Бочка порядка, ложка хаоса (СИ) - Гуркало Татьяна Николаевна - Страница 130

Настроение у Максима было прямо пропорциональным количеству внимания. Иногда вообще хотелось где-нибудь закопаться, но чаще швырнуть чем-то тяжелым в любопытных. И Тайрин наверняка это понимала, хотя он старательно делал вид, что все в порядке. Девушка обнимала за талию, прижималась к спине, словно пыталась удержать от необдуманного поступка. Она его отвлекала и всячески развлекала. И Максим чувствовал себя неблагодарной скотиной. Какое ему вообще дело до дур и дураков, которые никогда шрамов не видели? Никакого. Так почему он их не игнорирует? Может просто не привык? А потом станет все равно?

— Все будет хорошо, — пробормотал парень. — Я привыкну. Ко мне привыкнут. Люди вообще такие твари, которые ко всему привыкают.

Город появился как призрак. Вынырнул из снега, пропустил в ворота и радушно встретил чистыми улицами и заснеженными деревьями. Причем, деревья выглядели так, словно снег на них закидывал специальный человек с художественным вкусом.

Девчонки наконец отвлеклись от Максима. Мужики торопливо прятали недопитое. Лошади остановились, подергивали хвостами, шевелили ушами, фыркали — всячески намекали, что сани без снега не ездят и пассажирам пора выгружаться.

Коярена, как ни странно видно не было. Зато были Матиль и тетя Айра. Они стояли возле ближайшего дома и нетерпеливо смотрели на прибывших.

— Выгружаемся, — скомандовал Максим, решивший сразу получить от Серой Кошки заслуженное и отправиться отбывать наказание. Раньше начнет, раньше закончит.

А там, может компания для прогулок подберется. Сидеть в комнате и страдать, как обиженная нехорошими людьми трепетная дева, Максим не собирался. Он собирался адаптироваться и приучить к своей новой внешности окружающих, причем, как можно быстрее.

— Давай, — поддержал Максима один из мужиков и помог спуститься с саней девчонке в серой шубке из неизвестного зверя.

Максим спрыгнул через бортик, решив не ждать своей очереди к ступенькам, подхватил Тайрин, достал из-под скамейки сумки, забросил их на плечо и пошел сдаваться. А чего тянуть? Решил ведь.

Сердце колотилось в ушах, заглушая шаги. Парень до сих пор даже не подозревал, что мнение отцовской сестры для него имеет такое значение. И вообще, хотелось развернуться и гордо удалиться. Куда-нибудь. Но он шел, пока не оказался рядом с женщиной.

Она поджала губы, покачала головой, а потом взяла и обняла.

А Максим стоял идиот идиотом и не знал, что теперь делать. Он рассчитывал на расспросы, неодобрение, очередную лекцию, а тут…

Женщины очень странные существа. Непредсказуемые.

А потом они пошли домой.

Нет, не так. Сначала тетя и Матиль подчеркнуто церемонно попрощались с Итишем и парнями. Потом Серая Кошка безупречно вежливо поинтересовалась куда Тайрин дальше отправится. Узнав, что к себе домой, пожелала всего наилучшего и пригласила во дворец Серых Туманов. В любое время.

Блондинка ошарашено кивнула, забрала у Максима свою сумку и ушла. Задумчивая такая, презадумчивая.

А парень пошел за молчащей Айрой.

Она так ничего и не сказала за всю дорогу. Они молча зашли в здание-распальцовку. Так же молча поднялись к комнатам Максима. И у самой двери Серая Кошка, наконец, заговорила.

— Не волнуйся. Внешность, это такая штука, к которой быстро привыкают. Любая внешность.

— Я знаю, — сказал Максим.

— Вот и хорошо. Завтра поговорим о здравом смысле, любопытстве, тайнах и еще многих интересных вещах. А пока просто подумай.

— О чем?

— О том, что ты сделал не так и что бы хотел сделать иначе.

— Ладно.

Тетя кивнула и ушла. Матиль поспешил следом. Так ничего и не сказал, но хотя бы не таращился.

Максим открыл дверь, вошел, бросил сумку и верхнюю одежду под стену, решив, что разберется с ними завтра, и добрел до кресла у окна. Подумать, так подумать.

