Академия Легиона (СИ) - Летняя Лена - Страница 52

Хильда только вздохнула в ответ на это. Она убрала кровь, промокнула рану обеззараживающим снадобьем и направила магический поток на исцеляющее заклятие, как никогда желая, чтобы у нее получилось хорошо. Может быть, шрамы и не портили его, но ей все равно не хотелось пополнять его коллекцию.

- Теперь ты понимаешь, почему я обратился к Мари? - тихо поинтересовался Мор, сбивая ее с мысли в самый последний момент. - Я опасался чего-то подобного. Ты еще даже половины обучения не прошла, а я... уже не так надежен, как раньше. Вдвоем мы бы не продержались там так долго.

Хильда медленно закрутила флакон со снадобьем, уделяя ему явно больше внимания, чем он того требовал, и принялась неторопливо собирать испачканные в крови бинты.

- Да, наверное, ее присутствие было не так уж некстати, - не глядя на Мора, согласилась она. - Просто... я все равно не доверяю ей. И не понимаю, почему ей доверяешь ты.

- Я ее знаю, - он пожал плечами, не торопясь вставать с ручки кресла и пытаясь поймать взгляд Хильды. - И, конечно, дело не в отношениях, которые между нами когда-то были. Мы через многое прошли вместе. Я обязан жизнью ей, а она мне.

Хильда оставила бинты, которые бестолково перекладывала на столе с места на место, и коснулась плеча Мора, словно проверяя результат своей работы. След от ранения пока еще был виден, но мог со временем и исчезнуть. Ее пальцы скользнули ниже, к едва заметному шраму в форме укуса, а потом снова поднялись выше, скользнули по груди и шраму, оставленному на ней.

- Люди не всегда такие, какими кажутся, - осторожно заметила Хильда, избегая смотреть Мору в глаза. - Помнишь, почему ты оказался в Орте? Вильям Нот был самым очаровательным преподом из всех, кого я когда-либо встречала. Красивый веселый бабник, флиртующий со всеми и не увлекающийся никем. Никто не подозревал в нем сумасшедшего монархиста, готового с настойчивостью, достойной лучшего применения, преследовать и пытаться убить двадцатилетнюю девчонку из-за каких-то там пророчеств.

Мор на это промолчал. Обнял ее за талию и привлек ближе к себе. Он был выше Хильды почти на целую голову, но сейчас, сидя на ручке кресла, смотрел на нее снизу вверх. Кажется, впервые.

- Может быть, ты просто ревнуешь?

В его голосе и едва заметной улыбке угадывался намек на надежду, поэтому Хильда презрительно фыркнула, хоть и снова обвила руками его шею, обнимая в ответ.

- Оно мне надо? Я вообще не ревнива.

- Жаль. Знаешь, меня никто никогда не ревновал, - признался он. - Было бы интересно посмотреть, каково это.

Хильда заглянула в его глаза, с сомнением хмурясь.

- Дилан... Я могу называть тебя Дилан?

- Это мое официальное имя, - он нарочито серьезно кивнул. - Так что это будет вполне уместно.

- Дилан, у тебя вообще были когда-нибудь нормальные отношения? Не в смысле снять напряжение с боевой подругой, чтобы не трясло от лихорадки, а что-то серьезное? Ну там... Чтобы ты думал о ней в разгар смертельно опасной схватки, а она ждала тебя дома и тихо плакала украдкой, заметив свежий шрам. Чтобы ты гадал, не пора ли покупать кольцо и делать предложение, а она задавалась вопросом, на кого будут похожи ваши общие дети?

Он отвел взгляд в сторону, как будто пытаясь припомнить, и покачал головой, снова посмотрев на нее.

- Я же тебе говорил: я не по этой части. Конечно, у меня были чувства. К кому-то я привязывался сильнее, с кем-то все действительно было лишь... в терапевтических целях. Но такого, о чем ты говоришь... Нет, не случалось. Не до того было. Это проблема?

Хильда ответила не сразу. Она провела по его щеке кончиками пальцев, откинула со лба все еще немного влажную после приключения в подвале челку. Внутри нее уже снова поднимался жар, который немного притупил сначала его поцелуй, а потом и вид крови. Он бежал по ее венам, охватывал мелкой дрожью все тело, заставлял тяжело сглатывать и быстро дышать. Ее чувства обострялись, заставляя по-новому ощущать тепло тела, к которому она была прижата, запах его кожи. С каждой секундой ее все сильнее охватывало желание, которое делало неважным чувства.

