Мышеловка для кота (СИ) - Николаева Ольга - Страница 83

— Это плохо. — Я-то уже давно поклевала и тарелку отставила. В задумке было нечто совсем иное, изысканное, а не эта разваренная каша из мяса и картошки.

— Почему это?

— Ну, я думала, что ты хоть сейчас разочаруешься и от меня отстанешь.

Он дожевал кусок, проглотил, очень спокойно. Поставил локти на стол, послал взгляд над скрещенными пальцами.

— Ты серьезно? Проще нанять домработницу, чем из-за этого что-то менять. Я, кстати, думал уже об этом. Чтобы тебе не заморачиваться на уборку и тому подобное…

— Кир. Сколько можно-то? Я еще не согласилась жить с тобой в этом доме!

— Я в курсе. Буду уговаривать. Но это ж не мешает мне строить планы?

Бесподобно. Я, кажется, устала с ним спорить окончательно. Не мытьем, так катаньем, но он своего добьется.

— Останешься сегодня здесь? А завтра, если очень захочешь, я тебя утром отвезу в город. — Как будто между делом спросил, но заметно было, как напрягся.

— Мне показалось? Или ты моим мнением поинтересовался?

— Нет. Я, возможно, придурком выгляжу, поначалу, но быстро учусь. Тебе не показалось. Я спросил.

— А если скажу "нет"?

— Значит, поужинаем, и отвезу. Как скажешь.

И эта покладистость мне тоже не понравилась. Черт те что. И как он, спрашивается, должен меня понять, если я сама себя не понимаю?

А Кир продолжил, будто зная, что в моей голове творилось:

— Но сначала еще немного поуговариваю…

Уговаривать не пришлось. Я осталась и без этого. В конце концов, одной ночью больше или меньше — есть ли разница?

В этот вечер Кир потащил меня гулять по дому, рассказывая, что хочет сделать в еще недостроенных комнатах и коридорах, показывал эскизы и фото… Поражал вкус, проскальзывающий во всем, даже в мелких деталях. Простота и изысканность, никакой роскоши показной, вызывающей помпезности…

— Ты все это сам придумал?

— Почти. Что-то подсмотрел у других, переделал…

— По-моему, ты не тем занимаешься, Кирилл, в своей жизни… — Сказала без всякой задней мысли, абсолютно искренне, однако, он нахмурился.

— Почему это?

— Жалко тратить время и силы на торговлю и тому подобную ерунду, если можно заниматься архитектурой, дизайном, чем-то еще в этом духе… Действительно, жалко.

— Лиз, а ты что, мечтала всю жизнь торговать? И сейчас твои мечты сбываются?

— Нет. Мне хотелось много чего делать полезного… Детей, например, учить. Или самой в науку податься. Еще доктором стать хотела…

— Почему не стала?

— Зарабатывать хотела. Много и быстро. А в тех профессиях, что мне нравятся, этоза гранью фантастики…

— А чем, по-твоему, я отличаюсь от тебя?

— Мда… Грустно это…

— Да все нормально, Лиз. — Даже ободряюще обнял за плечи. — Теперь мои мечты воплощаются…

— Да. Здорово. — Действительно, так и думала, без тени зависти. Но как-то горько вышло. Меня всегда расстраивало, что труды мои — пшик. Цифры, которые завтра ни для кого ничего не будут значить. А так хотелось бы оставить после себя хоть что-то, запоминающееся.

— Не дрейфь. Твои тоже воплотим. Только определись, сначала, чего больше хочется…

Не ответив, пошла дальше бродить по комнатам… Кир отстал, замешкался… Потом нагнал, взял за руку и повел обратно…

— Что с тобой происходит, Лиза? Вроде бы, я все уже рассказал, объяснил, душу почти вывернул наизнанку… А тебя все носит по сторонам. И раньше было сложно угадать реакцию, а сейчас и совсем нереально…

— Мне все кажется, что это не со мной. Сейчас прозвенит будильник, и я проснусь. И тебя рядом нет. А когда встретимся, ты снова будешь вредный, наглый, гадкий… Или я не сплю, а ты очень хорошо притворяешься…

— Понятно. Отчего ты так настойчиво не веришь в лучшее?

— Знаешь, почему я прекратила читать истории с хорошим концом, когда на последних абзацах все счастливы, и жизнь устроена, и все прекрасно?

— Ну? Почему?

