Ассасин: Зерно Хаоса (СИ) - Кружевский Дмитрий Сергеевич - Страница 72

   Движение реальности, дрожь слоев.

   Я оборачиваюсь и приветливо киваю старому знакомому. Ангел Смерти в ответ лишь дергает своими пегими крыльями и замирает в ожидании, наблюдая за нашим танцем безучастным взглядом. Он не принадлежит ни этому миру, ни миру Хаоса, а посему в нем нет ни сочувствия, ни жалости. Он судья...судья беспристрастный и незримый. Он терпеливо ждет, ибо знает, что вскоре все закончится. Удар....Смерть удовлетворенно кивает и расправляет крылья...

   Тьма спадает с лица Эйнураль, она медленно опускает глаза, с ужасом смотря на кончик торчащий из ее груди катаны, затем падает на колени, посох выпадает из ослабевших рук Я делаю шаг назад, бережно вынимаю клинок, опускаюсь рядом и, обняв за плечи, аккуратно укладываю ее голову к себе на колени. Багровый огонь внутри нее гаснет с каждым ударом сердца.

   - Отец, я ведь твоя дочь, - шепчет она мне. - Не та я, а эта.

   - Да, - киваю я, гладя по волосам. - Ты тоже моя дочь.

   Она улыбается.

   - Я рада, что ты меня признал, рада, что мы увиделись...., пусть и так, - ее глаза закрываются, а голос становиться все тише. - У меня нет имени, отец, никогда не было. Я всего лишь тень, которая скоро растает. Скажи, как бы ты меня назвал?

   - Наверное Талнаура.

   - Талнаура - Изменяющая. Да, мне нравится.

   Огонь вспыхивает и гаснет, а я плотно сжимаю глаза и, подняв лицо к равнодушному небу, издаю утробный вой. И иллюзорный мир дрожит от моей выплескиваемой боли и отчаянья, реальность вокруг сжимается, возвращаясь в свое привычное состояние.

   Я провожу рукой по мокрым глазам, размазывая слезы, затем раскрываю руку, и над ладонью вспыхивает белоснежный шарик. Бережно, стараясь не дышать, я опускаю его на грудь своей девочки и с замиранием сердца жду. Толчок, еще один толчок и еще. Сердце медленно, но уверенно начинает набирать свой привычный ритм. Я терпеливо жду. Пушистые ресницы дрогнули и пошли вверх, а на меня уставилась пара бездонно-голубых глаз. Мгновение узнавания, удивление, испуг, безумная радость.

   - Папа - это, правда, ты?- голос ее дрожит от слабости.

   - Да, дочка, это я.

   - Папа, мне снился странный сон, дурной сон, я там была другая, злая и бессердечная, я ненавидела всех в этом мире, - ее глаза закрываются, а по щекам катятся крупные слезы. - Это было так страшно, я пыталась исправиться, пыталась заставить себя не делать многие вещи, но у меня не получалось. Я даже Элла прогнала, представляешь.

   Я улыбаюсь и успокаивающе глажу ее по голове.

   - Это был всего лишь сон, дочка, просто дурной сон и он кончился...теперь навсегда.

   Я осторожно поднимаю свою девочку на руки, на секунду замираю, а потом подошва моего сапога решительно опускается на лезвие катаны, и та вспыхивает белоснежным пламенем, истончаясь на глазах, точно лист бумаги. Очередь посоха: тихий хруст под ногами, облачко алой пыли.... Теперь действительно все кончено, я устало улыбаюсь и со своей драгоценной ношей неторопливо иду к выходу.

   Эпилог.

