Лунатики - Набокова Юлия - Страница 67

— Узнаю. — Зубы дробно стучали от страха, колени подгибались, он отводил взгляд, не желая видеть ее мертвое лицо. — Я не хотел, Лера… — Немеющие губы с трудом выдохнули ее имя, и покойница, словно оглушенная им, пошатнулась и выпустила его плечо. «Может, в ней осталось что-то человеческое», — мелькнула на миг спасительная мысль.

— Как ты меня назвал? — дрогнувшим голосом спросила она.

— Прости меня, Лера, — торопливо забормотал он. — Я не хотел тебе навредить… У меня просто не было выхода…

— О чем говорит этот урод? — Из-за спины мертвой девушки в слепящем свете фар выступили три мужских силуэта. Лиц зомби Кирилл не видел, только горящие синим глаза у двух из них. В том, что задал вопрос, худощавом и угловатом, Кирилл запоздало узнал сбитого им велосипедиста. Глаза мажора в ужасе закатились, и он рухнул к ногам живых мертвецов…

— Живой. — Яр, наклонившись над Кириллом, нащупал слабую ниточку пульса. — Но мертвецки пьян. Как он еще машину вел?

— Он что-то знает о моей сестре! — Соня нервно кусала губы. — Его нужно расспросить!

— Если и знает, то сейчас ничего не скажет. А нам некогда ждать, пока он очнется. — Яр с сомнением посмотрел на распростертого среди дороги Кирилла. Не бросать же его тут! — Егор, помоги!

Вдвоем они оттащили мажора в машину. Заднего сиденья в спорткаре не было, пришлось усадить Кирилла за руль. Капот был смят, но на всякий случай Яр выдернул ключи из замка зажигания.

— Чтобы не вздумал ехать, когда очнется.

Он собирался выбросить ключи в кусты, но в последний момент его внимание привлек знакомый радиобрелок на связке.

— Это то, о чем я думаю? — Лис, подойдя ближе, удивленно уставился на брелок.

— Он не просто так оказался здесь. Он ехал в лабораторию. — Яр задумчиво взглянул на мажора, откинувшегося в водительском кресле, и вдруг понял, кого напоминает ему Сонин однокурсник — своего властного и беспринципного отца. — Знакомься, — он кивнул, с трудом сдерживая ярость, — это Кирилл Черский.

Ему раньше не приходилось встречать сына Черского. Сам бизнесмен часто наведывался в лабораторию, а Кирилл пару раз появлялся в отсутствие Яра, поэтому, когда Яр впервые увидел его с Соней у горящего общежития, не узнал, хотя инстинктивно почувствовал неприязнь.

— Сын Черского? — присвистнул Лис.

— Вы его знаете? — Соня удивленно повернулась к Яру. — Мне показалось, ты с ним незнаком.

— С ним — нет. А его отец содержит лабораторию и использует лунатиков для своих темных дел. — Яр гневно стиснул кулаки.

— Кирилл связан с лабораторией? — Соня пораженно покосилась на отключившегося однокурсника.

— Похоже, он теперь там частый гость. — Яр задумчиво повертел радиобрелок. — У него есть пропуск.

— А это значит, — Лис подобрал с асфальта бейсболку Кирилла и надвинул себе на лоб, — у нас все-таки есть преимущество!

Камеры, стоявшие по периметру забора, отключились одна за одной.

— Они здесь. — Полозов удовлетворенно склонился над пультом охраны и кивнул синеглазому Марку, стоявшему за спиной. — Встретьте их.

— Мы готовы. — Марк с готовностью метнулся к двери.

— Подожди, — остановил его Полозов.

Камера у главного входа отобразила посетителя, поднесшего ключ к домофону.

— Какого черта ему нужно? — Полозов нахмурился, глядя на сына Черского.

Парень, зачастивший в лабораторию после побега Яра и последовавшего за этим похищения Леры, выводил его из себя. Но поделать он ничего не мог. Константин Черский содержал лабораторию и обладал нужными связями. Вот и сегодня пришлось воспользоваться услугами его доктора, не задающего лишних вопросов… Полозов коснулся повязки на запястье, из которого молчаливый доктор извлек пулю Лаптева. Ради поддержки Черского приходилось мириться с визитами его сына и даже под давлением отца сделать ему магнитный ключ.

— Недоросток! — недовольно процедил Полозов, глядя на монитор.

Кирилл был невысоким, так что камера смотрела в затылок его низко надвинутой дизайнерской кепки с длинным козырьком.

— Узнай, что ему нужно, и выпроводи, — велел Полозов Марку. — У нас нет на него времени.

