Между Призраком и Зверем (СИ) - Сурикова Марьяна - Страница 93

Во дворце нас приветствовали согласно занимаемому положению. Провели в роскошные гостевые спальни, каждому выделили для помощи слуг и рассказали о программе торжественного вечера.

Я устроилась на кровати, пока служанки хлопотали, распаковывая тяжелые дорожные сундуки с моими платьями. В Иннеи до сих пор предпочитали использовать старинные проверенные вещи, которые в столице давно вышли из моды. Даже наряды княжны выглядели более тяжелыми и старомодными, скрывавшими очертания фигуры под многочисленными складками, в отличие от платьев дворцовых модниц. Но я не спорила. Полагаю, мужчина, которого следовало называть моим отцом, испытал бы приступ искреннего негодования, увидев, например, наряды фаворитки или иное творение волшебницы Амели.

Одна из девушек, представившаяся моей личной горничной (слуг в поездку мы не брали), предложила помочь снять слишком теплый наряд. Пока она хлопотала вокруг, я вдруг с тоской вспомнила Кэти. С ней мы тоже не виделись долгое время. Я регулярно общалась с девушкой посредством писем и всегда подписывала их прежним именем, а она, в свою очередь, докладывала о положении дел в благотворительном центре, отмечала рост числа меценатов и покровителей, говорила о том, что коллекция книг растет, налаживаются связи с библиотеками по всей империи, а фонд помог уже многим талантливым соискателям обрести подходящую работу. Кэти была поглощена этой суетой и, кажется, искренне любила свою должность. Ей она подходила намного больше, чем место обычной горничной.

- Вы желали бы отдохнуть, леди?

- Да.

Кругом полным-полно людей. Повсюду сверкают разноцветные огни, формируя потрясающие украшения. Кажется, в них добавлена магия, поскольку гирлянды светятся и переливаются сами по себе. Везде прекрасные цветы, а на отдельно стоящих столах угощения. Толпа радостно гомонит, и придворные осматривают с любопытством прибывших во дворец гостей.

Ни императора, ни его избранницы пока нет. Светлейший князь медленно проходит по зале и то и дело останавливается поговорить с кем-то, попутно представляя нас троих каждому собеседнику. Мне все больше не по себе от растущего внутреннего напряжения, хотя и князь, и братья полны спокойствия и чувства собственного достоинства.

- Ты что-то бледна, Миланта, - наконец, замечает мое состояние Алист. - Хочешь присесть?

- Если не возражаете, я бы желала устроиться возле того окна, подальше от толпы, и немного перевести дух, пока праздник не начался.

- Конечно, - он благосклонно кивнул, а я ускользнула на другой конец залы и устроилась в неприметной нише, на низком диванчике. Как оказалось, я не одна искала здесь покоя.

- Извините, что потревожил, - улыбнулся мужчина, подошедший на пару минут позже.

Я вскинула голову и зажала ладонью рот, удерживая крик:

- Папа!

- Миланта! - отец упал на диван, словно ноги подкосились.

- Папочка, как же ты здесь?

- Доченька моя! - отец обнял за плечи, а я дышала глубоко-глубоко и быстро, сдерживая жжение в глазах и не давая слезам пролиться. - Я пришел на праздник, чтобы увидеть тебя. Мой друг помог получить приглашение через старых знакомых.

- Почему ты не отвечал на мои вопросы, папа?

- Я мог рассказать обо всем только при встрече.

- Князь здесь. Он же, наверное, увидит тебя и узнает. Ты служил ему прежде?

- Никогда не встречался с ним, дочь.

- Как так? Зачем же ты увез его ребенка, как не с целью спрятать от врагов?

- Миланта, - отец крепко сжал мои руки и заговорил так тихо, что только я могла слышать. - Ты моя дочь. Я сам принял тебя на руки, когда ты родилась. Моя прелестная жена подарила мне не менее чудесную девочку. И никогда бы я не выдал чужого ребенка за своего. Уж тебе бы, по крайней мере, открыл правду.

- Но... Князь искренне считает иначе и ритуал показал...

Мои слова заглушила громкая музыка. Все мгновенно рванулись в сторону дверей, выстраиваясь вдоль прохода. Я тоже подскочила на ноги, но пробиваться к Алисту уже было поздно. Слишком много людей столпилось там, окружив князя со всех сторон и не позволяя мне разглядеть прибывшего владыку.

