Гордость Шанур - Черри Кэролайн Дженис - Страница 51

Правда, этот подъём был все же не таким крутым, как спуск: «Удача» шла вверх под некоторым углом, что значительно ослабляло перегрузки, но и впечатлений от полученных хватало с лихвой.

Хитрые Тулли, Ким и Джинес Лун успели занять специально обустроенную пассажирскую нишу в носовой части корабля и теперь чувствовали себя замечательно: они развалились на одеялах, а Хэрел поддерживала разговор, направляя его в безопасное русло. Несчастные же Шанур ютились вдоль борта и напоминали рыбешек, уложенных в банку так, что голова одной упиралась в хвост другой. Боже, лететь таким способом на корабле, который в любую минуту мог развалиться на части прямо в воздухе… Пианфар вдруг стало стыдно за свой относительный комфорт.

Второй пилот кинула ей наушники, и она поспешила (насколько позволили онемевшие пальцы) их надеть. Никакой новой информации с момента старта не поступало, но последнее сообщение все ещё повторялось, и это свидетельствовало о том, что канал по-прежнему находился во власти хейни, просто у них не было свободной пары рук для его обслуживания. По-видимому, кифам до сих пор не удалось захватить главный станционный офис, а вот доки… Пианфар представила себе мирных посетителей и рабочих, бежавших в панике от хорошо организованных кифов, и содрогнулась. Сами хейни никогда бы не предприняли подобной атаки, а потому не ожидали её от других. И вот боги наказали их за беззаботность. Слишком долго хейни были уверены в том, что весь мир устроен в соответствии с их представлениями и так, как им удобно. Хейни презирали чужое мнение и не обращали внимания на насмешки по поводу того, что только помощь махендосет помогла им стать развитой расой. Уклад их жизни мало изменился со времен зарождения хейнийской цивилизации, и они продолжали идти собственным путем.

А между тем в космосе существовали и другие миры, народы которых сами научились преодолевать расстояния гораздо большие, чем зелёные равнины Ануурна, а следовательно, заслуживали внимания и к своей точке зрения касательно тех или иных вещей.

Все считали странными кифов и чи, однако во Вселенной было немало уголков, где смогли бы выжить только они, причём именно за счёт этих самых странностей. А неподалёку от ещё более загадочных кненнов располагалась область, пригодная для обитания чудаков вроде Тулли…

Пианфар спешила домой, поскольку чувствовала: молодые самцы не откажутся от мысли сжечь заведенный порядок, пока не опалят свои шкуры.

Интересно, понимал ли Золотозубый, что она была просто вынуждена временно забыть о кифах и отправиться домой, или же он презирал её за дезертирство? Неожиданно ей в голову стукнула страшная мысль: а что если она и вправду предала и махенов, выделивших ей два своих лучших звездолета, и всех их союзников, и станцию, и саму «Гордость Шанур», и даже «Удачу Pay» — ведь кифам ничего не стоило превратить это утлое суденышко в месиво, сдобренное мозгами его пассажиров, и все лишь потому, что последние слишком поздно осознали истинную серьёзность ситуации?

Пианфар сделалось дурно. В голове у неё поплыл серый туман, и она лишилась способности ощущать что бы то ни было — в том числе и измучившую все её тело боль.

Между тем голубые датчики экрана отчаянно замигали, сообщая о том, что сейчас на него выведется картинка с изображением окрестностей. Пианфар изо всех сил напрягла воспаленные глаза и увидела, что их корабль настигал какой-то крупный предмет.

— Эй, «Удача»! — раздался знакомый голос. — Это «Гордость Шанур». Мы летим к вам.

Тирен!

Если бы Пианфар могла, она бы вскочила и запрыгала от радости. Но, прижатая к полу возросшей гравитацией, она только улыбнулась и в ту же минуту снова почувствовала биение своего сердца, а с ним и усталость, и боль в суставах.

И вдруг двигатели смолкли как по команде. Невидимая рука, душившая пассажиров «Удачи», исчезла куда-то вместе с силой тяготения, и Пианфар сделала долгожданный глубокий вдох, а затем взлетела над палубой и, вцепившись в контрольную панель, подтянулась к передатчику и склонилась над микрофоном.

— Ради бога, Тирен, торопись! — крикнула она, а потом обратилась к Pay: — Где кифы?