Оглушительно хлопнула дверь. Марк выскочил из комнаты, торопясь исполнить поручение. Полозов, досадливо поморщившись, коснулся повязки, сквозь которую проступило кровавое пятно. Он отвлекся от монитора и не заметил, как в главный вход вслед за Кириллом проскользнули другие посетители.

Марк недолюбливал Кирилла — этого мямлю, который с видом наследного принца заявлялся в лабораторию. Мало того что родился с золотой карточкой во рту, так еще и старший Черский носится с наследником, как курица с яйцом. Марку приходилось по крупицам завоевывать отцовскую любовь, доказывая, что он лучший, а богач Черский своего никчемного сына обожал просто так, не требуя от него никаких заслуг, прикрывал все его промахи и подчеркивал, что все его дела, в том числе лаборатория, со временем перейдут к Кириллу. Раньше младший Черский особо не интересовался делами лаборатории, но после истории с Лерой повадился ходить сюда как к себе домой. Как будто надеялся разыскать следы пропавшей девушки и выяснить, что именно с ней стало. Отец четко дал понять, что решил проблему и Лера уже никому ничего не расскажет, волноваться не о чем, но Кирилл продолжал таскаться в лабораторию. И вскоре выяснилось зачем.

Не судьба пропавшей Леры его волновала — Кир увлекся Адой. Да не ту выбрал — Ада была слишком влюблена в Марка и высмеяла мажора, пытавшегося купить ее дорогими подарками и обещанием забрать из лаборатории, снять для нее квартиру. Вскоре Марк застал их в коридоре, когда Кир пытался надеть на палец Аде кольцо с лунным камнем, подчиняющее разум лунатиков. Марк отнял кольцо и с трудом сдержался, чтобы не набить морду младшему Черскому. Но от лояльности его отца зависела вся лаборатория, и Марку оставалось только терпеть папенькиного сынка.

— Потерял что-то, Кир? — Марк преградил дорогу Кириллу, вывернувшему в холл.

Тот даже не взглянул на него. Низко опустив голову и сгорбившись, продолжал что-то разглядывать под ногами и вертел в руке связку с ключами от машины и лаборатории. Как будто хотел показать, что он тут хозяин, а Марк — всего лишь наемник, который платит за кров и содержание незаконными услугами его отцу. Марка взбесила эта пренебрежительность, и он не упустил случая уколоть мажора:

— Если ты к Аде, то она занята.

Все так же молча Кирилл сдернул с головы любимую бейсболку и швырнул в Марка, выпрямляясь. Марк машинально поймал ее, запоздало заметив, что Кирилл сильно оброс с последней встречи, стал выше и раздался в плечах, почти как…

— Давно не виделись, Марк! — Старший брат с вызовом взглянул на него.

За его спиной из коридора вынырнули Лис, Муромец и Соня.

Марк зарычал и кинулся на Яра.

— Идем. — Лис потянул Соню к лестнице, ведущей вниз. Соня обернулась и увидела, как Марк налетел на Яра и они схлестнулись в яростный вихрь. С другой стороны к ним бежали трое лунатиков из команды Марка, Муромец в одиночку бросился им наперерез.

— Быстрее, — поторопил Лис и с тревогой добавил: — Долго они не продержатся.

Эта фраза отрезвила Соню, и она заторопилась за Лисом, вспоминая план, озвученный Яром.

Ваша задача — освободить Вику. Мы вас прикроем.

Они кубарем скатились по лестнице и очутились перед железной дверью во всю стену, от пола до потолка. Лис выбросил руку с радиобрелоком Кирилла, и дверь открылась. Они очутились в начале тускло освещенного коридора со множеством дверей.

— Это здесь. — Голос Лиса прозвучал глухо и надтреснуто, как у старика. Соня с тревогой посмотрела на парня и вздрогнула, — казалось, эти стены выпили из него жизнь, и он превратился в слабую тень самого себя.

Лис дернул шеей, стряхивая воспоминания о пережитых здесь муках, как липкую паутину, и смело ринулся вперед. Он едва взглянул в стеклянное окошко на первой к ним двери и сразу же двинулся дальше, а Соня, посмотрев за стекло, так и застыла, пригвожденная к месту жутким зрелищем. В запертой полутемной комнате металась на кровати, подключенная к аппаратам, спящая девушка, ее ровесница. Черные волосы спутались, рот девушки кривился, она кричала от боли, но толстые стены не пропускали ни звука, и от этого было еще страшнее. Соня потянула на себя запертую дверь, желая выломать ее и отключить девушку от аппаратов, но дверь не поддалась.