- Кериас дор Харон амон Монтсеррат, правитель империи Монтерра! - объявил зычный голос мажордома, и шепотки стихли, торжественная тишина повисла кругом, а я стояла за спинами людей и видела лишь голову шагавшего по проходу императора, его черные волосы и сверкающий золотой венец. Потом владыка поднялся по ступеням, обернулся и величественно опустился на трон.

Я перестала дышать, разглядывая его с жадностью, до рези в глазах силясь рассмотреть малейшие изменения во внешности. Отец тихонько отошел, затерявшись среди других гостей, а я даже не сразу заметила.

- Приветствую вас, - кивнул императору вся толпа склонилась в поклоне, а у меня колени сами подогнулись.

Мажордом вышел на центральное место, встал в изножье трона и объявил:

- Желая выразить почтение к владыке, на вечер прибыл великий князь Антории с сыном и дочерью.

От толпы тотчас отделился сухонький старичок, которого под руки вели тоненькая девушка лет шестнадцати и рослый, но худощавый парень, не старше двадцати лет. Я даже успела удивиться, откуда у старика такие юные дети, а мажордом уже объявил следующих.

Одно за другим назывались княжества и выходили вперед их правители, а император приветствовал каждого. Я не отрывала взгляда от его лица, оставаясь невидимой за спинами людей.

- Миланта, - мое плечо сжала ладонь Таира, - вот ты где. Идем, отец сказал, что тоже нас представит.

- Зачем? Может, не надо?

Как я могу спокойно стоять перед ним? А если не выдержу, разревусь и позорно убегу из залы?

- Он сказал, что князья Иннеи не прячутся за спинами других. Пусть нас не приглашали, но мы имеем право присутствовать здесь наравне с остальными.

И снова меня обрекли на пытку. Я бросила затравленный взгляд в сторону двери и попыталась отыскать глазами своего настоящего отца. Как теперь объяснить князю, что произошла роковая ошибка?

- Миланта, - Алист слегка сжал плечо, - дай свою руку.

И он пошел сквозь толпу уверенно, неотвратимо, а братья шагали за нашими спинами.

- Великий князь Иннеи с сыновьями и дочерью, - подобно громовому раскату провозгласил мажордом, а у меня сердце ушло в пятки. Поднять глаза я так и не осмелилась, привалившись к Алисту и только таким образом устояв на ногах. Поклонилась, когда и он склонился в поклоне, и услышала знакомые, насмешливо тягучие нотки:

- Рад видеть вас лично, князь.

- Исключительно ради этого счастья я и приехал в столицу.

Кажется, Кериас даже фыркнул, сдерживая смех, хотя позади раздались возмущенные шепотки шокированных подобной наглостью придворных.

- Вы прибыли с достойной охраной, - парировал император, то ли намекая на тридцать воинов, сопровождавших князя всю дорогу и вместе с ним явившихся во дворец, то ли подразумевая двух рослых княжичей, застывших по бокам от отца.

- Мои сыновья, - строго следуя этикету, представил князь, - Олистер и Таир.

- Весьма достойные молодые люди.

Юноши почтительно поклонились.

- А кто это нежное создание, не смеющее поднять глаз на императора?

Люди тихонько посмеивались за спиной, но я не поддалась на провокацию. Сил не хватило.

- Моя дочь, Миланта. Она очень застенчива, как и подобает юным леди.

- Очарован.

Приличествующее ситуации слово сладким ядом пролилось в мои уши. Произнесенное тягуче лениво, с мурлыкающей интонацией, оно прозвучало манерно и вместе с тем обольстительно. Я вдавила ногти в ладони, снова поклонилась, а ноги дрожали. Как только не затрещала ткань белоснежного платья, в юбку которого я вцепилась со всей силы?

Даже смешно, что Алист выбрал белый оттенок. Я явилась к императору, обряженной в цвет чистоты, и предстала перед лицом мужчины, забравшего мою невинность, в облике непорочной девы.

Меня потянули за локоть, а мажордом продолжил объявлять другие имена, но в голове уже так шумело, что ни идти без подсказки, ни говорить, ни тем более делать что-то самостоятельно, я оказалась не в состоянии.