Над пылающей бездной - Гриллс Беар - Страница 84

Прошло пять недель, с тех пор как Джегер привел к африканскому побережью спасательный плот с «Эйрландера» и доставил Нарову в ближайшую больницу. Эти нечеловеческие усилия обошлись ему дорого. Он даже состарился внешне. Во всяком случае, так заявила Ирина.

Он потянулся за хирургической маской, накрыл ею рот и нос, а затем взял вторую и дал ее невысокому мальчишке, который стоял рядом с ним. За последние пару недель они с Саймоном Чаксом Белло практически не разлучались, поэтому очень сблизились.

Казалось, этот ребенок, спасший мир, стал ему вторым сыном.

Джегер поднял голову и улыбнулся при виде мужчины в белом хирургическом костюме.

— А, как здорово! Вы здесь.

Доктор Арман Ханеди пожал плечами.

— Последние несколько недель я тут почти всегда. Работы было столько… Мне кажется, я уже забыл, как выглядят мои жена и дети.

Джегер улыбнулся. Он хорошо ладил с врачом Руфи и Люка и со временем кое-что о нем узнал. Ханеди был родом из Сирии. Он прибыл в Соединенное Королевство совсем ребенком с первой волной беженцев, еще в восьмидесятые годы.

Получив хорошее образование, начал овладевать азами своей профессии, что было немалым достижением. Он явно обожал медицину, а на протяжении последних недель и вовсе полностью посвятил себя работе, сражаясь с самой страшной вирусной эпидемией в истории человечества.

— Так значит, она выкарабкалась? Пришла в сознание? — принялся допытываться Джегер.

— Да. Она очнулась около получаса назад. Ваша жена — необыкновенно сильный человек. Подвергнуться столь длительному воздействию вируса и выжить… это похоже на чудо.

— А Люк? Как он спал прошлой ночью? Лучше?

— Ну, сын весь в отца, я подозреваю. Прирожденный борец. — Ханеди взъерошил волосы Саймона Белло. — Ну что ж, малыш, ты готов поздороваться еще с одним из тысяч спасенных тобою людей?

Мальчик покраснел. Внимание прессы смущало его. Он находил это совершенно неоправданным. Вся его заслуга заключалась лишь в том, что он сдал несколько капель крови.

— Конечно, но, если честно, всю грязную работу сделал Джегер, — возразил Саймон. — Сам я едва не обделался… и вообще тут ни при чем.

Он робко покосился на Джегера. Тот пытался заставить Саймона следить за своей речью, что ему удавалось далеко не всегда.

Все рассмеялись.

— Давайте считать это командной работой, — скромно предложил Ханеди.

Они вошли в двойные двери и увидели женщину, сидевшую, откинувшись на приподнятые подушки. Грива густых темных волос, тонкие — почти как у эльфов — черты. И огромные бирюзовые глаза с золотистыми вкраплениями. В них больше зелени, чем синевы, или больше синевы, чем зелени? Сколько ни пытался Джегер понять, ему так и не удалось это. Казалось, они постоянно меняются, в зависимости от освещения и настроения Руфи.

Он снова восхитился тем, насколько необыкновенно красива его жена. Джегер проводил рядом с ней и Люком долгие часы, просто глядя на них или держа их за руки. И всякий раз ему не давала покоя одна мысль: «Где, черт возьми, находится источник такой любви? Это единственное, что способно меня сломать».

Руфь слабо улыбнулась ему. Она была в сознании впервые с того момента, как ею всецело овладел вирус, засосав женщину в свою темную безумную воронку, с той секунды, когда ее тело задвинули в переносной изолятор на борту «Эйрландера».

Он улыбнулся.

— Добро пожаловать обратно. Как ты себя чувствуешь?

— Сколько я… боролась? — вместо ответа немного растерянно произнесла она. — Мне кажется, прошла целая вечность.

— Несколько недель. Но теперь ты снова с нами. — Джегер покосился на мальчика. — Благодаря вот ему. Это Саймон Чакс Белло. Я подумал — мы подумали — ты захочешь познакомиться с ним.

Она перевела взгляд на парнишку. Ее глаза улыбнулись, а с ними улыбнулся и весь мир. Она всегда обладала этой чудесной способностью озарять своим смехом любую комнату, куда бы ни входила. Именно это волшебное свойство изначально привлекло к ней Уилла.

