Её звали Шайнара. Тень (СИ) - Гор Лекса - Страница 52

       Варн отдал приказ своим людям отступить, а сам вышел вперёд и сделал Шайнаре издевательски-пригласительный жест. Такого подарка судьбы девушка не ожидала. Похоже, Тень всё-таки исполнит свой последний приговор… 

       Шайнара пренебрежительно вытерла тыльной стороной ладони кровь, сочившуюся у неё из рассечённого лба и стекающую на глаза. Несколько секунд противники молча изучали друг на друга. А потом их мечи пустились в яростную и безумно-опасную пляску. 

       Варн и Тень несколько раз сходились и расходились. Но победа не давалась ни тому ни другому. Лишь однажды девушке удалось слегка порезать Рогулу ногу спереди на бедре. Но это была пустяковая рана, и она нисколько не ослабила варна. На его лице даже появилась мимолётная одобрительная улыбка в этот момент.

        Рогул легко парировал удары девушки, не давая её клинку нанести ему хоть сколько-нибудь сильное увечье. И чем больше Шайнара атаковала, тем яснее понимала, как сильно она недооценила командующего. «Нет лучшего бойца на земле, чем варн с Великих Равнин», - всплыли в её мозгу слова старого конюха. Но ей сейчас совсем не нужны были эти мысли. О, как же она пожалела, что отказалась от помощи Анока и Рудена. Самонадеянная и глупая Тень! 

       Когда клинок Рогула в очередной раз оказался у её лица, и она заблокировала его своим мечом, варн поднажал, а потом с силой ударил её ногой по колену сбоку. Шайнара потеряла равновесие и упала на одну ногу. Не давая ей опомниться, Рогул ударил её коленом в лицо. Девушка распростёрлась на земле. Варн подскочил к ней и надавил ногой ей на руку с мечом, приставив свой клинок к её горлу. Шайнара закрыла глаза и приготовилась к смерти. Но Рогул лишь выбил меч у неё из руки и скомандовал солдатам:

       - Свяжите её.

       Глава четырнадцатая. Варн.

       Солдаты связали девушке руки впереди, сняли плащ и обыскали. Из набедренного кармана её штанов они извлекли Книгу Судьи, а из-за голенища сапога – маленький нож. Рогул повертел нож в руках и отдал одному из соратников. Плащ, меч, книгу и пояс с серебряной пряжкой варн забрал себе.

       Во время боя девушка убила двоих и ранила троих человек, один из которых теперь не мог продолжать путь. Рогул распорядился, чтобы раненому оставили лошадь убитого солдата.

       - Продашь её в Гардее и оплатишь лечение, - сказал он. – Я добьюсь для тебя и всех нас помилования у короля.

       После этого командующий взял ещё одну освободившуюся лошадь и подвёл её к пленнице. 

       - Садись, - приказал он и подставил руку, чтобы помочь связанной девушке взобраться на животное.

       Но Шайнара не сделала ни шага.

       - Хочешь путешествовать поперёк седла, Судья? В этом будет мало приятного, а путь нам предстоит долгий.

       Шайнара залезла в седло. Рогул прикрепил поводья её лошади к луке своего седла. И отряд из семи человек, включая командующего, оставляя на горизонте клубы пыли, направился прочь от развалин. А где-то высоко в небе, ныряя в пушистые облака, за ними неотступно следовала маленькая крылатая тень…

***

       Полуденное солнце припекало. Шайнара облизывала пересохшие губы. Ей всё труднее было сохранять вертикальное положение в седле. Удар коленом в лицо не прошёл бесследно. Кровь из рассечённого лба остановилась и запеклась, но вся область от глаз до подбородка болела так, словно по ней потоптались кони. Девушка осторожно ощупала нос. Каждое касание, усиливаемое тряской от скачки, приносило острую боль, которая уходила куда-то вглубь головы и отдавалась в затылок. Но нос был хотя бы не сломан. 

