Её звали Шайнара. Тень (СИ) - Гор Лекса - Страница 44

       - Вот уж, чего не знаю – того не знаю. Помнится, когда-то в замке я видела три её портрета, но даже не знаю, куда теперь они все делись… - кухарка растерянно развела руками.

       Шайнара снова пошла в кладовку, потому что унести все продукты за один заход ей со Смуром не удалось. Девушка собрала всё, что было нужно, а потом присела перед картиной. Она вглядывалась в портрет и не могла понять, что же её так притягивает в нём. Шайнара долго разглядывала герцогиню. Её черты лица, глаза, волосы… Эти несвойственные миртанцам, но такие знакомые золотистые волосы… Шайнара подсела ближе и закрыла ладонями лишнюю длину волос и тело женщины…

       Девушка выдохнула…. Не узнать Карлема, пусть даже в этих женственных чертах, было невозможно!

***

       На следующий день в замок вернулся герцог. Но Шайнара даже не смогла как следует разглядеть его. Она стояла возле ворот среди прочих слуг, встречающих своего господина, но всё, что увидела, - это толпу солдат, окружающих человека, с ног до головы закованного в железные латы. Герцог не удосужился даже махнуть рукой в сторону встречающих. Он, не снимая шлема, в сопровождении личной охраны сразу прошёл в свои покои.

       Теперь девушка понимала, почему его прозвали «Железным». Она и раньше слышала, что никто уже много лет не видел его без тяжёлых доспехов. Мало, кто даже из замковых слуг мог вспомнить и точно описать внешность своего господина. Герцог не вёл светскую жизнь. Он не отвечал на приглашения и не устраивал у себя званных вечеров. С тех пор, как закончилась Война Трёх Королей, он, как сыч, засел в своём непреступном замке и выбирался из него только по приказу короля. 

       Командующим над солдатами, а также правой рукой Железного герцога и его личным телохранителем был некто Рогул – выходец из «грязных» народов. Правда говорил он практически без акцента и не забирал волосы на затылке, как обычно делали его соплеменники. Даже наоборот, Рогул носил короткую стрижку под стать местному населению. Взгляд же его восточных немного раскосых глаз был холоден и непроницаем.

        В донесениях, которые читала Шайнара, готовясь к заданию, было сказано, что Железный герцог никому так не доверяет, как своему телохранителю. Рогул был умён и предан. Он участвовал во всех делах своего господина, в том числе, и в тех, за которые Орден вынес тому приговор. 

       С возвращением герцога всё в замке изменилось. Слуги стали говорить тише. Управляющий был напряжён и раздражался по любому поводу. Рогул устраивал ему проверки и несколько раз даже заходил на кухню.

        Впервые столкнувшись с Шайнарой, он учинил управляющему настоящий допрос с пристрастием: кто такая, откуда и как давно появилась в замке. Когда девушка узнала об этом разговоре, она сильно удивилась. Ей показалось странным, что правая рука герцога интересуется какой-то черновой служанкой с кухни. Но Харна объяснила ей, что Рогул знает всю прислугу лично, вплоть до самого последнего подмастерья. 

        А ещё командующий оказался одним из тех немногих мужчин, которые игнорировали все обольстительные улыбки и взгляды, направленные в их сторону. Поначалу Шайнара даже растерялась. Опыта у неё было, конечно, не так много, как у Алхены, но всё равно ей казалось, что наёмник из полудиких племён уж никак не должен был устоять перед шаблонным набором женских приёмов, отточенных Шайнарой в своё время до мелочей. 

        Но Рогул устоял. И не просто устоял. Он был абсолютно равнодушен к её уловкам. Хуже того, его служебное рвение, а может и просто хорошо развитая интуиция, видимо, что-то подсказали ему. Но он внезапно распорядился удвоить охрану покоев герцога и переназначил время смены постов. 

