Гранит науки и немного любви - Романовская Ольга - Страница 56

За разговором свернули в пропахший кошками проулок и остановились у притаившейся среди зелени яблонь калитки.

– Ключ под ковриком. Обживай. А мне нужно в Школу. Забыл, – поморщился Ксержик, – ты же заклинания снять не сумеешь… Покажу один раз, потом сама.

Меня отправили топать к дому через сад, а некромант, очевидно, попал в жилище через парадный вход. Пока добрела до крыльца одноэтажного дома с мезонином, Ксержик успел завести лошадей в конюшню. Махнул рукой, чтобы на крыльце посидела, скинул мне под ноги дорожные сумки и закончил заниматься лошадьми. Потом, перекинув свои вещи через плечо – мои некромант проигнорировал, – поднялся по ступенькам, вытащил из-под половика ключ и щёлкнул пальцами, привлекая внимания.

– Знак хозяина. Трёхфазный. Раз, – одна фигура в воздухе, на домик похожа. – Два, – движение прямой ладони поперёк груди. – Три, – закорючка, чем-то напоминающая двойной знак вопроса.

Ничего я не запомнила, даже не поняла толком, но кивнула. Представляю, какой дурой окажусь на фоне местных чародеев. Это тебе, Агния, не Общеобразовательный факультет.

Берлога холостяка – она и есть берлога холостяка. Беспорядок, полное отсутствие уюта. А ещё бутылочки с какими-то реактивами, разные непонятные инструменты. Их некромант походя сгрёб со стола и убрал в шкафчик. Полагаю, трогать всё это не следует.

Спальня Ксержика находилась в мезонине. Некромант милостиво разрешил положить пока Марицу узкую постель, предупредив, что в моё пользование её не отдаст.

– Я тебя на кухне устрою, на печке. Так мешать друг другу не будем.

Ксержик ушёл, а я умылась и отправилась готовить завтрак для троих – каждому своё. Продукты в леднике были, даже не испортились – наверняка заклинание наложено.

В итоге к возвращению некроманта прибралась, покормила дочь и истомила кашу. Ксержик одобрительно хмыкнул и умял половину за один присест. Одарил подобревшим взглядом:

– Может, иметь дочурку не так плохо, на трактирах сэкономлю. Два часа тебе на отдых – и знакомиться с ректором.

С удовольствием прилегла. Сквозь сон почувствовала, как под бок положили Марицу. Обняла её и засопела.

Проснувшись, обнаружила в руке бумажку с тремя выведенными углём знаками и подписью: «Девичьей памяти. Насмотрелся за двадцать лет на ваше: „Я запомнила“».

Школа иных напоминала укреплённый замок. Запрокинув голову, рассматривала башни и стены, бывшие, казалось, продолжением скал.

Мы поднимались по извилистой дороге, тянувшейся от северной окраины Ишбара. Шли версты две, поднимая пыль ногами.

– Это специально? Почему Школа не в городе?

– Не любишь ты людей, Агния, пожалей бедолаг. Их и так школяры изводят. О, легки на помине!

Над нашей головой пролетела на метле девушка в синей юбке. На шее, будто ожерелье, висела связка баранок.

Метла неожиданно замерла и, не слушаясь ведьму, начала снижаться.

Глянув на Ксержика, хихикнула: его рук дело.

– Разрешение на полёты, – некромант направился к мявшейся с ноги на ногу ведьме.

– А я третьегодница, – пискнула девушка. – Нам без него можно.

– Ну-ну, как же! Второй год обучения, наставница – Шаолена Гвитт. Так что, метлу конфискую?

Губы ведьмы плаксиво дрогнули. Она крепко вцепилась в средство передвижения и затараторила:

– Простите, магистр Ксержик, я больше не буду. Честное ведьминское!

– Конечно, не будешь. – Раз – и метла оказалась в руках некроманта. – У наставницы заберёшь.

Я сочувственно глянула на девушку и заметила, как та сложила пальцы в трехбуквенную композицию. И тут же ойкнула, дёрнувшись, будто от укуса.

– Правило первое: соизмеряй свои силы и чужие возможности, – прокомментировал Ксержик. – И с некромантами не связывайся.

Ведьма завизжала, когда из земли вылезла рука и ухватила её за юбку. Потом отпустила, сложила «фигу» и ушла обратно в потревоженную могилу.

Я оценила. Ведьма тоже, даже извинилась и покорно посеменила следом за нами, пытаясь подлизаться. Не вышло: Ксержик её игнорировал, рассказывая мне о Школе.

Наконец мы добрались до ворот.

