Бочка порядка, ложка хаоса (СИ) - Гуркало Татьяна Николаевна - Страница 118

Хозяин дома важно высыпал собранные ягоды в пузатый бочонок, стоявший в углу, вытащил из тумбочки бутылку с высоким горлом, заткнутую тряпочкой и пригласил всех присутствующих на веранду, праздновать то ли хорошую погоду, то ли хорошее настроение. Максим опять не очень понял, но отказываться не стал.

Женщины засуетились. Адал торжественно вывел мужчин на открытую веранду с видом на море. Кроме вида в веранде был большой стол с плетеной столешницей, совершенно сельские лавки отполированные в процессе эксплуатации и картины из крашеной соломы. А может то такие циновки были, подвесные.

Вообще дом Максиму понравился, себе такой же захотелось. На стенах дощечки песчаного цвета, никаких тебе обоев и ковров. Вторых даже на полу не было, зато были обтрепанные дорожки, пестрые и похоже ручной работы. Мебель хоть и не изящная, зато сразу видно, что прочная. Окна большие, еще вот веранда и море в двух шагах.

В бутылке оказалась та самая настойка и она очень хорошо пошла под рассказ о том, какие в древности были законы гостеприимства. Например, гостю подносили лепешку из кукурузной муки, приправленную перцем и медом, и внимательно следили как гость ест. Если плохо ел, значит задумал что-то нехорошее и от слежки после этого гость не смог бы избавиться никакими силами. Так одну дочку целого каман-шая до истерики довели. А потом оказалось, что девица просто пыталась сбежать от папеньки к любовнику.

Если гостю были не рады, ему мягко на это намекали поднося маринованную рыбу и свежее молоко. Редкий гость соглашался съесть рыбку и запить молочком в обмен на то, что его пустят в дом.

А девушки, которые не хотели чтобы молодой и красивый гость уходил, подсыпали ему порошок из семян жжонки. Несчастный после этого надолго задерживался. Сложно куда-то идти, если ноги не носят, а равновесие не хочет держаться.

Максим на всякий случай обнял Тайрин. А то мало ли кто и что подсыплет из лучших побуждений. Одна из девочек-подростков, таскавших на стол еду, смотрела с непонятным и пугающим в свете таких обычаев любопытством.

Сидели долго. Поговорить любил не только хозяин дома и рассказы перетекали один в другой. Интересные рассказы.

Первая бутылка настойки закончилась. Дети, вместе с девочками-подростками умчались галдящей толпой к морю и куда-то вправо. То ли наживку выпросили, то ли пошли искать рыбу менее интересную для лова.

К подходу третьей бутылки выяснилось, что этот домик что-то вроде дачи. Постоянно тут никто не живет. А все семейство именно сейчас съехалось потому, что чей-то сын принимал участие в соревнованиях и они собирались пойти за него поболеть.

Максим этой дружной семье даже позавидовал. Вон приехать поболеть за него никто даже не подумал.

Море мерно шелестело и пыталось дотянуться до Максима, лежавшего на песке. Парень наблюдал за луной, лунной дорожкой на воде и Тайрин бредущей по прибою.

Лежать было хорошо. Песок еще не успел остыть, с моря тянуло прохладой и пейзаж красивый.

— Максим, иди сюда, мы же купаться пришли!

Купаться парню особо не хотелось. В голове еще одним морем шумела настойка, покачивая мир вокруг. Нет, сильно пьяным он не был. Выпили гости с веселым семейством только три бутылки, а что тех бутылок на такое количество людей? Так что шум и покачивание были очень приятными. И зрелище обнаженной девушки бредущей по воде в маленьком заливчике прятавшемся за скалами — тоже. Так зачем вставать и куда-то идти, если лежать так хорошо?

— Максим! — громким шепотом позвала Тайрин.

Парень вздохнул. Сел, стянул футболку.

— Ну!

Пришлось раздеваться дальше, вставать на ноги и чувствуя, как песок под ногами легонько раскачивается, идти к морю. А потом под ноги что-то подвернулось и парень плюхнулся в воду. Немного побарахтался, сел, почему-то лицом к берегу, тряхнул головой и увидел его. Очередного мерцающего человека, нагло пересекающего пляж.