Руфь протянула руку.

— Очень рада с тобой познакомиться, Саймон Чакс Белло. Насколько я поняла, без тебя никто из нас уже бы не… дышал. Ты потрясающий парень.

— Спасибо, мэм. Но я ничего особенного не сделал. Просто получил укол, вот и все.

Руфь изумленно покачала головой.

— Я слышала совсем другую историю. Мне рассказывали, что за тобой гонялись плохие парни и, спасаясь от них, ты запрыгнул в лодку, выжил во время бешеной морской гонки, не говоря уже о легендарном спасении на дирижабле. Добро пожаловать в жизнь моего мужа — столь же бесподобного, сколь и опасного Уилла Джегера.

Они рассмеялись. В этом вся Руфь, подумал Джегер. Всегда спокойная, всегда добрая… и, как обычно, черт возьми, в самую точку.

Он показал на дверь, ведущую в смежную палату.

— Сходи, посмотри, как там Люк. Выиграй у него в шахматы. Тебе ведь так этого хочется.

Саймон Белло похлопал по рюкзаку, висящему у него через плечо.

— Шахматы здесь. А еще я принес ему перекусить. В общем, я пошел.

Он скрылся за дверью. Люк уже с неделю как очнулся, и они с Саймоном быстро нашли общий язык. В трущобах было мало электронных развлечений. Лишь в немногих лачугах имелись компьютеры или даже телевизоры. В любом случае для сирот это было совершенно недоступно. В результате они постоянно играли во всевозможные настольные игры, хотя по большей части эти игрушки были самодельными — изготовленными из кусков картона и прочего мусора.

В шахматах Саймон Чакс Белло — просто гений. Люк использовал все свои инсайдерские теории, прибегал к разнообразным навороченным последовательностям ходов, но все равно, чтобы разгромить его, Саймону хватало пятнадцати ходов. Люка это сводило с ума. Он унаследовал от своего отца дух соперничества. Да и прочие его предки тоже проигрывать не любили.

Руфь похлопала по кровати. Джегер присел рядом с ней. Они обнялись так крепко, как будто ни один из них не желал отпускать другого больше никогда и никуда. Джегеру с трудом верилось в то, что она вернулась. За последние несколько недель было так много моментов, когда ему казалось, что они вот-вот ее потеряют.

— Он замечательный ребенок, — прошептала Руфь, в упор глядя на Джегера. — А знаешь что? Ты чудесный отец.

Он выдержал ее взгляд.

— Что ты задумала?

Она улыбнулась.

— Видишь ли, он и в самом деле спас мир. И нас. А Люк всегда мечтал о брате…

Спустя какое-то время Джегер с Саймоном вышли из больницы. Как только они оказались на улице, Джегер включил свой мобильник. Раздался сигнал входящего сообщения. Он открыл папку.

Мой отец укрылся в своем логове под горой. Под пиком Пылающих Ангелов… Я ни в чем не виноват. Он безумен.

Подпись тут была явно лишней.

Наконец-то Фальк Кениг дал о себе знать.

Джегер получил зацепку, которую так долго искал.

ЭПИЛОГ

Уже через несколько дней после того, как Саймона Чакса Белло выловили из моря, он оказался в Центре контроля и предотвращения болезней, в Атланте, Джорджия.

Из крови мальчика выделили источник его иммунитета. Из него, в свою очередь, синтезировали вакцину, которую можно было производить в массовых масштабах, чтобы те, кто еще не заразился вирусом, получили иммунитет.

На разработку лекарства времени потребовалось чуть больше, но все же препарат подоспел вовремя, чтобы спасти большинство из тех, кого скосил Gottvirus. Потери от пандемии в итоге составили около тысячи трехсот человек. Это тоже, разумеется, было огромной трагедией, однако не шло ни в какое сравнение с тем, что задумал Хэнк Каммлер.

В разгар эпидемии мир находился на грани глобального уничтожения. Такое количество смертей не могло не вызвать панику на улицах. Но хаос удалось предотвратить, как и бо`льшую часть проблем. В кои-то веки правительства мира продемонстрировали открытость и правдиво рассказали о том, что представляет собой новый вирус и как он появился. Без подобной честности восстановить доверие между народами Земли было бы попросту невозможно.