Форпост на Миссисипи - Скворцов Владимир Николаевич - Страница 78

Новый Орлеан, июль 1801 г., Муловский

Ну вот и пришло время для основного разговора. Я пригласил на обсуждение ситуации Катлиана и Кухкана, и наконец-то они смогли ко мне добраться. Я встретил их на пороге дома, проводил на веранду, где угостил хорошим обедом. Мои гости уже привыкли к нашим обычаям и не выказывали никакого удивления, с достоинством отобедали, и затем начался наш разговор.

– Если ты помнишь, Кухкан, в первые разы я говорил, а потом несколько раз повторял, что по существующим во всём мире законам, земля принадлежит тому, кто её открыл, и при этом никто не обращает внимания, что на ней кто-то живёт.

– Помню, мы ещё долго не могли понять, как такое возможно.

– Так вот, что-то подобное и произошло. Не знаю, это хорошо или плохо, но сейчас стало всё по-другому. Не торопитесь с резкими словами. Я не отказываюсь ни от чего, что было сказано раньше, наоборот, советуюсь, как сейчас лучше поступить. Решение мы будем принимать вместе, и такое, чтобы никто не остался обиженными. Придержите свои злые слова.

Так вот. Все эти земли, где мы находимся сейчас, по тем правилам, что я назвал, принадлежали испанцам. Кстати, им же принадлежит сейчас земля Флориды. – И я на карте показал, где расположены Флорида и Луизиана. – Испания уступила одну из них Франции, ещё одной стране там за океаном, а она отдала их нам, русским. И теперь Луизиана, – я обвёл её территорию, – принадлежат русским. А наш верховный вождь отдал её под моё управление. Вот такие новости.

– Так что, у нас теперь нет ничего? – несколько нервно спросил Катлиан.

– Я предупредил уже, вождь, чтобы никто не торопился, а спокойно выслушал мои слова. Подобная ситуация у нас уже была, земли тлинкитов давно считаются принадлежащими русским, тем не менее, никто вас с них не сгоняет, ваши охотничьи участки не отбирает и не вмешивается в чужие дела. Наоборот, вы получаете от нас помощь, еду, оружие и выгодно торгуете. Ваш народ сыт, в безопасности и живёт спокойно. Тебе это не нравится, Катлиан?

– Нравится, – спокойно ответил он.

– Вот и получается, что если мы раньше говорили о том, что американцы придут на вашу землю, выгонят вас с неё и присвоят себе, то сейчас такое исключено. Это теперь наша территория, и воевать им придётся именно с нами, а не с вами. Думаю, что ничего подобного не случится, уж слишком безрассудным кажется такое решение. Правда, из-за того, что нам перешла Луизиана, началась война с англичанами. Но тут есть множество других, более важных причин войны, не имеющих сейчас отношения к нашему разговору.

А ситуация такая – все земли к западу от Миссисипи принадлежат русским. Мы с индейцами друзья, и нам надо установить какой-то порядок, как мы сделали это с племенем тлинкитов, чтобы не было вражды и обид ни между нами, ни между живущими тут племенами. Как я говорил, у нас хватает своих земель. Но в то же время, надо как-то навести порядок в наших отношениях, чтобы любой индеец знал, что русские не покушаются на их земли. Вот для этого я вас и пригласил. Давайте думать.

Ну и надо определить наши дальнейшие планы, с кем и как собираемся воевать, и будем ли воевать вообще. И как станем защищать ваши земли. Если вы думаете, что этим придётся заниматься только нам одним, вы глубоко ошибаетесь и зря рассчитываете на долгую дружбу в дальнейшем.

Моё предложение было встречено с полным пониманием, и весь день мы пытались составить проект соглашения об отношениях между индейцами и русскими на территории Дальросии. Верховным вождём новых земель предложили назначить Кухкана, военным – Катлиана. За каждым индейским племенем закрепляются те из них, на которых оно живет в настоящее время. Жизнь на этих землях проходит по своим законам, и жители сами определяют правила поведения на своей территории. Установленные границы могут меняться по согласованию с соседями после утверждения общим советом племён.

