СХРОН (дневник выживальщика) (СИ) - Шишковчук Александр - Страница 82

– Дед-то выспалси ужо! Чегой сидеть-то, как пень. Пойду по лесу прогуляюсь, погляжу чего, да как.

– А, понятно.

Я махнул рукой. Теперь-то можно спать спокойно. Мимо старче даже мышь не проскочит, не то что вражеские отряды.

Через минуту я отправился в царство Морфея. Приснился странный сон. Кто-то зовет из леса.

– Санеееек! Санеееек!

Я узнал тоненький голос. Мухомор, это же он! Поднявшись с бревна, побежал, петляя среди елок. Мне захотелось увидеть таинственного друга. Но тот, словно играет. Голосок то ближе, то дальше.

– Санеееек! – И писклявое хихиканье.

– Мухомор, ты где, чувак? Покажись!

– Хи-хи-хи!

Становится все холоднее. Какой реалистичный сон, блин! Я с тревогой обернулся, отблесков костра уже не видать. Впрочем, чего мне переживать? Это все нереально, да и мухомор – мой друг. Не причинит вреда.

– Санек!

Щас, блин, тебя поймаю! Заколебал прятаться! Я со всей прытью ломанулся на звук. За шиворот сыпется снег с потревоженных лап елей, ноги проваливаются в глубоком снегу, но азарт неумолимо гонит вперед. Где же ты? Когда в очередной раз раздвинул колючие ветки, увидал отблески костра. Черт, петлю что ли сделал? Или это мухомор специально водит по кругу?

Сделал еще пару шагов и замер, похолодев. Чужие голоса! Губы скривились в суровой ухмылке. Сейчас враги отведают моих пуль. С уверенностью ночного хищника я двинулся вперед.

Глава 68

Но где, блин, моя Сайга?! Как мог забыть у костра верное оружие? Впрочем, чего удивляться, это же сон. И вообще, я словно в чужом теле. Оглядев себя, обнаружил, что и одет как-то странно. В форму пендосского солдата. Вот почему так холодно. С защитой от наших морозов амерское шмотье справляется не очень. Тут я ощутил гордость за свою страну. Ладно, если уж не получается проснуться, посмотрим, что будет дальше в этом забавном сне.

Не таясь, вышел на свет. На поляне горят несколько костров. Я направился к ближайшему. Твою ж мать, ну и холодрыга. Несколько человек, сидящих возле огня, обернулись:

– Эй, твою мать, Алекс, мы думали, тебя сожрал долбанный медведь! Где ты был? – говорят на английском, но с гнусавым переводом поверх основной дорожки.

– Заткнись, Майк, – услышал я слова, которые вылетели из моего рта. Тоже на этом проклятом наречии. – Уже и посрать не сходить без ваших гребаных комментариев!

Я чуть ли не залез в костер, так было холодно.

– Не шуми, рядовой, у всех едет крыша в этой жуткой стране. И нас все меньше и меньше… – Майк печально пригладил соломенные усы. – Глотни-ка лучше samogonchikу!

– Еее, бой!

Забрав пластиковую бутылку, я жадно влил в себя обжигающий напиток.

– О мой Боже! Остановись! Тебе же станет плохо! Ты пьешь прямо, как эти русские!

– Zayebis! – ответил я. Мне все больше нравится этот сон.

А что если, это на самом деле? Вдруг, мухомор перенес меня в тело пендоса? Надо этим воспользоваться! Они, наверняка, не просто так мерзнут в лесу. Нас ищут.

– Не понимаю, зачем мы тут? – громко спросил я. – Сидели бы лучше на базе, в тепле.

Солдаты переглянулись и посмотрели, как на больного.

– Ты потише болтай такие вещи, Алекс, – наклонившись ко мне, сказал Майк. – Я бы тоже не прочь оказаться в городе, меня там Mashka ждет со своим ненасытным ртом. Или к Svetka, она в постели, признаюсь, бревно бревном, но у нее полный погреб капусты. Какой вкусный borshec варит! Но, приказ есть приказ! Ловим опасных преступников, сбежавших с Арены Жести. Мне-то, вообще, на природу выбраться всегда в кайф, а уж пострелять… Если бы еще не этот долбанный фрик Yurik, правая рука Полковника. Совсем не дает продыху.

– Так он тоже здесь?

– Ты дурачок? Забыл, как получил от него пинка под зад, когда замешкался на марше?

– А… да, точно. Мозги от холода совсем не варят.

ништяк, мне предоставлен шанс грохнуть Юрика. Тот ведь затеял эту операцию неспроста. Хреново ему, поди, без своей чудо-жабы. Хочет вернуть. Да только хрена ему лысого. Сейчас пойду и вальну козла паршивого.