— Э-э-э-э-э… — сказал Максим, пытаясь встать на ноги.

Человек дошел до скалы и исчез. А может сквозь камень просочился, или прошел, или…

Да какая разница!

— Тайрин, ты видела?

— Что? — спросила девушка, бредущая к луне.

— Ну…

А может, показалось? Луна еще эта. Лунная дорожка дрожит и мерцает на волнах. Настойка, вторя морю, шумит в голове. Тут что угодно покажется.

Или не показалось?

А если не показалось, то что этот гад здесь делает? Ну, не соревнования же хочет сорвать. Мелко оно как-то.

А потом Тайрин надоело бродить в одиночестве и она вернулась к Максиму. И тому резко стало не до мерцающих людей.

Возвращение получилось триумфальным, не смотря на то, что вернулись Тайрин и Максим скорее все еще ночью, чем уже утром. Ньеру в это время почему-то не спалось. А еще у этого старшего Кояренового ученика был нюх как у собаки. Он унюхал и настойку, и кофе с чем-то похожим на коньяк, выпитое, чтобы согреться. К тому времени, как они набрели на заведение общепита, столы в котором лениво вытирала заспанная девушка, стало довольно прохладно, а еще туман наполз. Девушка оказалась доброй, и не смотря на то, что было уже закрыто, сделала кофе и щедро плеснула туда алкоголя.

— Та-а-ак, — многозначительно сказал Ньер.

Тон был таким, что Максима сразу потянуло извиняться. Пришлось приложить усилие, чтобы это странное желание задавить на корню.

— Значит, вот как! — развил свою мысль старший ученик. — Вот так вот…

— Что? — не выдержал Максим, хотя отлично понимал что.

— Пошли! — рявкнул Ньер, схватил Максима за предплечье и куда-то повел.

Причем, держал крепко, словно подозревал его в том, что обязательно попытается сбежать. Мксим, к сожалению, не знал куда и зачем его ведут, поэтому попыток побега не предпринял. О чем жалел буквально через пять минут.

— Еще глоток! — приказывал Ньер, держа Максима за шкирку, как нашкодившего котенка.

Того и от первого глотка мутило так, словно он выпил раз в пять больше настойки, чем до сих пор думал. Он помотал головой, из-за чего гадость заболталась в желудке и молотком врезала по голове.

— Пей, тебе легче станет, — сказал второй экзекутор, встряхнув бутылочку с гадостью.

Максим не поверил.

Уговаривать его долго не стали, влили насильно и не дали выплюнуть. Обещанное облегчение действительно пришло, ознаменовав свой приход еще одним ударом по голове. Мутить резко перестало, зато захотелось спать. Настолько, что глаза слипались не смотря на все усилия.

— Вот и ладно, — сказал Ньер. — Вот и хорошо. Проспишься. Стражам на глаза не попадешься. И чувствовать себя будешь, как новенький. И напиваться больше не захочешь, пока соревнования не закончатся. А то знаю я вас. Тут немножко, там немножко, а потом у тебя бой, а противник двоится и ноги не держат.

Максим хотел сказать, что с ним такого не случится, но сон победил и утащил в бездонную пропасть. Парень туда падал и падал, вокруг порхали феечки, родные сестры Динь-динь из диснеевского мультика. Они показывали язык, смеялись и щебетали. Максим пытался их отогнать, но противные девчонки разлетались в разные стороны и не отставали.

Проснулся Максим от воплей за окном. Ему страшно хотелось пить, к счастью кто-то добрый оставил на тумбочке стеклянный кувшин с водой. Там же стояла чашка, но ее парень заметил только после того, как напился.

Вопли за окном не прекращались. Максим отодвинул занавеску, выглянул и увидел, что вся команда, старшие ученики и даже Тайрин дружно скачут вокруг Итиша.

— Странно.

Может он еще не проснулся?

Оказалось проснулся. Просто Итишь умудрился победить кого-то очень крутого и пройти дальше вопреки другим чуть менее крутым. Максим за него тоже порадовался. Изобразить радость вообще было не сложно. А проклятущие мысли поскакали по образам разных крутых бойцов, во главе с Тайсоном, почему-то перекинулись на Ку Мун Рена, а с него на мерцающего человека, то ли пересекающего пляж, то ли привидевшегося на том пляже.