   Спираль мироздания похожая на причудливого вида ожерелье, состоящее из "ромашек" миров различного размера и расцветок, нанизанных на туманную нить, что плавает в киселе первозданного хаоса окруженного защитной оболочкой праматерии. Каждая такая "ромашка" - это целый мир, точнее так называемый "веер миров", где каждый лепесток - вселенная. Вселенная с мириадами звезд, планет и разумных существ. В каждом из этих маленьких лепестков свои законы, свои боги и свои демоны. А все вместе - это, по сути, зародыш нового Древа Миров, которое вскоре развернет свои ветви, прорвав тонкую защитную оболочку. Каким станет это дерево: еще одним прекрасным светящимся неземным светом гигантом, или примет какую-нибудь уродливо-гротескную форму, не могло сказать ни одно из обитавших в нем существ обладающее истинным знанием о природе их вселенной. Даже туманное существо, контурами своего тела напоминавшее человека и стоящее рядом с готовым прорасти семенем, находилось в некотором смятении. Тяжело вздохнув, оно окинуло взглядом растущую вокруг поросль молодых миров, затем прошлось среди готовых прорости семян, своим видом больше всего напоминавших огромные размером с дом шары в каждом из которых тускло мерцала знакомая спираль, после чего вновь вернулось к вызывавшему беспокойство зародышу.

   - Что-то случилось, Смотрящий? - рядом с туманным существом возникло еще одно, заставив первое прервать свое созерцание вызывающего беспокойства семени и обернуться.

   - Первород проник в зародыш и разрушает стат-формирования, Корректор, - ответил Смотрящий.

   - Странно, - прибывший подошел к семени и пару минут вглядывался внутрь прозрачной оболочки, затем спросил.- Как это могло произойти?

   - Один из внутренних Знающих попытался взять частицу "перворода" дабы использовать ее в своих целях.

   - Интересно, - по туманной фигуре Корректора пробежали разноцветные сполохи, говоря Смотрящему, что его собеседник находится в некотором замешательстве. - Какие действия предприняты?

   - Уровневые стабилизаторы уже предупредили провинившегося о его ответственности, сплетя фрактал его нити с кодом пораженного фрагмента.

   - Понятно, - Корректор кивнул. - Не вмешивайся, подобное изменение может дать интересный росток, так как проникновение "перворода" не всегда ведет к вырождению сути - все зависит от зрелости семени. Возможно, мы получим еще один шедевр нашего сада, типа "древа Шандара".

   Смотрящий невольно посмотрел в сторону названного Корректором дерева, на миг залюбовавшись его густой переливающий мириадами цветов кроной.

   - Но можем получить и "мертвяк", - сказал он через некоторое время. - К тому же пораженный фрагмент находиться рядом с одной из "матриц - плоскостей" Создателя и неизвестно во что это выльется поэтому...

   По фигуре Корректора пробежала цепочка молний.

   - Все же думаю, стоит рискнуть, - резко прервал он Смотрящего. - Огради семя "тетро-щитом" и продолжай свою работу.

   - Но....

   - Все, - фигура Корректора потемнела, заставив Смотрящего невольно отступить на пару шагов назад. - Если боишься, отправь в семя "стайер-тень", но сильно в происходящее не вмешивайся. Это семя может дать нам много интересного и если оно выродится, ничего страшного, в конце концов...- он кивнул в сторону бесконечного поля покрытого шарами различных размеров.

   - Понятно.

   - Вот и хорошо, - фигура Корректора вновь стала туманно-серой. - Действуй.

   После ухода Корректора, Смотрящий несколько мгновений стоял, бездумно смотря на поврежденное семя, непроизвольно отслеживая его перемещение по ячейкам реальности, а в его памяти вспыхивали странные образы, всплывавшие откуда-то из глубин памяти, давно забытые, порой специально загнанные в дальний угол его многомерного сознания. Память о том, когда он был всего лишь мелкой личностной песчинкой. Давно, очень давно...

   Вершина шестиэтажной башни из стекла и камня, что буквально за полгода выстроили гномы, рядом странная серокожая эльфийка, которая доверчиво прижимается к плечу.

   - Как все прошло? - спрашивает она, задумчиво наблюдая за тем, как гномы заканчивают благоустройство первой улицы, тянущейся в сторону покинутого эльфийского форта. Асфальт уже положен и теперь бригады устанавливают лавочки, да проверяют сливные колодцы.

   - Эллар вновь принял корону, хоть и поломался для приличия. Эйнураль пока находится в небольшой прострации, многое не понимает, многих не узнает, но тут просто нужно время, однако договор мы все же заключили. Арания и Республика подписали сразу, а вот родарцы немного поартачились, но, ты же знаешь, Флойрина порой бывает чертовски убедительна. Так что теперь все эти земли наши, и мы возродим Рамион, только не как крепость, а как город, что станет столицей нового государства.