Курьер. Книга 1 (СИ) - Покровский Владислав Евгеньевич - Страница 97

Плечо подо мной вдруг задвигалось, я недовольно замычал, не понимая, что за жестокость — меня будить, потом что-то обиженно буркнул себе под нос, с трудом отклеился от плеча Грэя, разлепил глаза и посмотрел по сторонам, выглядывая в окна.

— Но ведь мы ещё не на месте, — ляпнул я первое, что в голову пришло, осмотревшись и душераздирающе зевнув, потом посмотрел на сидящего на переднем сиденье Капитошкина, и повторил: — Нам же ещё ехать и ехать…

— Это я знаю, — ворчливо отозвался он. — Удивительно, что ТЫ это знаешь, не думал я и не надеялся, что ты окажешься способен запомнить дорогу с моих кратких объяснений. Ты меня удивил, Андрей. Во второй раз уже за сегодня.

— А первый раз когда был? — машинально спросил я.

— А ты на себя посмотри, — посоветовал он, кивая куда-то мне в сторону груди.

— А что не так? — я вопросительно посмотрел на занявшего чуть ли не половину салона нашего колоссальных размеров умника и в очередной раз постарался не рассмеяться: элегантный костюм с бабочкой и рыжая бородища производили то ещё впечатление.

— А у тебя нормального костюма не было? — ехидно осведомился Капитошкин.

Я покрутил головой, осматривая себя со всех стороны, не нашёл в себе ничего потустороннего и паршивого и удивлённо посмотрел на невесть зачем придравшегося ко мне Старика. Что значит "нормального костюма"? Чем ему этот плох? Я стряхнул с рукавов несуществующие пылинки и недовольно надулся.

— Нормальный костюм, Андрей, это смокинг или его заменитель костюм-тройка, — воздел очи горе наш лысый птеродактиль, как и его животный представитель каркающий столь же уныло, — а не театральный фрак с кружевной рубашкой и длинными фалдами, украшенными рюшечками.

— Это не рюшечки! — возмутился я, защищаясь.

— Да мне по барабану, — фыркнул Капитошкин, заплевав мне грудь. — Вон там справа за углом фирменный магазин находится. Сейчас идёшь туда и выбираешь себе костюм. Ясно?!

— А?.. — я очумело открыл рот, подумав, что ослышался.

— А поскольку я знаю, что свой ключ-счёт ты как всегда дома оставил, то можешь воспользоваться моим, — он протянул мне свой ключ-счёт и вздохнул, скорбным взглядом провожая его до моего кармана. — И учти, Преображенский, — он ткнул пальцем в мою сторону, ещё раз заплевав мне грудь, — я хорошо знаю стоимость костюма, посему быстро узнаю, если ты вдруг решишься скупить весь магазин. А теперь марш отседова и оденься как джентльмен, а не как Белый кролик из "Алисы в стране чудес"!

— Грэй, пойдём со мной, — взглянул я на нашего гиганта и в очередной раз поразился тому, как он постарел и осунулся, будто подменили человека, забрав у него вполне приличную неплохую отягощённую лишь периодическими разногласиями на работе жизнь и заменив её на судьбу человека, отягощённого и озабоченного всеми проблемами на свете, у которого вдобавок по сценарию уготована в конце пьесы смертная казнь, да вот только не указаны ни время, ни место действия.

— Это так необходимо? — скривился Капитошкин, а Грэй лишь молча посмотрел на меня, взгляд его был какой-то пустой, отчуждённый, такой я видел лишь у безумцев или стоящих в шаге от безумства гениев.

— Необходимо, — твёрдо заявил я, выходя из машины и выволакивая этого здоровенного лося за собой. — В противном случае с моим умением выбирать костюмы вы меня на приёме у Директора увидите в балетной пачке.

— Убереги Триединый! — замахал Старик руками. — Ладно, если нужно, идите, только быстро! Времени мало! — добавил он без особой надежды.

Выбравшись из машины, я под руку с подозрительно молчаливым Грэем отправился в магазин, о близости которого знал очень хорошо — когда-то именно в нём мы закупались всем необходимым, а заодно шили костюмы на заказ. Правда, с моим опытом, богатейшим лишь в одной сфере, я старался не соваться в те дела, о которых знал мало, а потому и специально взял с собой сейчас подозрительно молчаливого как триста партизан героя всего на свете, разбирающегося почти во всём, начиная со структуры компьютерных биопроцессоров и кончая сакральным знанием того, как следует правильно завязывать галстук. О том, что это символическая удавка на шее отныне знали все — были в своё время просветительские акции — однако полностью отказаться от них мы всё равно так и не смогли, нет вещи хуже привычки.