– У тебя не от холода, а от samogonchika башка не соображает, Алекс.

– Все у меня нормально, задрал уже, Майк! А где сейчас Юрик?

– А тебе зачем? Как обычно, в своей командирской палатке, у печки греются с лейтенантом, твари. Эй, какого черта ты делаешь, ты куда, пьяный идиот?!

– Да что-то опять кишки скрутило, пойду отправлю факс.

– Смотри не примерзни к коричневому айсбергу, Алекс!

– Иди к черту!

– Стоп! Алекс! Опять винтовку оставляешь, засранец! – Майк бросил мне М-14. – А кто получит по заднице, если тебя встретит патруль? Конечно, Майкл! Твой, мать твою, капрал между прочим, который так тебя отымеет, что неделю срать не сможешь!

Блин! Я с трудом убрал палец со спускового крючка автоматической винтовки. Нет, если выстрелить в капрала, пендосы переполошатся. И я проснусь, так и не прикончив Юрца. Отошел за деревья. Карельский мороз тут же прихватил конечности. Сука, тело этого янки совсем не годится для нашего климата. Зря они сюда полезли.

Я тихо обошел отдыхающих возле костров солдат. Вскоре показалась большая армейская палатка, внутри топится печь, из жестяной трубы летят искры. Возле входа неспешно беседует трое воинов. Так-с, надо обдумать план действий. Может, вспороть палатку, ворваться внутрь и нашпиговать всех пулями? Или дождаться, когда выйдет, подойти и обнять за плечо с гранатой в руке. Я ж пендос. Осмотрел свое обмундирование. Вообще тоска – ни гранат, ни запасных магазинов, даже ножа нет. Ладно, подождем Юрца тут. Он по любому выйдет поссать или покурить.

Главное, не околеть пока жду. Чтобы хоть как-то отвлечься от пронизывающего дубака, я принялся шарить по своим – точнее по карманам тезки-пендоса Алекса. О, ништяк! Во внутреннем кармане обнаружилась пачка Мальборо с тремя штучками и зажигалкой внутри. Наверняка, он шмалял их только по праздникам. Я тут же прикурил и с наслаждением втянул крепкий дым. Клевый табак. Эх, так ведь и не разжился запасами курева в городе…

У палатки началось шевеление, я втоптал окурок в снег и поднял М-14. Откинулся полог, наружу вышел худощавый амер и следом сам Юрик собственной персоной! Они не могут меня видеть. Я скрываюсь за ветвями елок. Зато враги, как на ладони.

Не могу расслышать, что там втирает пендос, но только Юра с кислым видом смотрит на окрестности, отхлебывая пиво из бутылки. На нем шерстяной шарф, намотанный поверх дубленки, и забавная шапка-петушок. Я прямо видел, как ему тоскливо без Зюзи. Чокнутый чувак. Собрать отряд в сотню бойцов, ради какой-то жабы. Откинув ненужные мысли, я начал прицеливаться. Сейчас, гаденыш, отправлю тебя к твоему Богу Смерти…

Но так и не успел выстрелить – начался резкий кипиш. Рация на мне заголосила:

– Внимание! Боевая готовность всем подразделениям! В нашем секторе замечено движение!

– Алекс, мать твою! – крепкая рука схватила за шиворот и, как следует, тряхнула. – Посрал уже? Тогда вперед!

– Что случилось?

– Противник рядом! Приказ – прочесать лес.

– Но… блин!

И Юрик куда-то подевался, черт побери.

Тычками и затрещинами капрал Майк выстроил в цепь наше подразделение. Велел стрелять только на поражение. Блин, а если там кто-то из наших? Что ж, я постараюсь защитить своих друзей, чего бы это ни стоило. Пусть это тело не такое тренированное и мускулистое, как у оригинального Санька, зато дух неустрашимого воина и яростная отвага всегда со мной.

Включив фонари, мы двинулись в мрачный лес.

– Гоу! Гоу! Гоу! – выкрики со всех сторон.

– Группа дельта-браво, плотнее ряды! – шепчет рация.

Я с завистью заметил у нескольких бойцов приборы ночного виденья. Почему мухомор не закинул меня в такого топового солдата? Достался, блять, непрокачанный перс!

– Там движение! – заорал кто-то.

– Твою мать, где? Дайте целеуказание!

Грохнул выстрел из глубины леса. У пендоса справа снесло каску вместе с добрым куском черепа. Все с воплями попадали в снег, застучали очереди. Глядя на остальных, я тоже залег.