и лишь недавно вернулся. Почему-то я почти все понял... - Рокочущий шепот Джибанда звучал почти испуганно.

- Что еще?

- Он предложил помочь ей убедиться, но она сказала, что разберется сама и чтобы он не мешал лекарю лечить. Почему я понимаю?!

- Так и должно быть; ты в прошлом бывал на Островах с Рибеном, значит, наверняка знал этот язык, - успокоил его Деян. - Дарвенский же ты не забыл - только значения некоторых слов. Так и тут.

- Господа, замолчите или выйдите вон! - сердито шикнула на них Харрана, и разговор прервался.

Она мяла и простукивала грудь и живот чародея пядь за пядью, бормоча под нос не то заклятья, не то просто ругательства. Чародей терпел молча, только морщился и кусал губы.

Наблюдать за этим непонятным лекарским колдовством было неприятно, но ждать за дверью казалось не лучше.

Деян придвинул себе табурет - нога после прогулки опять заныла - и сел, уставившись на полоску света, проникавшую между ставнями. Мысленно он успел досчитать до пятиста и начал считать обратно, когда Харрана выпрямилась и встала, отряхивая руки, словно на них налипло что-то невидимое. Осмотр явно дался ей нелегко: она дышала тяжело и шумно, платок на лбу потемнел от пота.

- У вас невероятно мощная хинра; никогда раньше не видела ничего подобного, Р'гич-абан. Впрочем, неудивительно... - Харрана снова перешла на дарвенское наречие; как Деян понял - специально для него и Альбута. - Но после смертного сна она течет слишком медленно: возможно, процесс пробуждения завершился не полностью или прошел неправильно. Чтобы поддерживать в теле жизнь, вы внутренним усилием ускоряете поток, но цена за это - еще большее нарушение его естественного течения. Иными словами, вы калечите сами себя. Незначительно, однако время идет - и повреждения накапливаются... Вам это известно?

- Да, я предполагал нечто подобное, - мрачно отозвался чародей. - Как и то, что если ничего не предпринять, это убьет меня. По-вашему, как скоро?

- Не могу предположить точный срок. Но, боюсь, это случится скоро, Ригич-абан. - Она заглянула чародею в глаза. - У меня нет достаточно знаний и мастерства, чтобы помочь тебе, но, быть может, они есть у кого-то другого. И тебе лучше поторопиться отыскать его.

- Сомневаюсь, что излечение возможно, - спокойно сказал Голем.

- Нельзя терять надежду, - ответила Харрана, не слишком скрывая, что она тоже сомневается в такой возможности. - Разрушение тела пока не продвинулось слишком далеко. Вчерашнее буйство сошло вам с рук. Внутренних кровотечений нет, ничего настолько серьезного, что наверняка убило бы вас в самое ближайшее время. Отдых, сон, лечение - и через день или два вы будете на ногах.

У Деяна вырвался вздох облегчения; словно камень свалился с плеч. Будущая угроза, о которой он и так догадывался, сейчас казалась невероятно далекой и должна была стать заботой опытных лекарей Венжара ен'Гарбдада, а его - вовсе не касалась.

- Я оставлю нужные лекарства. Но больше ничем не могу помочь, - Харрана чуть склонила голову. - Мне жаль.

- Не стоит сожалений. - Голем сумел изобразить подобие сердечной улыбки. - Спасибо, что пришли, Харрана абан-хо.

Она кивком приняла благодарность:

- Не верится, что это вы... В самом деле вы.

- Почему же? - Казалось, Голем действительно удивился. - Вы ведь понимаете способ, каким произошло мое возвращение. Это необычно, но не выходит за рамки представлений о возможном... Во всяком случае, не слишком далеко.

- Не слишком далеко - для вас? Но... я понимаю, да. И все же поверить непросто. - Харрана взглянула на чародея с сожалением и грустью. - Мои отец и дед возжигали подношения Абсхар Дамару. И в этот самый час кто-то молит Абсхар Дамара о помощи, в то время как Абсхар Дамар на постоялом дворе мается желудком и мигренью, упившись до полусмерти вина.

- Абсхар Дамар - глупая сказка, которую придумал какой-то невежа, - резко ответил Голем. - Я не Хранитель и никогда им не был.

- Эту сказку придумал ваш друг Абсхар Ханол абан Мирг Бон Керрер незадолго до кончины. - Харрана холодно улыбнулась. - Грустная, может быть, глупая - но хорошая сказка. Вы, милорд Ригич, ее начало - и ее конец: и похоже, что весьма досадный... Но, так или иначе, вы - Абсхар Дамар; люди моего народа присягнут вам на верность, едва узнают о вас. Я рада возможности услужить вам. Но мне жаль сказки.