Трудности перевода (СИ) - Кошкина Татьяна - Страница 25

- Я провожу, здесь есть вип-зал для переговоров, - тут же встрепенулся Ван и стал нравиться Олегу значительно меньше.

Небольшая комнатка обшитая светлым деревом с круглым столом посередине встретила их легким шумом кондиционера и запахом полироли. Видимо, только что здесь пробежала шустрая уборщица.

- Ван-лаоши, дождитесь меня в приемной. Хочу вас кое о чем попросить. Это очень важно.

- Конечно, моя дорогая, - улыбнулся тот и исчез.

Ноль. Закончился обратный отсчет до новой ссоры. Дверь за спиной Олега с тихим щелчком закрылась.

- Почему ты не сообщил, что Юлька пропала? Куда ты ушел? Должен был сразу пойти ко мне! – Ирину прорвало.

- Успокойся, - Олег выставил вперед руки в примирительном и одновременно оборонительном жесте. – Я…

- Я должна срочно лететь домой! Забирай к черту контракт, деньги и сына прихвати. Если с ней что-то случится! Если с ней уже что-то случилось!

Ирина будто в лихорадке. Горящий взгляд блуждал из стороны в сторону, руки дрожали уже не от тяжелого похмелья. Она металась по комнате, как безумная, будто искала телепорт домой. Увы, таких еще не изобрели. Олег пытался её успокоить словами, говорил тихо и спокойно, женщина явно его не слышала.

- Ира, успокойся, черт возьми! – гаркнул Шилов, схватив её за плечи. Она на мгновение испуганно замерла на месте.

- Не ори на меня! – очнулась и ответила тем же. – Какого лешего ты на меня орешь? Что ты вообще понимаешь? Это моя дочь сейчас неизвестно где! Я нужна ей, а я здесь, веду твои дебильные переговоры!

- Надоела, - выдохнул Олег и сделал, должно быть, самую безумную вещь в жизни.

***

Её просто заткнули поцелуем раньше, чем она успела сообразить, что происходит. Одна сильная рука подхватила её за талию и, кажется, приподняла над полом. Другая легла на затылок, не дав вырваться. Ещё и хвостик растрепал, гад.

Это не было поцелуем, скорее нападением. Сильным. Наглым. Захватническим. Его губы буквально вжались в её, приказывая замолчать. Все внутри клокотало, то ли от невысказанных слов, то ли от новых вспыхнувших чувств. Снова эти обжигающие искры, как тогда в лифте. Снова электрический разряд через каждую клеточку захваченного в плен тела.

- Теперь успокоилась? – произнес он, прервав этот странный контакт.

Хлесть. Ладони стало больно. Его щеке, должно быть, еще больнее. Как он посмел? Как у него вообще наглости хватило на подобное? Взбесившееся сердце, ты с ума сошло? Успокойся сейчас же, останови свой безумный ритм. Щеки, прекратите пылать. Дыхание, вернись в норму. Запах его одеколона, исчезни из легких. Запах его тела, прекрати кружить голову.

- Понял, - улыбнулся Шилов и повторил успокоительную процедуру еще раз. Второй поцелуй был более мягким, почти нежным. Влажный язык коснулся плотно сжатых губ, прося о большем. Ирина понимала, что должна вырваться, ударить его и бежать, но не могла. Тело отказывало её слушать, губы готовы были впустить вероломного захватчика, но поцелуй прервался.

- Отпусти, чертов извра…- ей в очередной раз не дали договорить. Губы стали более требовательными, язык воспользовался отсутствием преграды и оказался внутри. Этот человек поглощал её сопротивление своим упрямством. Сомкнуть зубы? Откусить ему этот наглый язык? Отличная идея, только вместо этого её наглый язык уже вступил в игру, губы ответили на поцелуй, а руки бессовестно обвили шею. Это была капитуляция. Полная, безоговорочная капитуляция.

- Теперь успокоилась. Вечером все обсудим, сейчас мы ничего сделать не можем, - он аккуратно достал свой телефон из все еще судорожно сжимающих его пальцев. – Приведи себя в порядок и иди в зал.

Мужчина выпустил её на свободу и спокойно вышел. Ирина не могла видеть его довольную улыбку. Да, сейчас Олег появится в зале с отпечатком руки на всю щеку. Одни переговоры сегодня явно увенчались успехом. Этого чуть больше, чем достаточно.

«Мама, все в порядке. Это недоразумение. Прости, что напугали», - пришло короткое сообщение на её телефон. Ирина шумно выдохнула, хоть здесь устаканилось.

А вот в их с Шиловым стакане только что определенно поднялась буря…

Глава 18

***

Поселок Звездный, дом 12

Юлька проснулась с ужасной головной болью, с засохшими на щеках слезами и потрескавшимися губами. Еще раз потерлась носом о мамину подушку. Солнце уже проникло в комнату через неплотно прикрытые шторы. Луч ласково коснулся щеки, когда девушка села на кровати. Желудок жалобно урчал, призыва срочно спуститься на кухню и пожелать доброго утра холодильнику.

Телефон небрежно лежал рядом на подушке. Юлька разблокировала экран и испуганно на него уставилась. Тридцать пропущенных от Ромки, шесть от мамы. Рука дрогнула. Девушка выбежала из комнаты и тут же угодила в родные руки.

- Юлька, слава богу! Где ты была? – Ромка сжимал её изо всех сил и тяжело дышал. - Я всех на уши поднял, отец всю службу безопасности поднял и друзей из полиции, мы оббегали весь город. Как ты меня напугала, - девушка попыталась вырваться, но её продолжали целовать, не обращая внимания на сопротивление.

- Ты…ты целовал её, - все-таки отбилась от парня. – Ты не бросил свою невесту.

- Что? – парень нахмурился. – Кто сказал тебе эту ерунду?

- Она. Мы встретились в туалете, она очень прозрачно намекнула, что ты её целовал. Что со мной ты только играешь, - Юлька не умела ничего скрывать, если что-то гложет, сразу вываливала на чистоту по завету Шрека: «Не держи в себе!».

- И ты поверила этой обиженной девушке? Почему меня не нашла? Вчера я прекратил с ней все отношения. Никаких поцелуев, никаких объятий не было. Если хочешь, я попрошу в клубе запись с камеры у входа. Ты сама всё увидишь.

- Не надо, я сглупила. Прости, больше так никогда не поступлю, - девушка прижалась к нему и упоением вдохнула родной запах. – Обязательно буду сначала говорить с тобой. Прости…

- Все хорошо, только маме напиши. Она там с ума сходит, наверное…

***

Тем же вечером. Тайвань

- После вас, - Олег открыл для неё дверь и пропустил вперед. В номере, по сравнению с парником на улице, было прохладно и дышало легко. Люкс убирали так же стерильно, как больничную палату - ни одной пылинки ни на одной поверхности.

Ирина недоверчиво покосилась на Шилова, но вошла. Этот взбесившийся орангутанг никак не объяснил свое поведение в вип-зале. Да, черт возьми, он вообще об этом больше не упоминал. Весь день вел себя, как обычно. Ни лишнего взгляда, ни лишнего слова. Что с ним? Наслаждается победой? Или просто добился своего? Понял, что не безразличен? Вопросы разрывали изнутри, хотелось задать их все сразу.