Возвращение чудес - Крышталев Владимир Анатольевич - Страница 4

Хозяин скорбно кивнул, соглашаясь:

- Увы.

Затем его лицо неуловимо изменилось, каким-то образом тут же настроив собеседников (то есть Марго и меня) на деловой лад, и Клод продолжил:

- Но все это вплотную подводит нас к тому, зачем вы здесь. Алексей, достаточно ли времени я предоставил на размышления?

Он спросил прямо. Мне не оставалось ничего другого, кроме как прямо ответить:

- Да.

- Ты принял решение?

- Да, - снова промолвил я.

- И каково оно?

Я посмотрел на экзотические деревья за спиной Клода, взглянул на Марго, снова вернулся к лицу хозяина "Аркадии". В его карих глазах было что-то знакомое… Да-да, эти глаза я впервые встретил на Сайгусе, когда ни о каком Клоде еще слыхом не слыхивал. Кто бы мог подумать, что странное знакомство с симпатичной темноволосой девчонкой обернется такими последствиями!

- Согласен, - сказал я абсолютно серьезно. - Согласен стать богом.

Он слегка улыбнулся - наверное, по поводу "бога", - и протянул руку:

- Тогда - добро пожаловать в мир чудес!

Руку я пожал, но при этом не преминул заметить:

- Разве меня следовало спрашивать первым?

Клод с Марго обменялись многозначительными взглядами, и это выглядело как-то неправильно. Поначалу я не понял, в чем заключается неправильность, однако секунду спустя догадка озарила сознание. И в этот же миг спутница коснулась моего плеча. Я почувствовал, как сердце сбилось с ритма, когда она произнесла:

- Алексей, нам нужно поговорить.

В дрему вторглись резкие голоса. Телега остановилась.

- Не пропущу, и всё тут! - твердил какой-то незнакомец, гнусавя. - Вы мне бумажку не тычьте, я все одно в этих каракулях не разумею.

- А хоть что-то ты разумеешь? - поинтересовался наш капитан.

- Разумею, что пропускать не велено, - важно ответил гнусавый. - Барон Этвик изволит считать, что эта дорога портит вид из окна их спальни.

- Но у нас особый случай, - начал терпеливо пояснять капитан (судя по некоторому напряжению, отчетливо звучавшему в голосе, он уже злился). - Королевский указ. Срочно.

Гнусавый безмятежно хрюкнул:

- А барону Этвику все одно, что король, что холоп… Тпру! Куда прешь, морда вражья!

Послышались ругательства, потом раздался такой звук, будто кто-то упал с коня. И сразу же ругательства возобновились с утроенной энергией.

- Заткнись, Бочка! - раздраженно прикрикнул главный. - Говорил тебе, не лезь нахрапом!

Ага, Бочка - это который меня оглушать тогда взялся! Значит, его с лошади уронили? Я ощутил волну злорадства: все-таки есть в мире справедливость!

Капитан же тем временем продолжил, стараясь придерживаться мирного тона:

- Может, барон Этвик изволит взять золото? Только несколько путников и только один раз. Мы проедем - и всё.

Послышался характерный звон полного кошелька.

- Не, - решительно сообщил гнусавый. Судя по всему, кошелек не произвел на него впечатления. - У барона Этвика такого добра целый сундук.

Я представил себе эти немереные богатства и едва не расхохотался. Это ж надо: свободное землевладение, казна которого составляет целый сундук золота! Похоже, у достославного Этвика больше гонору, чем реальной силы. С трудом сдержавшись, чтоб не фыркнуть, я снова прислушался к разговору.

- Тогда, может, ты возьмешь это для себя? - злость капитана становилась все отчетливее. Очевидно, на королевской службе он не привык к столь открытому игнорированию его полномочий.

- Да вы что! - опешил гнусавый. - Барон Этвик мне голову на сим же месте и отрубит. Не, лучше поворачивайте, добры люди, и не доводите дело до греха.

- Но почему?! - в изнеможении от пустого спора и от собственной злости прорычал капитан.

- Барон Этвик изволит считать, что эта дорога портит вид из окна их спальни, - охотно повторил гнусавый свое объяснение - причем слово в слово.

- Если ты нас не пропустишь, то сюда явится король со своим войском и испортит не только вид из спальни, а и саму спальню вместе с бароном Этвиком в придачу!

Я так и не понял, кто произнес эту тираду, однако для образовательного уровня моих конвоиров подобные грамматические конструкции были чудом. Нормально разговаривал лишь старший, а остальные редко связывали в предложение больше пяти слов. Но голос был другой - кого-то из подчиненных.

Капитан в этот раз не прикрикнул на него, срывающего всякую возможность переговоров, - видно, утомился. Он лишь слабо предупредил:

- У них лучники на том берегу, не вздумайте махать топорами.

Наверное, дело к чему-то подобному шло. Убедившись, что разговоры бессмысленны, моя "группа захвата" могла прибегнуть к обычному решению - смести преграду силой. Какие молодцы!… А лучники бы их всех перещелкали за несколько секунд.

По всей видимости, мы остановились у моста через реку. Я чувствовал запах свежести и недалекое журчание воды. Дальше начинались, как нам уже успели любезно разъяснить, владения барона Этвика. Ну а бароны - люди своеобразные. По сути, Этвик мог и не быть вассалом короля. Если так, то на "венценосца" ему глубоко начхать. Конечно, если у того хватит духу, он может собрать армию и выбить из барона всякую дурь, однако, как показывает наша собственная история, бароны порой были не только заносчивы, но и достаточно сильны, чтобы при случае наказать зарвавшегося властителя. К тому же часто они объединялись с соседями, отчетливо понимавшими, что сегодня король заберет землю у одного, а завтра - у всех остальных. Я мог посмеяться над казной Этвика, но разве он показывал все свои сокровища каждому холопу? Кто знает, сколько на самом деле сундуков золота хранят подвалы его замка?

Есть о чем подумать капитану.

Если бы спросили мое мнение, я бы посоветовал не связываться. Конечно, в таком состоянии я сам не представлял опасности для противника, но случайная стрела, пущенная "навесом", могла проткнуть меня с таким же успехом, как и любого другого воина. Было бы чертовски неудобно лежать связанным да еще и пришпиленным.

- Отходим, - решил наконец капитан, словно прислушавшись к моим мысленным аргументам. - Идем искать другую дорогу.