Во дворе некроманту пришлось поймать и обезвредить летевший прямо на нас шипящий шар. Нахмурившись, он обвёл взглядом притихших учеников и поинтересовался:

– Сами признаетесь или физической подготовкой займётесь?

Парни – все мои ровесники – упорно молчали. Одеты они были в синие рубашки – видимо, таким нехитрым образом «помечали» учащихся Школы иных.

Ксержик пожал плечами и вытянул руку. Слегка оцарапал ладонь, полюбовался каплей крови, что-то шепнул – и пойманный шар завис перед его лицом. Откуда только взялся?

Раз – и шар мячом был отброшен в группу учеников. Те бросились врассыпную, падая и спотыкаясь. Шар метался за ними, шипя и грозя разорваться в каждую минуту.

– Недоучки, – прокомментировал некромант. – Мои. Научатся что-то кое-как делать – и Школу спалить готовы. Так что по сторонам смотри, если что, падай. Лазарет в левом крыле административного корпуса.

А ученики всё нарезали круги по брусчатке вокруг чахлых, подпалённых, деревьев в кадках, немыслимым образом выживавших в таких сложных условиях.

– Физическая подготовка для мага – дело жизни, – крикнул им Ксержик. – Вас четверых уже загрызли вампиры, а ты, Саймон, пока живой. Но тоже долго не продержишься, если не вспомнишь, чему я тебя учил. Хоть бы кто отбить догадался! – сокрушённо вздохнул он и увлёк меня прочь.

– А как же они? – я обернулась к парням.

– Летняя практика, – пожал плечами Ксержик. – Часик побегают, потом шар уничтожу. Он всё равно прицельный, для тех умников. И сотворил его наверняка Лазло.

– А почему они не уехали на лето?

– У нас многие не уезжают: не хотят. Не палками же выгонять!

В административном корпусе было прохладно. Толстые каменные стены скрадывали звуки и, казалось, останавливали время.

По дороге Ксержик поздоровался с парой преподавателей, намекнув на какую-то встречу «У толстяка».

Кабинет ректора утопал в маргаритках – любимых цветах заведовавшей Школой Маргариты Тайо. Никогда бы не подумала, что такой пост доверят миниатюрной миловидной шатенке. Но именно она на правах хозяйки кабинета поливала украшенные весёлой росписью горшки.

– Ты не смотри на внешность – Маргарита в гневе страшнее всех священников, троллей и демонов вместе взятых, – шепнул Ксержик. – И по документам ей вовсе не восемнадцать.

– А сколько, Алоис? – ректор живо подняла глаза и улыбнулась. – Явился, наконец! Да ещё с приплодом. Потом расскажешь, где и как настрогал.

– Здравствуй, здравствуй, несравненная красота, – некромант поцеловал ей руку и без приглашения плюхнулся в ректорское кресло.

– Не рановато ли? – поинтересовалась госпожа Тайо, поставив лейку на место. – Смотри, уволю.

– Не уволишь. Какой ещё дурак согласится преподавать местным оболтусам некромантию и боевую магию?

Ректор рассмеялась и потрепала его по плечу:

– Сколько знаю, всё такой же. И магию твою знаю. Точнее вижу. Ты не против, я мальчишек отпустила. Шар модифицированный, уровень 1 Б?

– Он самый. Магия крови, том первый, параграф двадцать четвёртый.

Госпожа Тайо с готовностью сотворила из воздуха уменьшенную копию шара и развеяла его щелчком пальцев. Затем, посерьёзнев, глянула на меня.

В Школу я пошла без Марицы: Ксержик сказал, что её лучше оставить дома. Он заверил, что она не проснётся до нашего прихода, а в дом ни один человек в здравом уме и трезвой памяти не полезет. А если полезет, то этой памяти лишится.

Некромант тут же встал и занял стул справа от стола. Ректор кивнула и села, сцепив унизанные кольцами пальцы. Ухоженные, будто у благородной дамы.

В вырезе платья виднелось несколько шнурков; ещё одна цепочка свисала снаружи.

– Итак, Агния Выжга. Предложенное направление: некромантия. Специализация – контакты с демонами.

Я испуганно глянула на Ксержика. Какие ещё контакты?

– Переводчица, Агния. Я не просто так вдалбливаю в тебя демонический. Хорошая работа, к слову, денежная. Самое то для одинокой мамочки. У неё дочка маленькая, Маргарита, младенец ещё. Муж жену поновее нашёл, а эта убивалась по нему. Вот, привёз мозги вправлять и, заодно, выяснить, отыгралась ли природа на моих отпрысках. То есть что там с кровью.