— Понятия не имею. Похоже, что-то вывело из строя сканеры Гаона, Харна и Тио, а у собственной сканирующей системы нашего корабля совсем небольшой диапазон охвата.

— Тогда пошлите сигнал бедствия — «Гордость» сможет обнаружить нас по нему, а сам корабль поставьте на автоматику.

— Я думаю, что настала ваша очередь поработать, кер Шанур. Никто из моего экипажа не знает, что делать в случае появления рядом с нами чужого звездолета — например, вышедшего из прыжка.

— А я вам расскажу. Главное — вести постоянное и внимательное наблюдение за всем происходящим, — поделилась опытом Пианфар, ныряя обратно в своё укрытие с подушкой. — Да, и не пытайтесь сейчас управлять кораблем — пусть этим занимается компьютер.

— К нам кто-то приближается, — предостерегла второй пилот.

— «Удача Pay», это «Гордость Шанур», — донесся из динамика голос Герен. — Оставайтесь на месте.

На табло загорелся красный огонек, предупреждая о вероятном столкновении, и вдруг он погас вместе с остальной электроникой «Удачи».

— О боги! — воскликнула навигатор.

Пианфар сжалась в комок и накрыла голову подушкой — как раз вовремя, чтобы не стукнуться о стену, поскольку в следующую секунду корабль сотрясся от чудовищного удара. За первым ударом последовал второй, да такой, что Пианфар едва не вылетела из своего укрытия.

Наконец все замерло, и на борт корабля вернулись невесомость и тишина, которую, впрочем, скоро нарушил голос Тирен:

— У нас проблема! Мы не сможем вас защитить. Пожалуйста, покиньте судно. Сейчас мы подгоним аварийную переходную трубу.

— Хэрел! — заорала Пианфар. — Тащи всех сюда!

— Капитан… — прошептала Нерафи Pay.

— Вы должны пойти с нами, — решительно сказала ей Пианфар. — Все. Мы переправим вас обратно на ваш корабль при первой же возможности. А сейчас здесь в любую минуту могут появиться кифы. Неужели вы позволите себе умереть без единого выстрела — особенно когда там, внизу, идёт сражение?

— Нет, не позволю, — твёрдо ответила капитан Pay и начала расстегивать ремни безопасности. Члены её экипажа принялись делать то же самое.

Пианфар развернулась и увидела Тулли, медленно плывущего впереди отряда вооружённых хейни. Она подождала, пока к ним присоединится команда Pay, и схватила микрофон:

— Тирен! Где кифы?

— Не знаю. За ними остался следить «Махиджиру». Капитан, давайте поговорим позднее.

Пианфар двинулась к выходу. Убедившись в том, что переходная труба «Гордости» встала на место должным образом, Pay распахнули люк, и перед пассажирами «Удачи» открылся длинный тёмный коридор.

— За мной, — скомандовала Пианфар, ныряя во мрак и космический холод, тут же проникший сквозь стенки импровизированного шлюза и теперь стремившийся остудить дыхание в лёгких дерзких путешественников и заморозить слёзы, выступившие у них на глазах. Это было очень, очень больно! Но едва лишь она добралась до внешнего отсека родного корабля, как в конце этого мертвого туннеля зажегся, подобно путеводной звезде, голубой маячок, указывавший, куда нужно двигаться, чтобы попасть внутрь «Гордости».

— Ким! — позвала Пианфар, вспомнив о его неопытности. — Плыви на огонек! Тулли, ты тоже!

— Не волнуйся, они оба со мной! — донесся до неё голос Хилфи.

Тела летели, сталкивались и ловили друг друга, пока наконец не перекочевали одно за другим в грузовой лифт «Гордости Шанур».

— Молодцы! — воскликнула Шур по общекорабельной связи.

— Я задраиваю люк, — предупредила Хэрел своих спутников.

— Держитесь! — крикнула Пианфар новичкам, но опытные астронавты, прекрасно знавшие, что после этого произойдет, уже подхватили их под руки. Лифт заревел и тронулся, и тут же возникшая искусственная гравитация притянула пассажиров к полу. Что-то громко хлопнуло в отдалении.

— Это «Гордость» убрала переходную трубу, — сказала Пианфар.