— Что произошло? — спросил я его тихо, когда мы входили в магазин под приветственное "Здравствуйте, господа! Мы рады видеть вас в нашем магазине!" небольшого синтетика-швейцара, который наверняка выполнял в этом респектабельном заведении ещё и функции охранника-вышибалы.

Грэй как-то удивлённо посмотрел на меня, затем повертел головой по сторонам и вдруг ни с того ни с сего приложил палец к губам. Я окончательно перестал что-либо понимать и, пожав плечами, молча прошёл в центр круглого помещения магазина, у стен которого стояли стеллажи, а в них разнокалиберные по размерам и фасонам костюмы: простые и вечерние, для отдыха и рабочие, строгие и с некоторой вольностью в виде — моделей и вариантов было столько, что у меня глаза разбежались и обратно сбегаться не торопились. Я даже не представлял, что такое количество костюмов бывает на свете, куда там нашему Старику-костотрясу с его требованиями касательно "смокинга"…

— Выбирай, — каким-то безжизненным голосом произнёс у меня над ухом Грэй, и я подивился тому, насколько тускло это прозвучало, раньше даже тихий его рык, звучащий из-за спины, заставлял меня вздрагивать и нервно внутренне блеять, ожидая, пока вернутся испугавшиеся и разбежавшиеся по дальним углам мысли. А теперь же… Эх, Грэй, Грэй… Критические дни у тебя начались, что ли?

— Да… — только и смог произнести я в ответ на его предложение, обозревая растерянным взглядом узревшего неприятельскую орду у себя под носом одинокого старенького богатыря столь разнообразный, мягко говоря, выбор.

— Вам что-то подсказать? — раздалось откуда-то справа. Нежный? Симпатичный? Мягкий? Да ещё и такой завлекательный! Женский голосок… Это я удачно зашёл!

Я круто развернулся в ту сторону — глаза увидели, нос обонял, уши как локаторы настроились и запеленговали, руки сразу задергались, порываясь обнять и прижать к груди — мозг отреагировал молниеносно и… я как-то сразу взыграл, губы попрыгали на месте и выдали "обаятельную улыбку номер 3" из моей весьма обширной коллекции. Результат не замедлил себя ждать.

— О, Триединый, Великий Космос, это ВЫ?! Это Вы?! Правда?! — захлопало в ладоши и запрыгало рядом со мной весьма очаровательное миниатюрное изящное существо женского пола, и я моментально размяк и вспомнил о своём почти забытом амплуа. Ну как же… "Король сцены, император масок, загадочный факир и гений любой роли, маг и кудесник… Андр-р-рей… Пер-р-рвозванный!!! Встречайте!". Мои губы подумали и быстренько сложились в "обаятельную улыбку номер два".

— Неужели, неужели это Вы?! — щебетало это милое создание, восторженно глядя на меня своими огромными глазами и заламывая в экстазе обожания руки. — Но как?! Откуда Вы здесь?! Ой, ничего не говорите, ничего не говорите! — замахала она руками и, сияя от восторга, сложила их на груди молитвенно. — Скажите, скажите, пожалуйста! — вдруг перешла она на доверительный шёпот, оглядываясь по сторонам, — можно мне Ваш автограф?! Можно?! Можно?!

Грэй за моей спиной как-то безнадёжно вздохнул и, судя по нечаянному скрипу и тому, как прогнулся пол, потоптался на месте и отвернулся. Я задрал подбородок — ничего он не понимает в этом, тоже мне… Никогда у меня не было "звёздной" болезни! И вообще я самый скромный и ни разу не наглый тип в освоенном уголке нашей Солнечной системы. А девушка уже совала мне в руки, восхищённо и восторженно улыбаясь до ушей, свой коммуникатор, потом, спохватившись, приподняла блузку, я зачарованно проследил за её движениями, и вытащила из-за пояса коротенькой белой юбочки блокнот со светопером.

— Пожалуйста, пожалуйста! — умоляюще произнесла она, глядя на меня снизу вверх, её губы задрожали, как будто она была уверена, что я окажусь вот такой вот свиньёй и откажу ей в столь малом удовольствии — лобзать после остаток жизни мою закорючку, которую я гордо именую подписью.