Её звали Шайнара. Тень (СИ) - Гор Лекса - Страница 22

       Девочка окунула пальцы в мазь и стала втирать её другу между лопаток как раз в том месте, где у него был нарост, делающий его сильно сутулым. Шайнара никогда не видела раньше горбов, но почему-то была уверена, что этот был не обычным. Горб Карлема был весь пронизан тонкими синими жилами, отчётливо видимыми под кожей. 

       Шайнара втирала мазь и чувствовала, как горит под её руками спина Карлема.

       - Очень больно, да? – спросила она.

       Тот через силу улыбнулся и ответил:

       - Нет. У тебя нежные руки.

       Когда Шайнара закончила, Карлем поспешил надеть рубашку.

       - Подожди, мазь ещё не впиталась, - остановила его девочка.

       - Но тебе, наверно, неприятно смотреть на меня.

       - Ты точно принадлежишь касте Света? А то иногда такие глупости говоришь! – и Шайнара подула ему на спину, чтобы мазь поскорее впиталась. - Давно это у тебя?

       - С рождения. Но жечь начало всего пару лет назад. Магистры обследовали меня, но ничем помочь не смогли, разве что научили готовить вот эту мазь из болотного мха. Она хорошо снимает острую боль.

       Карлем надел рубашку и поднялся на ноги. Он взял Шайнару за руку, и они вместе покинули утёс. 

***

       Так прошёл ещё один год. Юноши-трудни, которые обучались вместе с учениками Теней, вернулись на побережье в деревню. И уж как Мик был этим доволен! Но приближался тот самый день, воспоминания о котором выворачивали душу Шайнары наизнанку… 

       Алхена ещё с утра уехала на материк вместе с Мастером Сибурдом. Тренировки в этот день были отменены, и Варен Сайрок с удовольствием нагружал учеников дополнительной работой. 

       Но сегодня девочка была ей только рада. Она готова была делать всё, что угодно, только бы не думать… только бы не оставаться наедине со своими мыслями… Малейшее воспоминание она прогоняла ещё на подходе. Но день тянулся невыносимо медленно, а стрелки больших солнечных часов, расположенных на стене Тайной Обители, словно специально зависали на каждой минуте.

       - Вот ты где, - сказал Карлем, приблизившись к девочке со спины. Она лежала на берегу лагуны и смотрела в воду на своё отражение. Она повзрослела, черты её лица изменились, но в них по-прежнему угадывался её брат-близнец…

       - Ты не была на ужине, - продолжал Карлем, присаживаясь рядом.

       - Я не голодна, - ответила та и провела рукой по воде. Отражение запрыгало и зарябило.

       - Алхена просила приглядеть за тобой сегодня.

       - Я не нуждаюсь в присмотре, - грубовато ответила Шайнара и села.

        Ей ни с кем не хотелось сейчас разговаривать, даже с Карлемом… 

       Но ученик Хранителя не собирался оставлять её одну. Он придвинулся ближе.

        - Я знаю, что случилось в этот день с тобой два года назад, - начал он. - Алхена рассказывала мне про твою деревню. 

       Шайнара ничего не ответила. А Карлем продолжал:

       - Но став Призраком в Первом Храме, ты должна была отказаться от своего прошлого. 

       - Слушай, Карлем, я не хочу говорить об этом…

       - Придётся. До тех пор, пока на самом деле не поймёшь, что у Тени нет прошлого.

       Шайнара горько усмехнулась:

       - Да уж. «У Тени нет прошлого». Это написано в Кодексе и это так легко произнести вслух, но ведь никто, понимаешь, ты… никто не в силах избавиться от своих воспоминаний…

       - Возможно. Но Тень должна сделать так, чтобы эти воспоминания, какими бы страшными они не были, никак не влияли на её сегодняшние решения. А у тебя разве так?

       Шайнара посмотрела на Карлема. Он стал ей очень близок за этот год, но разве можно было ему полностью открыться? 

