Игра без читов (СИ) - Давыдов Григорий Андреевич - Страница 54

Но того уже чуть потряхивало. Хотя, в отличие от Лёшки, никакой крови у пухляка из носа не текло. Может, просто помощнее был, или больше обвыкся со своими способностями. По итогу «сканирования» моей сущности он расслабился и сказал:

- Его зовут Гриша.

Я про себя возликовал. Значит, «Невидимка» работает как надо, вон, даже Видящий ничего не заподозрил. Хотя, согласен, имя глупо звучит, но ничего лучше я придумать просто не успел. Что ж, пускай пока буду Гришей, хоть посмеюсь.

Но, кажется, мой «допрос» окончен не был: Видящий всё также продолжал исследовать меня. Что ж, пусть хоть обисследуется. Я поглядел на количество маны, и ощутил себя спокойней некуда. Скрывающая мои характеристики способность отнимала такие крохи маны, что не приходилось сомневаться: скрываться я смогу ещё очень и очень долго.

Вот только тишина, неожиданно возникшая в этом клочке Оплота, перебиваемая лишь фоновым стуком станков, угнетала. Поэтому я решил заполнить её, спросив:

- Слушайте, а этот, - кивнул я на Джона. - У вас откуда? Неужели океан переплыл?

- Эй, ты! - с ходу разошёлся американец. - Не говорить так, будто меня здесь нет!

- Тихо, Джон, - примирительно замахал рукой Фёдор. Но когда посмотрел на меня, в его взгляде я увидел несдержанную злобу. - Знаешь, Гриш, это не твоего ума дело...

- Ты, наверное, с детства привык к виртуальности? - Вдруг, абсолютно неожиданно для всех, прохрипела старуха, спокойно оглядывая меня.

- Лариса! - возмутился Фёдор. - Что Вы с ним разговариваете?!

- А ну цыц! - Резко оборвала его старуха. Как ни странно, это подействовало, и мужчина заткнулся, поникнув. - Подрастите лет этак на двадцать, тогда и будете со мной спорить, щенки! - Она вновь поглядела на меня, и голос её вновь моментально стал спокоен и размерен. - Так вот, сынок, думаю, что тебе повезло обрести новую жизнь в виртуальности. В детские годы?

Я кивнул, не понимая, к чему этот вопрос.

А старуха продолжала:

- Не всем повезло так же, как и тебе. Очень многим пришлось вкалывать здесь, за гроши, только лишь чтобы хоть как-то прокормиться и, по сути, поддерживать на Земле жизнь. В то время как вы развлекались, зарабатывая на завоевании замков и космических станций, они штамповали роботов на фабриках, чинили канализационные системы, выращивали пищу, поддерживали технику на ходу. Этим занималась почти треть Земного шара...

- Чушь! - нахмурился я. - Пять процентов - вот официальная информация!

Старуха захохотала. Мне почудилось, что заскрипела ветка.

- Чудик, - вынесла вердикт Лариса. - Думаешь, какие-то триста пятьдесят жалких миллионов смогли бы вытащить на себе всё это? Официальная информация, как же. Только дураки слепо верят ей. Знаешь, сколько профессий стало ненужными? Сколько людей потеряли работу и вынуждены были вкалывать для поддержания жизней счастливчиков, обзаведшихся ТДП? Стали, по сути, рабами у игроков? Таких людей не спрашивали, чего они хотят. Им говорили делать, и они вынуждены были делать. Им говорили отправиться в другую страну, бросив свою семью и друзей, и они уезжали, потому что иначе не выжили бы. Вот, Джон, например, - указала она на притихшего американца. - Один из таких. Кандидат наук, который вынуждено стал обычным инженером-механиком, отправившимся в России для починки робототехники и техники для погружения. Ему не повезло остаться здесь во время Разлома...

Я скосился на Джона. Тот скрестил руки на груди и смотрел в пол, похоже, ударившись в воспоминания. Чёрт, а я и подумать о таком не мог. Мои розовые очки разбились в щепки. Сколько же на самом деле стоили ТДП? И почему никогда подобная информация не высвечивалась в сети, не обозревалась в новостях? Может быть, потому, что люди не хотели этого знать. У них был меч за спиной, бластер на поясе и громадные перспективы: на кой им париться насчёт неудачников, оставшихся в скучной реальности? Наверное, поэтому в своё время большинству олигархов было плевать на нищих. Они их просто не волновали. У них то всё хорошо... Тогда какая разница?

