Вселенная Игры. Трилогия (СИ) - Созутов Семен Евгеньевич - Страница 144

Отбежав от реки дальше, чародей наконец решился обернуться. Погони не было, и наитие молчало. Следовательно тварь скорее всего не приспособлена для перемещений по суше. Дориан задумчиво прищурился. Упускать подобную добычу будет верхом глупости. Лишние уровни нужны ему до зарезу, ведь неизвестно какие еще опасности могут подстерегать его в топях, а Глугр судя по всему не обладает совершенно никаким разумом. По сути это просто тупое животное способное лишь жрать все что попадется на его пути. И поэтому даже несмотря на всю его мощь, к чудовищу вполне можно побрать ключик.

Приняв решение, Дориан развел небольшой костерок на располагавшейся неподалеку поляне и принялся ждать наступления темноты. Глендор, пользуясь тем, что хозяин предоставил его самому себе, упорхал куда-то в лес. Наверняка к своей самке, которая и теперь преследовала их, правда предусмотрительно держась на почтительном отдалении от чародея. У Дориана даже мелькнула шальная мысль выследить и подчинить себе бестию. Дополнительный пет ему явно не повредит. Однако прикинув все плюсу и минусы, он вынужденно отказался от этой затеи. Во-первых, неизвестно как на это отреагирует Глендор. Все же инстинкт размножения один из сильнейших в природе, плюс крыланы довольно сообразительные твари с потрясающей живучестью и стойкостью к магии. Как бы обуреваемый праведным гневом питомец не вырвался из под контроля и не разорвал его самого, защищая жизнь и свободу своей крылатой пассии. Да и недостойно это как-то, если честно. Все же Глендор не просто питомец, но и боевой товарищ, с коим они прошли вместе немало. А предавать своих последнее дело. Это претило парню на некоем глубинном уровне, и он ничего не мог с этим поделать, хотя умом и понимал, что подобные сантименты в сложившихся обстоятельствах, мягко говоря, не слишком уместны.

Ночь принесла с собой ощутимую прохладу столь редкую в этом мире. Хотя если разобраться подобная местная аномалия чародею была только на руку. Ведь выжить в одиночку в зимнем холоде, не имея постоянного и главное теплого жилища непростая задача даже для Одаренного. Дождавшись, когда мрак окончательно сгустится, Дориан, кряхтя, взвалил на плечо тушу небольшой косули, которую притащил Глендор, пытаясь загладить вину за свою длительную дневную отлучку, и двинулся в сторону реки. Остановившись в полутора метрах от берега, он изо всех сил швырнул тушу как можно дальше в реку. Тело косули вопреки ожиданиям вошло в воду почти беззвучно, практически не наделав шума. Минут двадцать чародей терпеливо ждал, поминая недобрым словом крылана высосавшего из туши почти всю кровь, и вот наконец поверхность реки знакомо забурлила.

Все случилось почти мгновенно. Из воды стремительно выстрелила огромная пасть, моментально проглотив наживку, и Дориан швырнул в сторону монстра сгусток мрака, одновременно отбегая подальше от воды. Раздался оглушающий яростный рык, бросивший чародея на землю. Псионическое воздействие было довольно мощным, но подспудно ожидавший чего-то подобного маг успел активировать щит мрака, который погасил практически весь урон. Монстра же принялись бить чудовищные корчи, он метался в воде поднимая гигантские волны и тучи брызг. Туша косули оказалась заряжена темным червем, и сейчас Глугру приходилось крайне несладко. Наконец его вырвало комком кровавых внутренностей и единственный злобный глаз твари пристально уставился на Дориана. Последнего тотчас же обожгло морозом, столь лютая нечеловеческая злоба читалась в этом взоре.

А затем монстр сделал то, чего чародей никак не ожидал. Двумя мощным гребками подплыв вплотную к берегу, тварь выпростала из под мощного рыбьего туловища три пары коротких, но мощных когтистых лап и довольно быстро помчалась в сторону мага. Мгновенно оценив изменившуюся ситуацию, Дориан активировал призыв духа ночи, одновременно дав команду Глендору атаковать. Соткавшийся из воздуха ночной призрак оказался прямо перед мордой чудовища. Дух взмахнул серпом и обрушил его на голову бестии. Крылан пользуясь тем, что Глугр на секунду отвлекся, вцепился когтями в спину монстра, но тут же получил мощный удар массивным хвостом, отбросившим его далеко назад. Судя по жалобному вою пета досталось ему крепко, и больше рассчитывать на его помощь в этом бою не стоит.

