Форпост на Миссисипи - Скворцов Владимир Николаевич - Страница 62

Так что все трудились с полной отдачей, и многие проекты двигались вперёд без всякой задержки. Особое удовольствие доставляли успехи в электричестве и моторостроении. Появились первые генераторы и сварочные аппараты, и хотя добиться устойчивой работы генераторов в течение длительного времени пока не удавалось, но подвижки в этом направлении были. Да и дизель уже работал вполне устойчиво и надёжно, развивая вполне приличную мощность. Были трудности с металлом и станками, но тут трудились настоящие гении, так что их качество постоянно улучшалось. И это радовало.

Хабаровск, октябрь 1798 г., Ренев.

Потихоньку дела стали налаживаться. Время, конечно, очень суматошное выдалось, но тем не менее, какой-то контроль за происходящим на территории княжества появился. В первую очередь были созданы в каждом поселении свои околотки, нашлись и люди, постоянно следящие за всем происходящим на этих территориях.

И удалось даже выявить нескольких выродков, под какими-то благовидными предлогами покинувших Сахалин и устроившихся среди нас. Людей много, одни постоянно прибывают, другие куда-то уезжают, так что сплошное вавилонское столпотворение. Но даже при этом выявили мы агентов и отправили их по постоянному месту проживания. Угля нам много надо.

Но самое главное, пусть в зачаточном состоянии, пусть ещё только нарождающаяся, но заработала организация, обеспечивающую нашу защиту от разных недоброжелателей.

Екатерининск, ноябрь 1798 г., Муловский

Мы успели вернуться в город до образования льда. Мы – я и моя жена, да и вся комиссия. Как и следовало ожидать, отказа я не получил, наоборот, на следующий день после объяснения с Сашей имел обстоятельный разговор с Яковом Ивановичем, и он дал своё согласие на нашу свадьбу. Да и во время путешествия мы неоднократно обсуждали нашу дальнейшую жизнь

Ему надо было уезжать дальше со своей комиссией, так что свадьбу пришлось играть к моменту возвращения в Екатерининск, до его отплытия обратно в столицу. Но в общем всё прошло успешно, венчание, свадебное гуляние и даже совсем небольшое путешествие – на Сахалин и остров Императрицы. Показал Александре новые земли, увидела она, как живут туземцы, и вот теперь мы дома. Правда, если считать наше путешествие через океан как часть всего ритуала, то всё выглядит совсем хорошо.

Отдыхать мне некогда, с этими переговорами столько времени потерял, теперь надо наверстывать. Если бы не пароход, то никак бы не успел совершить такой длительный вояж за столь короткое время. Одно радует – заморские дела не требуют моего вмешательства, скорее наоборот, необходимо ускорить процессы, идущие на своей земле. В первую очередь это касалось кораблей и оружия. А их производство тянуло за собой строительство заводов и прочей индустрии.

И очень меня беспокоила обстановка, складывающаяся в столице, да и во всей стране. Недовольство дворян правлением государя нарастало. Противостояния не было, вернее я о нём не знал, но в то же время ходили упорные слухи, что «верные слуги» престола недовольны умалением их достоинств и покушением на свободы. А это уже серьёзно, как говорится, дыма без огня не бывает. Рано или поздно такое недовольство должно полыхнуть. Но если следовать известной мне истории, в моём распоряжении оставалось как минимум два года. И ещё год я оставил на всякий случай, как сейчас изменится история, сказать трудно.

Ситуация в самой Америке складывалась напряжённой, но уже не было никаких сомнений, что закончится она войной. А полыхнёт на северо-западе, в районе Великих озёр. Очень большую силу набирал Текумсе, да ещё пользовался поддержкой англичан. Однако если следовать известной истории, то он потерпит поражение, и дальнейшее продвижение на запад американцев неизбежно.

Так что пока остаётся собирать информацию и, как говорится, держать руку на пульсе событий. А вот для этого у меня появилась новая возможность. Я пригласил на разговор Рохно Остапа Ибрагимовича, занимавшегося сбытом и снабжением. Первоначально, назначая его на эту должность, у меня были серьёзные сомнения в правильности моих действий. Как оказалось, я ошибался. Оказываемое ему уважение, восхищение умением разбираться с казавшимися неразрешимыми задачами и доверие сделали из него отличного помощника, которому можно поручить самое сложное дело.