Однако вместе с ним по венам бежало нечто другое, нечто новое для Хильды, с чем она раньше не сталкивалась. Оно болезненно холодило кожу на ее теле в тех же местах, в которых она видела у Мора рубцы шрамов. Оно делало ее чувствительной к обидам и оскорблениям в его адрес. Оно заставляло ее тонуть в карих глазах своего куратора и рисковать всем, чем она так дорожила в жизни, ради еще одного поцелуя, прикосновения, объятия. Оно собиралось в груди щемящей нежностью и вызывало непреодолимое желание поделиться ею с ним.

Хильда наклонилась к губам Мора, касаясь их осторожно, неспешно, скорее лаская, чем жадно требуя. Он ответил тем же, не пытаясь ни углубить поцелуй, ни перехватить инициативу. Лишь его руки, заскользившие по ее телу, выдавали желание большего.

- А насколько ты привязан ко мне? - прошептала Хильда, отстранившись не больше, чем на сантиметр.

Несмотря на медлительность поцелуя, оба снова тяжело дышали, как будто успели пробежаться. Мор шумно сглотнул, но ничего не ответил, словно у него внезапно отнялся язык.

- Просто любопытно, - настаивала Хильда. - Если мы возьмем шкалу от одного до десяти, то сколько будет в баллах?

- Примерно... двенадцать.

Она улыбнулась, запуская пальцы в его волосы, закрывая глаза и прижимаясь лбом к его лбу. Едва слышно прошептала:

- Тогда не думаю, что у нас есть проблема.

На самом деле проблем у них был вагон и маленькая тележка: им предстояло вернуться чуть ли не в начало расследования, снова проанализировать все имеющиеся факты, найти другие версии или доказать, что ректор им солгал, а бал, на котором они оба могли погибнуть, меж тем неумолимо приближался. Но ни о чем этом Хильде не хотелось думать, стоя посреди гостиной Мора в его объятиях, обнимая его в ответ и рассеянно перебирая пальцами коротко стриженные, мягкие волосы.

Неожиданно Мор встал, выпрямляясь во весь рост и снова становясь выше, и с мрачной серьезностью посмотрел ей в глаза.

- Знаешь, как твой куратор, я должен сейчас настоять на том, чтобы ты ушла.

Хильда криво улыбнулась.

- Это звучало бы гораздо убедительнее, если бы на тебе была хотя бы рубашка. И потом... ты ведь не только мой куратор, но и командир, - она склонила голову набок, на ее лице появилось игривое выражение. - И как хороший командир, ты обязан помочь мне справиться с лихорадкой. Все-таки битва была нешуточная.

Он не удержал серьезное выражение на лице, тоже расплываясь в улыбке. Наклонившись, снова поцеловал ее. От медлительной ласки не осталось и следа, но Хильда не возражала: чувствовать его страсть и желание было не менее приятно, чем наслаждаться нежностью.

- Ты быстро учишься, курсантка Сатин, - прошептал Мор, прервавшись на одно короткое мгновение.

И больше на разговоры они не прерывались.

***

Хильда не знала, в лихорадке дело или Дилан Мор просто оказывал на нее какое-то свое особое воздействие, но в его объятиях она вспыхнула, как сухая листва от брошенной в нее спички. Каждое его прикосновение, каждое движение заставляло балансировать на краю, на котором он сам ее и удерживал. И все равно первый раз показался ей каким-то сумбурным. Слишком жадным, слишком быстрым. Едва все кончилось, сразу же захотелось начать сначала.

Чем они и занялись, лишь переведя дыхание. Но теперь, утолив первый голод и приглушив огонь лихорадки, они наконец смогли позволить себе неторопливо наслаждаться процессом и друг другом. Единственное, что огорчало Хильду, - это то, что Мор почему-то наложил на окна световой полог, превратив вторую половину дня почти что в ночь. Ей хотелось бы иметь возможность лучше его видеть, а не только изучать наощупь, но либо его возбуждала темнота, либо он как раз не хотел, чтобы она его рассматривала.

Возможно, дело было все в тех же шрамах, рубцы которых она чувствовала кончиками пальцев не только на его груди и руках, но и на спине, и на бедрах. Такое количество отметин даже немного смущало, ведь маги умудрялись лечить большинство травм без следов.