Тем временем призрачное оружие духа ночи глубоко врубилось в череп твари, та в ответ резко сжалась и выпустила из мельчайших пор собственного тела ядовитый зеленый газ, плотной зыбкой тучей окутавший призрака и практически мгновенно развоплотивший последнего. Двадцать уровней разницы как ни крути давали о себе знать. Чудовищная амфибия вновь повернулась в сторону мага, но закаленный в битвах чародей среагировал проворнее, ударив на опережение воронкой мрака ровно в жуткую рубленую рану оставленную клинком призрака. Верхнюю половину черепа Глугра снесло начисто весте с глазом, но даже это не остановило чудовище, и оно понеслось на Дориана, широко разевая пасть и не иначе неким шестым чувством ощущая местонахождение противника. Понимая, что у него осталась последняя попытка завалить врага, юноша активировал воронку во второй раз, швырнув ее прямо в глотку бестии. Та поперхнулась и завалилась на бок, не добежав до человека каких-то пару метров. Последнее заклятие чародея превратило ее внутренности в кровавое месиво, но несмотря на все чудовищные повреждения, от которых обычный зверь давным давно бы уже подох, игровая тварь упорно продолжала цепляться за жизнь, тихо корчась на земле.

Дориан выругался. Он исчерпал все свои сильнейшие плетения, Глендор также был выведен из строя. Простые же сгустки мрака бестию такого уровня не добьют. Оставался лишь один выход. Сжав посох покрепче, чародей осторожно двинулся вперед, стараясь совладать с постыдной дрожью в коленях. Даже в подобном плачевном состоянии монстр повергал в ужас одним своим видом. Наконец приблизившись на расстояние удара, Дориан с выдохом вонзил посох тьмы в развороченную голову Глугра, активировав сгусток тьмы и влив в удар всю свою оставшуюся силу до капли. Лишь после этого чудовище наконец испустило дух.

Глава двадцать пятая. Болотный замок.

С трудом выдернув посох из кровавого месива, в которое превратился череп поверженного Глугра, Дориан обратился к статам. «Получен 90-ый уровень. Получено плетение «паутина мрака» позволяет опутывать противника нитями мрака, лишая его подвижности. Получено плетение «Темный хлыст». Позволяет формировать кнут из энергии тьмы рассекающий врагов. «Книга заклинаний» и «посох тьмы» получили 60-ый уровень. Количество личной энергии и качество привязанных к предметам заклинаний возросло. Пет Глендор получил 50-ый уровень». Чародей усмехнулся. Щедро. Можно даже сказать жирно. Однако и монстр был далеко непрост. Что до голоса Игры, то юноша давно уже заметил, что в последнее время он приходит лишь, когда он сам этого желает. Видимо мудрая игра не хочет отвлекать его непосредственно во время боя и восстановления, прекрасно понимая, чем именно это ему грозит.

с полученными скилами, Дориан повернулся к крылану. Глендор лежал на земле, тяжело дыша. Похоже удар амфибии переломал ему ребра. Подойдя к пету, чародей активировал темное целительство, щедро черпая энергию из книги и посоха, которые как раз получили очередной апгрейд. Его собственная сила ныне была на нуле. Постепенно лечение сделало свое дело, крылан задышал ровнее и вскоре уснул, вопреки привычкам своего рода растянувшись прямо на земле. Дориан не стал его тревожить. Пет заслужил свой отдых, и теперь настал его черед сторожить покой соратника.

Крылан проспал до полудня. Все это время Дориан толком не знал чем себя занять. Сил вносить полученные плетения в книгу не было, и посему он просто клевал носом, время от времени вводя себя в состояние медитации, чтобы быстрее восстановить энергию и заодно немного прокачаться. Туша Глугра так и осталась лежать возле реки, земля вокруг буквально пропиталась темной магией, и чародей знал, что скорее всего в ближайшее время даже самые отчаянные хищники и любители падали сюда не сунутся, что, разумеется, было ему только на руку. В нынешнем своем состоянии он вряд ли сумел бы дать отпор даже самым низкоуровневым тварям, не говоря уже о ком посерьезнее.