– Проходи, Остап Ибрагимович, разговор к тебе есть. Ну во-первых, спасибо за твою работу. Честно скажу, не ожидал, что удастся так успешно торговать с американцами.

– Ну что вы, Григорий Иванович. Дело-то несложное, главное понять душу своего подельника или компаньона. А здесь и понимать ничего не надо. Каждый из этих, – и Рохно махнул рукой в сторону востока, – готов за цент удавиться, строя при этом из себя борца за справедливость и последователя благородных идей.

– Вот и получается, Остап Ибрагимович, что нашёл ты ключик, которым открывается дверка в комнату с пряниками. Вот и хочу с тобой на эту тему поговорить, причём буду просить твоей помощи в серьёзных делах, знать о которых другим пока не надо.

– Слушаю, адмирал.

– Ты уже освоился на восточном берегу, у тебя там есть несколько фирм, которые выполняют твои поручения, есть определённые связи среди купцов, военных и политиков. Так вот, в первую очередь речь будет идти о расширении твоих связей. Мне нужно знать всё, что происходит в этой стране, даже то, о чём они ещё сами не знают и только обдумывают свои действия. И как мне кажется, тебе будет это по силам, причём заниматься ты этим будешь не один.

– Я купец, Григорий Иванович, мне ли заниматься выведыванием секретов и организацией похищений?

– А ничего необычного от тебя и не требуется. Ты как торговал, так и будешь торговать, даже ещё больше. Здесь словечко услышишь, там кто-то слушок обронит, а ты запомнишь и письмишко мне отправишь.

– Так ведь найдут быстро и на плантации в лучшем случае отправят.

– А мы с тобой поступим хитро, никто не будет знать, что именно ты стоишь за этим делом. Набирай себе купцов и приказчиков из молодых, пусть они осваивают торговлю под твоим руководством. Тебя будет занимать только торговля, и ты будешь учить их торговать самым разным товаром и в самых разных местах. А другие люди, которые не знают тебя, переговорят с ними, и скажут, что им надо слушать, на что смотреть и обращать внимание, а заодно научат, как писать письма, чтобы никто их не смог прочитать.

Так что тебе надо только направлять их в нужное место и всё это по торговой линии. А уж отчёты они будут посылать кому надо, и знать о твоей работе буду только я. Ну и ты порой мне письмишко черкнёшь со своими мыслями и наблюдениями.

– Как-то всё это неожиданно, Григорий Иванович.

– Не журись, Остап Ибрагимович. Зато торговлю такую разведёшь, что завидовать тебе будут не только иркутские купцы, но в Лондоне и Париже.

– А, где наша не пропадала, и здесь пропадала, и там пропадала! Берусь, адмирал. А что я за это получу?

– Не обижу, Остап Ибрагимович. Доволен будешь. Для начала смотри сюда, – и я подвёл его к карте. – Хочу, чтобы ты выкупил вот этот участок земли, – я показал ему место будущего Панамского канала. Но чтобы никто не знал о твоей сделке и на нас пальцами не показывали. Хочу поручить тебе скупить много земли в Южной Америке, именно там, где растут гевеи, есть такие растения. Чем больше купишь, тем лучше. И опять же втихую. Потом там придётся создавать плантации и на них организовать добычу сока этих гевей. Земля там сейчас ничего не стоит, и купить её можно будет очень дешево.

Ну и последнее тебе задание – закупить медь. А ещё лучше участки, на которых мы потом сами построим рудники. Или уже существующие рудники. Их тебе покажут на карте. И желательно, чтобы рядом был порт. Подумай, и давай завтра продолжим наш разговор, я не хочу, чтобы ты принимал поспешное решение. Дело очень важное, и подходить к нему надо обстоятельно, учитывая самые разные тонкости. Так что будешь ты у нас управлять всей торговлей с Америкой, а заодно и знать всё про неё.