Красная ведьма. Враг у моих ног (СИ) - Пенкина Анастасия - Страница 39

Мужская ладонь медленно скользнула вверх по спине. Замедлилась на оголенной коже и замерла на затылке. Мне кажется, я слышала быстрые и гулкие удары своего сердца, и как оно замерло, когда Максим украл мой тяжелый вздох. Он будто пробовал мои губы впервые, постепенно углубляя поцелуй. Обвив руками широкую шею, ближе прижалась к нему. И поцелуй перестал быть нежным. Максим целовал жадно, руки изучали мое тело, забрались под платье и остановились на ягодицах, с силой сжимая их, приподнимая меня вверх. Обхватив его ногами, позволила посадить себя на столешницу и широко раздвинуть в стороны колени. Мужское тело вжималась в мое, заставляя гореть и желать, желать колдуна.

Я недовольно застонала, когда Максим разорвал поцелуй. Но когда он коснулся губами кожи на шее, облегченно выдохнула. Наслаждаясь его губами, захватывающими мое тело сантиметр за сантиметром, я пропустила мысль о том, почему именно он заставляет мое тело гореть от чувственного первобытного наслаждения. Она казалась важной, я пыталась думать, но разум меня покидал, как только моего тела касался колдун. Будь то властные губы или умелые руки - неважно, даже само его присутствие туманило голову, а такие слова как благоразумие и контроль становились бессмысленным набором звуков.

Максим спустил лиф платья, обнажая мою грудь и втянул набухший от возбуждения сосок, заставляя меня выгнуться ему навстречу и жалобно всхлипнуть. Руки его безжалостно мяли мое тело, а я плавилась от каждого прикосновения. Проникнув под подол платья, он стянул с меня только что надетые трусики. Небрежно отбросив их в сторону, обхватил ладонями мои ягодицы, рывком дергая на себя, к самому краю столешницы. От этого резкого и неожиданного для меня движения я чуть не ударилась о подвесной шкаф и ухватилась за ручку хлипкой дверцы, когда он склонился вниз, опускаясь на колени, разводя мои ноги еще шире, целуя и покусывая внутреннюю часть бедра от колена, стремясь вверх. В легких не хватило воздуха, когда его палец проник в меня, тут же захваченный жаром моего тела. Касаясь кончиком языка налившегося кровью бугорка, он совершал незамысловатые движения. Но от этой пытки тело содрогнулось, вскрикнув, я выгнулась навстречу ему.

В этот момент я позабыла все то, за что так ненавидела колдунов, за что в последнее время презирала себя, отдаваясь во власть наслаждения.

Оторвавшись от меня, Максим подхватил мое разомлевшее тело, крепко удерживая за ягодицы, прижимая мою горячую и влажную кожу к своему голому животу.

Я позволила отнести себя на диван и не сдержала тяжелый выдох, переходящий в стон, когда он, освободив свое тело от остатков одежды, опустился на меня, и я почувствовала весь его немаленький вес тела на себе.

- Хочу тебя, - пробормотала я, целуя его губы, обводя их языком.

- Знаю.

Во мне не осталось осуждения собственного поведения, не осталось привычного понимания правильного и неправильного. Только страсть и удовольствие, которое я получаю.

Не задумываясь, я впустила его, позволила соединить наши тела так близко, насколько это возможно. Под моими пальцами перекатывались бугры мышц на его спине. Я гладила их, вливаясь в единый такт яростных движений, несущих нас к бессознательному экстазу, и губ, порывисто касающихся друг друга, забирая последние крупицы воздуха.

Максим обхватил большими ладонями мою поясницу, и тело оторвалось от смятых простыней. Он пытался перевернуть меня, но я крепко вцепилась ногтями в каменную спину.

- Нет, - нашла я силы пробормотать короткое слово. Нельзя. Нельзя, чтобы он видел мою спину.

Мы так и остались в вертикальном положении, я сильнее впилась ногтями, на случай, если он передумает. Но он крепко вжал меня в свое тело, обхватив за плечи и талию.

Наконец, ослабленные истомой тела можно было разъединить. И обессиленная, я откинулась на спину, прикрывая глаза.

- Я... Это ... - начала лепетать, но он остановил меня, нежно поцеловав.

- Оставь комментарии, давай просто полежим пять минут.

Но мне было не до отдыха.

- Я вообще-то на работу опаздываю, - хитро прищурилась и улыбнулась. Нелепо, но под этим предлогом, удачно уворачиваясь от цепких рук, обернувшись простыней, шмыгнула в ванную, закрываясь.