- Прости, Джон, - невольно сорвалось с моих уст. - Что назвал тебя америкосом.

Тот хмыкнул и даже улыбнулся:

- Прощён, коммуняка.

Не сдержавшись, я улыбнулся в ответ. Надо бы и ему какое-нибудь прозвище придумать, что ли...

И тут я заметил, как Видящий что-то шепчет на ухо Фёдору. А тот внимательно слушает, не отводя от меня глаз. И по мере того, как ребёнок говорил, лицо мужчины вытягивалось всё сильнее. Пока он не вскочил, указав на меня и крикнув:

- Взять его!

Что?!

Только ни оправдаться, ни разобраться в произошедшем я не успел. Потому что стоявший в каком-то шаге от меня верзила с обрезом, не спрашивая, с размаху познакомил мой висок со своим кулаком. Конечно, такой удар не снёс и пары процентов от моих хит-поинтов. Зато довольно успешно отправил меня видеть дивную темноту...

Кажется, я провёл в забытье от силы минуту. Но этого вполне хватило, чтобы меня успели привязать к стулу и - в этом я убедился, оглядевшись - эвакуировать весь Оплот. В помещении остались лишь Фёдор да Джон. Первый сидел на столе передо мной, закинув ногу на ногу, а второй совсем рядом, опасно стиснув кулак. Вот как, значит. Неожиданно всё перевернулось ко мне нелицеприятной точкой. Как я вообще мог что-то упустить? Что сделал не так?

- Знаешь, - начал говорить Фёдор, когда заметил, что я уже пришёл в себя. Его слова показались мне гонгом, бьющим по ушам: башка раскалывалась... - Может, я и не знаком с этими твоими раритетными мультфильмами, шутничок. Зато отлично знаком с историей своей Родины. Так вот. Во времена Второй Мировой - слыхал про такое событие в истории? - наши засылали в тыл врага, фашистской Германии, своих разведчиков. Они выглядели как немцы, разговаривали, как немцы, вели себя, как немцы. Порой даже получали высокие чины в немецком командовании...

- Клёвая история, - плюнул я ядом, морщась даже от малейших звуков. Сильно же тот гад приложил меня по голове! - И при чём тут я?

Но мои слова не были замечены. Фёдор продолжил говорить, как ни в чём ни бывало:

- ... но многие из них всё равно проваливались. Знаешь почему?

- Интересно. - Оскалил зубы я.

- Очень просто. Они попадались на мелочах. Один завернул хлеб в газету. Немцы так не делают, но привычка выдала разведчика с потрохами. Другой, выйдя из туалета, застегнул ремень и начал поправлять форму. Немцы себе такого не позволяли и заправлялись не у всех на виду. Разведчик был разоблачён, жестоко допрошен и убит.

- Ещё раз повторюсь, история наиинтереснейшая! Но...

- Но при чём тут ты? - саркастично перебил меня Фёдор. - Действительно. А вот при чём. Ты, так же как и те злополучные разведчики, спалился на мелочи.

- Что?!

- Наш Видящий, - продолжил мужчина, довольный собой. - Прочёл твои характеристики. Три единицы выносливости?.. Чёрт, дружище, ты ничего не попутал? Чтоб наша Лариса была выносливее тебя? А остальные характеристики? Почти все на паре единичек, ты у нас чуть ли не инвалид! Как тебе такое, а, Джон? - посмотрел он на американца. - Напомни-ка мне, что ты увидел, когда нашёл этого и его безногого дружка?

- Трупы, - без промедления ответил тот. - Трупы орков лежать повсюду. Наш Видящий сказать, что это были высокоуровневый существа. Убить их всех - такое под силу разве что целому отряду Кода. Даже наши ребята, до зубов вооружённые, вряд ли такое осилить бы.

- Видишь? - Фёдор смотрел на меня с таким видом, как будто мне должно было стать стыдно. - Но не было найдена и следа присутствия кого бы то ни было на той стоянке. Ни чьих следов! Кроме твоих. Значит, логично предположить, что это сделал ты. В одиночку. С парой единичек выносливости... Да ты нас что, за дебилов держишь?!

Я поник, сгорая от злости. Обозлённый на самого себя. Действительно, перестарался. Думал, что самый умный, а оказалось, что глупее некуда. Но я не собирался ждать, пока меня начнут пытать, стараясь выбить то, чего я знать не могу, или просто убьют. Пошевелил пальцами. Кисти связаны, но могут двигаться. По крайней мере, я их ощущаю. А это значит...