       Рогул то и дело оглядывался на пленницу. Увидев, что та еле держится в седле, он приказал отряду остановиться на опушке леса и сделать привал. Шайнару сняли с лошади и посадили на землю. 

       Солдаты пополняли запасы воды из ручья, вьющегося тонкой струйкой, как змея, среди вывороченных корней. Рогул тоже наполнил свою флягу и, не закрывая её пробкой, поднёс девушке:

       - Пей.

       Шайнара сделала несколько глотков. Ледяная вода наполнила рот божественной свежестью, унося с собой жар и сухость. Варн вернулся к коню, на котором был закреплён свёрнутый в рулон плащ Тени, и оторвал от него кусок. Рогул смочил ткань водой и протянул пленнице:

       - Приложи к лицу.

       Орудовать связанными спереди руками было неудобно, но девушка изловчилась и с упоением уткнулась в мокрую тряпку, еле сдержав при этом стон облегчения. 

        Короткий привал был окончен, и всадники двинулись дальше.

       К вечеру погода испортилась. Порывы ветра усилились. Серая мешанина из дождя и тумана летела навстречу всадникам и пробирала до костей. В отряде имелось несколько бурдюков с вином и, чтобы согреться, солдаты то и дело к ним прикладывались. 

       Рогул избегал ехать по широкому и удобному королевскому тракту. Он не хотел привлекать внимание посторонних к связанной девушке, да и встреча с наёмниками, которые наверняка уже разыскивали телохранителя Железного герцога, чтобы получить награду за его голову, была нежелательна. Варн выбирал малохоженые дороги и за версту объезжал любые города и поселения. 

        Вот и сейчас отряд двигался по узкой лесной тропе, где лошади могли пройти только в цепочку, а всадникам приходилось наклоняться, чтобы не задевать головой низкорастущие ветви. Но в лесу было хотя бы не так холодно, как на открытой местности. К тому же, вскоре Рогул разглядел пещеру. Она заросла плющом и была незаметна издали – отличное место, чтобы переночевать и укрыться от непогоды. 

       Пещера оказалась сухой и просторной. Она вместила весь отряд вместе с лошадьми. На земляном полу в ней валялись обглоданные кости какого-то животного, а под потолком висели клочья густой паутины.

        Солдаты развели огонь в центре, а пленницу посадили в самый дальний от входа угол. Они ели, пили и негромко переговаривались между собой. Одному из них Рогул приказал накормить девушку.

       - У нас самих мало еды, - буркнул тот. Он был толстый и на подбородке имел здоровую бородавку. 

       - От тебя не убудет, - ответил Рогул. – А она нам нужна живой.

       Толстяк встал и направился к пленнице. Он немного шатался от выпитого вина и придерживался за стену пещеры.

       - Жри, - сказал он грубо и протянул Шайнаре полоску вяленого мяса.

       Но девушка не взяла её.

       - Жри! – повторил толстяк громче.

       Шайнара отвернулась.

       - Так тебе не нравится наша еда, шорва?! – его лицо исказила злоба, и он ударил пленницу по щеке. - Ты убила моего друга! 

       Сотрясение от удара вновь жуткой болью передалось в затылок. 

       - Я сказал, накормить её, а не бить! - закричал Рогул и подскочил к толстяку. 

       Тот посмотрел на него замутнённым взором.

       - Она убила Стрифа, – прорычал он, снова замахиваясь.

       Рогул перехватил его руку и вывернул ему её за спину.

       - Иди проспись! – приказал варн и толкнул толстяка обратно к огню.

       Рогул присел перед девушкой на корточки и протянул ей вяленое мясо:

       - Ешь.

       Но та не взяла еду.

       - Это глупо, - сказал Рогул. – Ты же надеешься ещё сбежать. А для этого нужны силы. Ешь.

       И он снова протянул ей полоску мяса. 

       - Ослабь верёвки. У меня затекли запястья, - девушка протянула ему руки.

       - Я что, похож на идиота? – Рогул поднял бровь. – Так ешь.