— Потому, что они мозги разжижают. И вселяют глупую самонадеянность, что, как бы ты ни тупил и ни ошибался, кривая тебя вывезет… Расслабляют они.

— Странно от тебя слышать такое… — Он обнял меня за плечи, подведя к очередному огромному окну, встал за спиной, согревая… — Вроде бы, такая успешная во всем, смелая, ничего не пугаешься… А если копнуть поглубже…

— А если копнуть, то там, в глубине, сидит маленькая, глупая, испуганная девочка. Которая предпочитает остаться на месте и никуда не вылезать. И пускай там не очень уютно, и темно, и холодно, зато не опасно…

— Ты поэтому так сопротивляешься, да?

— Ну, считай, что я только что открыла тебе самый большой свой секрет. Баш на баш, так сказать…

— Ясно. Ценю. Будем думать, как тебя оттуда вытаскивать… — И добавил с доброй усмешкой… — Девочка…

— Думай, мальчик мой, думай…

— Ага. А сейчас пойдем спать? Я тебе сказку на ночь почитаю… Или еще какой-нибудь способ найду, чтобы убаюкать…

— Кир! Ты помнишь? Обещал не приставать!

Невиннейшее из всех его выражений лица. Картинно изумился:

— А кто сказал про приставания?

— Можно подумать, что у тебя в планах ничего такого не было!!!

— Абсолютно. Можешь быть спокойна на все сто… Или тебе не хочется быть спокойной? — Шкодная такая улыбка все же выползла, будто ненароком…

— Кир! — От возмущения даже притопнула.

— Да шучу я, шучу! — Поднял руки, будто сдаваясь. — Просто обниму тебя, согрею, расскажу сказку на ночь…

А сам, тем временем, тащил меня в сторону спальни…

— Колыбельную споешь?

— Хм… Я еще не узнавал, нет ли в окрестностях волков…

— Зачем это?

— Хочешь, чтобы они под забором собрались и подвывали?

В общем, было очень странно вот так, без всяких специальных намерений, укладываться спать вместе с Янкевичем. Благо, что про косметику я забыла, с первого дня приезда на базу… Иначе, процесс умывания рядом с чистящим зубы Киром был бы слишком похож на вечер семейной пары. Только баночек со вставной челюстью и манекена с париком не хватало бы…

Я, конечно же, поделилась с ним этой мыслью. Кир почти обиделся. Не знаю, почему…

Он притих, насупился, но ничего гадкого не сказал. Просто улегся под одеяло и терпеливо ждал, когда я сподоблюсь и тоже примощусь рядом…

А мне, вдруг, так не по себе стало… Понятно, отчего: не представляла, в принципе, как себя вести в постели с мужчиной, если собираешься просто спать… Уже и не рада была, что так рьяно выступила против его приставаний…

Оттягивала момент, как могла: долго расчесывалась, волосы заплела… Потом распустила… В туалет сгоняла, наверное, раза три… Потом искала футболку, чтобы спать было удобнее. Переодевала ее, меняла на майку… В общем, тупила по максимуму. Пока Кирилл не устал дожидаться. Он со вздохом поднялся, подошел, майку с меня стянул, молча. Потом сдернул резинку с волос, которые снова оказались заплетены. Взял за руку и подвел к кровати.

— Ложись. Иначе, буду силком укладывать…

Нырнула под одеяло, на самый краешек устроилась. Носом уткнулась в подушку.

— И правда, как маленькая. Не думал, что такая проблема с тобой может возникнуть…. Не может она улечься…

Отпустило меня не сразу. Кир успел подлезть под одеяло, обнять, придвинуться ближе, развернуть меня в свою сторону, пристроить мою голову на своем плече… Все это время послушно поддавалась, но как-то заторможенно, тело словно окаменело… Лишь когда он расслабленно вытянулся, вздохнул успокоенно, я выпустила застывший воздух из груди… Будто теплом его согрелась, размякла…

И тут же ощутила крепкие мышцы руки и плеча, намного тверже подушки, но так на них удобно было… И то, как мощно вздымается и опускается грудная клетка, в такт с его дыханием, и кожа — такая теплая, гладкая… Очень захотелось потрогать его. Без всяких задних мыслей, просто изучить повнимательнее, узнать по новой…

Палец уже начал выписывать круги вдоль ребер и выше, к центру… Потом приспичило погладить ямочку под кадыком, потом шею… Черт. Кажется, только от этой сильной шеи может голову снести, только от того, как она ощущается нервными окончаниями на кончиках пальцев…