Социальная философия - Крапивенский Соломон Элиазарович - Страница 17

В данной главе понятие «общественные отношения» будет употребляться в своем узком смысле, и тогда правомерно следующее определение: общественные отношения суть многообразные формы взаимодействия и взаимосвязи, возникающие в процессе деятельности между большими социальными группами, а также внутри них. И поскольку человек включен в каждую из этих групп (этнос, класс, слой внутри класса, сообщество граждан одного государства и т. д.), он выступает в качестве универсального субъектного элемента, или точнее – со-субъекта, ибо каждая такая группа есть совокупность индивидов.

Таким образом, с полным правом можно сказать, что человек выступает творцом своих собственных общественных отношений. Однако это – творение особого рода. Занимаясь необходимой для поддержания жизни и ее обустройства деятельностью, люди с такой же объективной необходимостью вступают в отношения между собой, «производят» их. Созидание отношений довольно специфично и сплошь и рядом служит наглядным подтверждением принципа «не ведаю, что творю». Как существа сознательные, люди осознают свои потребности, ставят перед собой конкретные цели, создают идеальную модель желаемого результата и в большинстве случаев его достигают: иначе ни о каком общественном прогрессе нельзя было бы говорить. Но это преобладающее совпадение цели и результата касается в основном содержательной стороны человеческой деятельности, у нас же сейчас речь идет о стороне формальной, поскольку общественные отношения, как об этом уже сказано выше, суть необходимая форма нашей деятельности. Осознавая, предугадывая содержательные результаты своей деятельности, люди в то же время, как правило, не могут предвидеть вызванную этой деятельностью эволюцию (а иногда и самую настоящую революцию) своих общественных отношений.

Происходит это, во-первых, потому, что каждое новое поколение застает уже сложившуюся систему общественных отношений, отражающую уровень развития технико-технологического базиса и степень овладения природой, меру цивилизованности общества, состояние его культуры и психологии. Понятно, что каждый конкретный тип общественных отношений зависит от перечисленных факторов в большей или меньшей степени.

Во-вторых, решая повседневную задачу «на минимум и максимум» в экономике (минимум затрат и максимум производительности труда), совершенствуя другие компоненты общественной жизни, люди тем самым порождают такую эволюцию своих общественных отношений, которая с самого начала выходит из-под их контроля. Яркую иллюстрацию к этой закономерности дает история Японии Нового времени. Япония долго сопротивлялась всяческим попыткам извне навязать ей заморский образ жизни. Ни расширение торговли традиционными товарами, ни военные демарши, ни миссионерство не помогли европейцам и американцам в осуществлении их планов вовлечения Японии в, как бы мы сейчас сказали, «единый цивилизационный поток». Троянским конем, позволившим взять эту крепость, оказалась новая техника и технология, в ввозе которой в страну японцы не видели ничего зазорного и опасного. В действительности же внедрение новой техники и технологии вылилось в промышленный переворот со всеми вытекающими из него последствиями – принципиальными изменениями производственных, социальных, семейных отношений.

Подводя итоги рассмотрению природы общественных отношений, можно сделать вывод: общественные отношения представляют собой объективную реальность, независимую от воли и сознания людей, производящих и воспроизводящих их в процессе своей деятельности. Объективный же характер их позволяет лучше понять уже анализировавшийся тезис, согласно которому человек в сущности своей есть совокупность (т. е. отражение) соответствующих общественных отношений.

Отношения материальные и духовные

Общество представляет собой сверхсложную систему разнообразных общественных отношений[38]. Разобраться в этой многомерности очень важно как для понимания самих общественных отношений, так и для понимания социума в целом. Напомним, что открытию материалистического понимания истории, позволившему взглянуть на общество совершенно другими глазами, предшествовало создание Марксом и Энгельсом стройной типологии общественных отношений, сведение их в систему.

Все богатство общественных отношений может быть подразделено на два больших класса – класс материальных отношений и класс духовных (и в этом смысле идеальных) отношений. Поскольку вопрос о субординации двух классов отношений вкратце уже рассматривался в главе первой, остановимся дополнительно на одном, на наш взгляд, весьма существенном моменте.

Дело в том, что объективной реальностью являются не только отношения материальные, но и духовные. Объективность отнюдь не тождественна вещественности (кстати, ни грана вещественности нет и в большинстве материальных отношений). Объективность означает только одно: данный феномен существует вне меня, отражаясь (или не отражаясь) моим сознанием. А разве не являются такой объективной реальностью духовные отношения, соответствующие уровню, содержанию и состоянию общественного сознания своей эпохи? Кстати, объективный идеализм Платона и Гегеля при всей ошибочности его основной посылки («первичность сознания») в своеобразной форме отразил тот несомненный факт, что общественное сознание, а тем более формирующиеся на его основе духовные отношения, в определенной степени представляет собой объективную реальность, детерминирующую и во многом объясняющую поведение индивидов и социальных групп. В определенной – потому, что общественное сознание есть одновременно и объективная и субъективная реальность, единство объективных и субъективных моментов. Этот парадокс детальней будет рассмотрен в главе «Духовное в жизни общества».

В чем же тогда принципиальное отличие духовных (идеальных) отношений от материальных? Вкратце его можно сформулировать так: материальные отношения возникают и складываются непосредственно в ходе практической деятельности человека, непосредственно отражают ее. Духовные же отношения формируются, предварительно «проходя через сознание» людей (индивидуальное и групповое). Вот эта их опосредованность сознанием многих смущает и вводит в недоумение. Наш читатель тоже может спросить: разве десятком страниц выше не утверждалось, что архитектор (в отличие от пчелы) пропускает непостроенное еще здание через свое сознание, создавая образ, модель будущего сооружения? Да, утверждалось, но это «пропуск» другого рода. Чтобы было ясно, о чем идет речь, прибегнем к схемам. Как складываются материальные отношения (рис. 6)? И как складываются духовные отношения (рис. 7)?

В чем существенные различия между этими схемами?

1. В случае с материальным производством (рис. 6), через сознание «пропускаются», т. е. моделируются, только конечные продукты, на получение которых направлена наша целеполагающая деятельность. Материальные же отношения (прежде всего производственные) складываются не только вне нашего сознания, но и независимо от него. И только духовные отношения «пропускаются» через сознание, т. е. через идеи и духовные ценности, которые выступают в качестве первопричины, в то время как духовные отношения имеют статус следствия и как таковое должны соответствовать полученным в процессе духовного производства и «потребляемым» обществом (как в целом, так и отдельными группами и личностями) идеям и духовным ценностям.

2. Отношения же, складывающиеся в самом процессе духовного производства, в основном тоже представляют собой отношения по поводу производства, т. е. материальные отношения. Таковы отношения между представителями творческого труда и работодателем, внутри научного коллектива, между автором и издателем. И то, что было сказано о материальных отношениях вообще, распространяется, естественно и на материальные отношения в сфере духовного производства.