Договорились создать и такой орган, на котором предусматривалось бы рассмотрение всех вопросов, касающихся взаимоотношений различных племён. Получилась какая-то индейская конфедерация, где интересы каждого не могли быть ущемлены без его согласия. Понятно, что получившаяся структура была практически нежизнеспособна, она не позволяла решить ни одного вопроса, если хоть в малой степени затрагивала чьи-то права.

В то же время Дальроссия имела право вето по любому вопросу. И она могла в частном порядке договориться с каждым племенем отдельно, не прибегая к помощи совета племён. Караваны, отряды Дальроссии имели возможность передвигаться в любом направлении в любое время. Кроме того, без дополнительных согласований проводились научные изыскания и поиск полезных ископаемых. Если начиналась добыча ресурсов на территории какого-то племени, то оно имело право получить десятую часть их стоимости, своеобразный налог на полезные ископаемые.

При этом каждое племя обязано было отправлять воинов, достигших восемнадцати лет, на три года в общую армию для прохождения службы. Армия не подчинялась ни одному племени и защищала любое из них, проживающее на этой территории, при нападении внешних врагов. В столкновениях между отдельными племенами она не участвовала. Все ли, не все ли аспекты наших взаимоотношений были учтены, выяснится в дальнейшем, а сейчас появилась основа для переговоров отдельных племён на общем совете.

Кстати, если кто-то не захочет вступать в это объединение, то может и не вступать, но и рассчитывать на помощь со стороны ему не приходится. Кроме того, было согласовано, что Дальроссия ставит несколько острогов, которые обладают особым статусом, там в окружности десяти километров не действуют ничьи законы, кроме наших. Договорились, что с этим проектом Катлиан отправится к Текумсе на север, а Кухкан начнёт работу с вождями семинолов, ближайших к Новому Орлеану.

Глава 14

Балтийское море, август 1801 г., капитан Сарычев, командующий эскадрой Дальросии

Нас адмирал оставил охранять подступы к столице. В Финском заливе дежурили корабли балтийского флота, а мы выдвинулись вперёд и заняли позицию около острова Сааремаа. Адмирал, да и все остальные, не сомневались, что англичане попробуют ударить непосредственно по Санкт-Петербургу. Самая подходящая цель для проведения воспитательной акции, как сказал адмирал.

Перед своим отъездом в Америку он встречался с Адмиралтейством и изложил им свои соображения. И при этом сумел настоять на своём – отправить наши корабли вперёд, а основные силы флота оставить прикрывать столицу. Мне, в общем-то, другого и не надо, как англов бить, я и так знаю. Мне это уже приходилось делать, и я знаю, как хорошо горят их корабли.

– Господин капитан, донесение от Кентавра, он спешит сюда и телеграфирует – к нам идёт английская эскадра, двадцать четыре вымпела, в состав входят линкоры – пять трёхдечных, десять двухдечных и девять фрегатов.

– Боевая тревога, приготовиться к перехвату.

Вскоре вся эскадра собралась вместе, а противник появился в зоне видимости.

– Да, красиво идут, ветер попутный, паруса распущены, две кильватерные колонны. Силища-то какая! А пушек-то сколько! Жаль, столько железа потонет. Так, приказ по эскадре! Клипера и транспорт «Горгона» атакуют левую колонну, «Дальроссия» и «Сахалин» атакуют правую. Дистанцию до противника держать пятнадцать кабельтовых, каждая пушка стреляет по своей цели. Ближе не лезть, маневрировать и держать дистанцию. Эскадру пропускаем, затем нагоняем, идём параллельно и стреляем.

Кто больше набьёт этих уток, тому тройная винная порция, второму – двойная. Ну что, с Богом, братцы. Покажем этим пернатым, кто охотник, а кто дичь. Они хотели убить нашего государя. За веру, царя и отечество!

Корабли плавно разошлись, выстраиваясь в кильватер, и пошли нагонять прошедшую эскадру, обходя её с двух сторон. Радист стучал своим ключом как бешеный, рассылая телеграфом распоряжения по эскадре. Необходимости в этом вообще-то не было, такой манёвр был отработан нами заранее, пока стояли и ждали противника. Но без команды нельзя, так что всё должно быть нормально.