На недовольное ворчание Максима я не обратила внимания. Нельзя, чтобы он пошел со мной. Нужно было снова лезть в душ, и здесь будет так же сложно не повернуться спиной, как и во время секса.

Закончив, я потуже скрепила простынь на груди, как раз Максим постучал.

- Марго, не знал, что ты такая единоличница, - притворно-недовольным голосом сообщил он.

- Я уже все, - невинно пропела я, выходя из ванной, и тут же открыла соседнюю, залетая в гардеробную. Пришлось опять закрываться. Матерь-богиня... Кажется, ладони вспотели. Так близко от разоблачения я еще не была.

Я нервно перебирала вещи, и они падали на пол. Руки опять затрясло, как у алкоголички после долгого запоя. Я почувствовала, как меня накрыло большим количеством карминового потока. Когда очередная майка выпала из рук, дополняя образовавшуюся кучу одежды, я села на пол, обняв колени.

- Черт... черт... - бормотала я себе под нос. Старцев может и заметить, что меня трясет как осиновый лист.

- Марго, ты там надолго? - позвал он через несколько минут. - Теперь нам уже действительно пора.

Я напрягла мышцы, как это делают колдуны, когда собираются использовать артефакты, и это действительно помогло, внутри я все еще ощущала напряжение, но хотя бы руки тряслись не так заметно.

Кое-как оделась в синюю майку и красную юбку-карандаш. Всю мою концентрацию чуть не разрушил телефонный звонок, точнее, вибрация со дна приготовленной к выходу сумочки. Звонили на мой настоящий телефон. Это была Карина. Не до нее сейчас. Наверное, за Фила волнуется.

Проигнорировав звонок, я вернулась в комнату. Максимильян был полностью одет. Руки скрещены на груди, взгляд внимательно изучающих глаз немного прищурен.

- Я готова, - нервно улыбнулась.

- Тогда поехали, - он тоже улыбнулся в ответ и притянул меня к себе, касаясь моих губ своими. От этой близости перехватило дыхание, и моя концентрация снова чуть не покинула меня.

- Поехали, - пробормотала я, отстраняясь.

Телефон в сумочке настойчиво жужжал. Я села на пассажирское сидение рядом с водителем. Ловким движением Максим надел солнцезащитные очки, которые ему чертовски шли, и, повернувшись ко мне, одарил довольной улыбкой, а теплая ладонь легла на мое бедро, немного сжав его. Да, теперь он не сомневался, что я его. В зеркальной поверхности стекол дорогого аксессуара я видела себя - растянутую, уменьшенную фигурку. И возможно, отчасти он прав. Даже будучи собой, я не смогла себе отказать в удовольствии быть с ним. Что уж говорить о слабой ведьмачке Марго, которая априори не способна противостоять обаянию колдунов.

Оказавшись, наконец, одна за рабочим местом, достала телефон. Пропущенные от Карины и несколько сообщений.

«Василиса, ответь, это срочно!»

«Вася, мне жаль. Но случилось несчастье. Твоя галерея. Все сгорело.»

Дальше прилагалась пара фото. Металлическая дверь искорежена и не закрывалась, черные полосы на бежевых стенах. На второй фотографии то, что осталось от небольшого помещения. Обугленные стены почернели, и больше ничего. Ничего не осталось. Лишь черный пепел повсюду. В груди все сжалось от обиды и гнева. Мои картины! Я не самый хороший художник - это мое хобби. Но в каждую картину я вложила частичку себя, частичку души. Я любила свои пейзажи. А теперь их больше нет. Ни весенней березовой рощи, ни промокших улиц Петербурга, ни одной.

По щекам побежали слезы сжигающей обиды. Ненавижу. Как же я его ненавижу! Как он посмел?! Ни секунды я не сомневалась, что пожар не случайность. И на все сто процентов уверена, чьих рук это дело. Вот почему он вчера так переживал. Вот, что он вытворил. И правильно беспокоился. А я, наивная и глупая ведьма. Ах, как же жжет в груди!

Резко откатившись на стуле, я соскочила с него и ударила кулаками по стеклянной столешнице, к счастью, та не треснула. О концентрации уже и речи не шло. Скопившийся во мне поток уже стал видим. Полупрозрачные язычки чистой силы обвивали мое тело, и я видела карминовые всполохи, не обращаясь к ведьминому взору. А это могло лишь значить, что количество проходящего через меня потока бьет все прежние рекорды, а следовательно, и колдун, и любой другой может увидеть то же самое.