Думалось хорошо. За окном опять начался снег и пушистые снежинки медленно спускались к земле. По подоконнику прыгала птичка похожая на синицу. Все такое спокойное, домашнее, что мысли текут медленно, без рывков и метаний от темы к теме.

Что бы он хотел сделать иначе?

Не пойти на ту игру?

Можно бы было. Но тогда зеркальщики украли бы остров и наверняка успели сбежать прежде, чем отец с компанией их бы нашли. И он бы не вырастил те кристаллы. И мама бы не сказала, что нельзя отделять дракона от себя. В данный момент они хоть и разное, но в то же время единое целое. И физиономия бы осталась целой.

Не надо было идти к мерцающему человеку лезущему через камень? Он бы не бросил зеркало с плетением и ничего бы не случилось.

Да, ничего. Физиономия бы опять же осталась целой. Зеркальщик тоже был бы целым. А еще он бы был далеко. Очень. С целым зеркалом в кармане. И никто бы не узнал, что это зеркало у него есть.

Почему-то Максиму казалось, что не знать о существовании зеркала было бы нехорошо.

— Надо было падать лицом вниз, — понял Максим. — Тогда бы у меня было лицо без шрамов и лысина сзади со шрамами. Загадочный бы вид был. Я бы носил все с капюшонами, и снимал бы их только в присутствии привыкших ко мне знакомых.

Идиотский какой-то вывод. Получается, все, что от него зависело менять ему не хочется. А то, что изменить согласен, на самом деле зависело от Итиша. И еще от инерции, наверное, земного притяжения, закона кратчайших расстояний. В общем, от чего угодно, из всего на что он никак повлиять не может.

Так что на самом деле думать не о чем.

А перебирание возможных развитий ситуации — пустая трата времени.

Наверное тетя Айра именно это и хотела сказать.

Часть 3. Иногда лучше говорить, чем молчать

Если все идет слишком хорошо…

Максим читал книгу. Старательно читал и честно пытался понять, что там написано, но голове на его старательность было начхать. В ней ничего не задерживалось. Что читал, что не читал, никакой разницы.

— Перегруз, — в который раз сказал парень и посмотрел в окно.

За окном была метель. Гулкая. Снег летел сплошной стеной и Максиму становилось хорошо уже от того, что он находится в помещении. А вот Тайрин где-то там работает. Хотя какой идиот пойдет совершать преступление в такую погоду?

Полюбовавшись метелью Максим вернулся к книге, хотя сам отлично понимал, что ничего не то, что не выучит, даже не заучит. Ну, не лезло оно ему в голову в таких количествах.

— Родственники, — пробормотал парень, силясь в четвертый раз понять, какое отношение рост деревьев весной имеет к настройке количества вкладываемой в плетение энергии?

Ничего общего он так и не нашел и подозревал, что вообще не в состоянии что-либо понять, даже почему два плюс два будет именно четыре. А все почему? А все потому, что родственники полумер не знают и не принимают. Когда считали, что пока учить не будут, не учили ничему полезному, вообще ничему, даже если это полезное умел делать пятилетний ребенок. А вот когда решили, что учить пора…

На данный момент у Максима было семь учителей и все считали своим догом впихнуть в голову ученика за зиму то, что остальные сати учат лет пять, а некоторые и все шесть. В итоге получалась какая-то ерунда. Максим все путал. Плетение, которое должно было убрать из комнаты пыль, выбило окно. При попытке сделать из маленького невзрачного камешка такую себе напоминалку, вызывающую в голове образ того, что он должен сделать, получился магический родственник сломанного будильника. Эта сволочь трезвонила и трезвонила. В итоге ее закопали под снег и оставили разряжаться, потому что выяснять где Максим напутал учитель отказался. Ему, видите ли, были дороги пальцы, да и руки в целом.

Ах, да, ко всему хорошему Максиму пришлось заучивать какие-то странные распальцовки, к которым можно будет привязать самые нужные плетения. Иногда бывает так, что воспроизводить мысленно плетение некогда, а вот пальцы сложить успеваешь.

Максим мстительно привязал одно такое плетение к символу с Земли, на который был похож дворец, и теперь ждал очередного возвращения отца, чтобы порадовать его демонстрацией.