       - Слушай, - начала девочка после паузы, - я не понимаю, о чём вы с Алхеной беспокоитесь. Я же избрала путь Тени и не собираюсь от него отказываться. Что ещё вам от меня надо?

       - Искренности в намерениях, - ответил Карлем и посмотрел ей прямо в глаза, - Ты действительно хочешь служить Ордену или преследуешь свои цели?

       Шайнара и Карлем несколько секунд изучали друг на друга молча, после чего ученик Хранителя добавил:

       - Пойми, это очень важно. Орден – лучшее, что есть у людей в этом мире. Их единственная надежда на справедливую защиту. И мы должны хранить его таким, каким он был задуман. Тень принадлежит Ордену и не может иметь никаких душевных связей с внешним миром. Тень не имеет права на эмоции. В противном случае, она не сможет выполнять свою работу правильно. 

       Когда Карлем говорил об Ордене, лицо его преображалось. Он словно становился другим в этот момент, каким-то возвышенным и… чистым. Шайнара даже завидовала его одержимости. Сама она так не могла. Конечно, она любила и даже немного боготворила Орден и ей действительно хотелось стать его частью, стать Тенью и даже, возможно, служить людям, но… Берд… Она не могла отказаться от брата. Не могла отказаться от мести за него. И Карлем словно чувствовал это.

       - Так у тебя есть свои цели? – повторил он. - Ты можешь доверять мне, Шая. Я обещаю, что никому не открою твоих секретов.

       Но девочка молчала.

       - Доверься мне, Шая…

       Шая… Шая… Так называл её только Берд. Она отвернулась, чтобы скрыть не вовремя выступившие на глазах слёзы.

       - Расскажи… - повторял Карлем, мягко разворачивая её к себе.

       Шайнара зажмурилась и стиснула зубы. Образ проткнутого копьём брата снова воспылал перед ней во всех красках. Она отчаянно замотала головой. И в этот момент Карлем привлёк её к себе, обнял и прижал к груди.

       - Всё хорошо, - прошептал он, - всё хорошо…

        И Шайнара не выдержала. Она зарыдала во весь голос, и его рубашка насквозь промокла от её слёз.

       Карлем крепко прижимал к себе девочку, пока та не успокоилась. Но ещё несколько минут она сидела, уткнувшись лицом в его грудь. А потом подняла на него опухшие от слёз глаза и рассказала об убийцах, об отце, о Берде и… об изнасиловании…

       Глава шестая. Рубиновый аскорис.

       После того, как мальчики-трудни вернулись в деревню на побережье, тренировки младших учеников Теней стали намного интенсивней. Ещё два года они изучали техники владения самым различным оружием, а также бегали, прыгали, плавали, ползали. Лекари обучали учеников останавливать кровь, вправлять вывихи, готовить целебные отвары. Хранители Формул давали азы знаний по изготовлению и применению всевозможных ядов. 

       Шайнара выросла и превратилась в красивую восемнадцатилетнюю девушку. Задир, Гевор, Анок и Руден тоже возмужали. Под их одеждой теперь легко угадывался рельеф мускул, а черты лиц утратили юношескую мягкость.

       Как-то, когда ученики обедали в трапезной, и только Гевор остался снаружи в Круге Последних, Шайнара сказала:

       - Мы с вами уже три года вместе. Вместе тренируемся и вместе работаем на Варена Сайрока. И мы все хотим служить Ордену одинаково сильно. Так почему же тогда нас, таких одинаковых в своём стремлении и желании быть полезными, разделяют за трапезным столом? Почему кому-то достаётся вкусный обед, а кому-то только хлеб с водой?

       - И что такого? – спросил Задир с дальнего конца стола. - Каждый должен расплачиваться за свои ошибки сам. И нет среди нас одинаковых. Всегда будут лучшие и худшие.

       - Я говорю не о навыках, а о желании служить Ордену. В этом желании мы одинаковы. А получается так, будто мы всё это делаем за еду? Нас дрессируют, словно собак. Сделал хорошо, возьми вкусный кусочек, не сделал – кусочка не получишь.