       Об этом Шайнара узнала от одного из солдат. Его звали Кетос, и он входил в личную охрану герцога. Потерпев неудачу с командующим, Тень направила все свои способности на этого солдата, и тот быстро прельстился юной красоткой.

        Шайнара прислуживала Кетосу во время трапезы, дразнила и распаляла его воображение, но при этом не давала к себе прикасаться. Девушка играла с солдатом целую неделю, прежде чем железная дисциплина, которую вбил в него Рогул, дала трещину. 

       Предвкушая неземное наслаждение, так красноречиво обещанное ему одним лишь взглядом новенькой служаночки, он провёл её по-тихому в караульное помещение на третьем этаже. И ему даже в голову не пришло подумать, как так получается, что в других укромных местах замка девушка не позволяла ему к себе прикасаться, но, чем ближе они находились к покоям герцога, тем доступней она становилась…

       -Ну, иди же, ко мне, наконец, моя шалунья. У нас есть немного времени, пока не придёт другая смена, - сказал Кетос, отстёгивая пояс с оружием.

       - А Рогул? – спросила Шайнара.

       - В это время он обычно на конюшне. 

       - А правду говорят, что из этой комнаты есть тайный ход в спальню герцога? – вновь спросила Шайнара, оглядывая помещение. Она уже догадалась, что таинственный проход, про который рассказывал болтливый паж, скрыт за портьерой. 

       - Кто говорит? – удивился Кетос, привлекая девушку к себе и пытаясь поцеловать её в губы.

       - Все говорят, - уклоняясь от поцелуя, ответила Шайнара. - Мне бы так хотелось увидеть герцога вблизи… 

       - Зачем? – Кетос вновь притянул служанку к себе. 

       Но не успела Шайнара ответить, как портьера отодвинулась, и из тайного прохода в караульное помещение шагнул Рогул. 

       Кетос побледнел, отпустил девушку и вытянулся по струнке. Лицо же командующего нисколько не изменилось. Оно оставалось таким же непроницаемым, как всегда. Рогул ничего не сказал ни солдату, ни девушке. Он молча прошёл на выход и уже за дверью отдал приказ – Кетоса прогнать сквозь строй и уволить без жалования в тот же день, а не в меру любопытную служанку – на первый раз высечь…

       Шайнару отвели на конюшню. Управляющий сухо передал старому конюху приказ Рогула и быстро удалился. У него было ещё много дел. Стражник, который должен был проследить за исполнением наказания, остался снаружи.

       - Что же ты такого натворила-то, Марэн? – спросил с сочувствием старик. За период пребывания Шайнары в замке, девушка и конюх успели стать хорошими приятелями.

       - Да не спрашивай, дядя Акчар, - отмахнулась девушка. Она знала, что добрый старик не будет над ней особо сильно зверствовать.

       Акчар укоризненно покачал головой. Он относился к новой служанке, как к дочке, которую когда-то покинул, записавшись наёмником на Войну Трёх Королей. С тех пор прошло много лет, он постарел и был уволен с военной службы, но остался служить конюхом в замке своего господина.

       Шайнара прошла вдоль денников, разглядывая лошадей, и остановилась перед высоким вороным жеребцом. Она раньше не видела его.

       - Какой красавец, - сказала девушка.

       - Это Бурст, - ответил Акчар, подходя к ней. - Конь господина Рогула, Он никому не доверяет ухаживать за ним. Сам кормит, поит и чистит.

       - А господина Рогула, кроме лошадей, что-нибудь интересует? Женщины там, например? – с сарказмом спросила девушка. 

       Конюх злорадно захихикал:

        - Да уж. Варн он и есть варн. 

       - А ты бывал в их краях? У «грязных» народов?

       - Доводилось. Только не называй их «грязным» народом. Господин Рогул ненавидит это прозвище. Он варн. Это для нас они все одинаковы, что варны, что азары. Но, если ты ему такое скажешь, то с работой в замке можешь попрощаться навсегда.