Трудности перевода (СИ) - Кошкина Татьяна - Страница 23

Он из последних сил сохранял разум. Впервые мерзкий запах алкоголя его спас, спас от самого себя.

- Не хочет, а пойдет, точнее поедет, - подхватил на руки активно сопротивляющуюся Ирину и осторожно внес в комнату.

Каким-то чудом она не ударилась ногами о косяк. хех. он точно мастер маневрирования пьяными сопротивляющимися особами. Вот только до кровати ему дойти не дали, применив контрприем. Ирина внезапно успокоилась, обвила его шею руками и поцеловала. Мягкие чуть прохладные губы касались настойчиво, соблазнительно, страстно. Язык осторожно коснулся губ и снес крышу окончательно.

Ответный напор должен был испугать её, отрезвить. Но Ирина лишь с большим азартом изучала его губы, отвечала на движения, запуская пальцы в коротко стриженные волосы, лаская шею. Уронить этого ёжика на кровать и задать хорошую трепку - идеальное решение.

- Нет, - он подошел и, как планировал, бросил Ирину на кровать, сам отошел на шаг назад, наслаждаясь её растерянным видом. - Завтра ты об этом пожалеешь. Спи.

Развернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. На всякий случай прихватил ключ и запер женщину внутри, пока не уснет. Нет уж, если между ними что-то произойдет, она должна это запомнить. Запомнить надолго, а лучше повторить. В ушах все еще шумело, тело отчаянно тянуло в эту комнату с запертой дверью. Только осознание того, что он все делает правильно, спасало от нового срыва.

Взгляд сам упал на телефон Ирины. Мужчина обрадовался, что на нем нет пароля. Несколько секунд и дело сделано.

***

Следующее утро

Во рту будто кошки нагалидили. Ирина с трудом разлепила глаза, голова гудела, губы ссохлись и потрескались. Заглядывать в зеркало было страшно. О чем речь? Даже вставать с кровати было страшно, голова точно чугунок с прокисшей картошкой.

- Зашибись, - просипела, глядя на знакомую бутылку минералки и не менее знакомое ведро. Шилов, определенно, тренировал чувство юмор. И чего она так надралась? Никогда не позволяла себе подобного, даже страшно. Озноб, видимо, тоже был об ужаса или это отравление алкоголем?

Попытка вернуться во вчерашний вечер ни к чему не привела. Воспоминания обрывались на успешно открытой второй бутылке вина. Что было дальше? Как она легла спать? Видел ли её Шилов в таком виде? Горшочек упорно не варил. На всякий случай приподняла одеяло, чтобы убедиться - одежда на месте. Хоть голая перед ним не бегала.

- Не трогал я тебя, - сцену разглядывания помятого брючного костюма под одеялом застал вошедший в комнату Олег. - Какая скромная, вчера ты такой не была. Еле ноги унес, спасая свои честь и достоинство.

Щеки предательски вспыхнули, что она натворила? Приставала к Олегу? Серьезно? Нетипично. Даже на самых отвязных загулах (коих в её жизни было немного, но кое-какая статистика есть), она не позволяла себе развязного поведения.

- Я что? - доходило до неё по-похмельному туго.

- Ничего, я пошутил, - хмыкнул Олег. - Ты просто напилась в стельку и мне пришлось снова тащить твое спящее тело на место. Это становится традицией, не находишь?

- Черт, напугал, придурок, - выдохнула женщина. Спала, значит, все в порядке. - Какая-то поганая традиция.

- Да, можно было и что-то получше придумать. Собирайся, через два часа мы должны быть на производстве. Завтрак я уже заказал, - отрапортовал и быстро покинул спальню. В комнате вместе с Ириной и кроватью находиться было решительно невозможно.

***

Россия

- Макс, где Юлька? - Рома бегал по танцполу уже минут десять. Девушка, как сквозь землю провалилась. Друга он оторвал от важного занятия - нежного воркования с Ларой, его любимой и обожаемой курносенькой блондинкой, по совместительству их соседкой по коттеджному поселку.

- Ушла куда-то минут пятнадцать назад. Я думала, в туалет пошла, - ответила вместо друга Лариса. - Больше не видела.

- Черт, - выругался парень и сорвался с места. по дороге еще несколько раз безуспешно набрал её номер. Куда она пошла? Встретила ли Олю? Много вопросов и ни одного ответа.

***

Юлька вошла в совершенно опустевший без мамы и Ромки дом. Даже стены уютного теплого оттенка казались сейчас холодными и чужими. Щелкнула выключателем, не помогло. Лед ревности, сковавший сердце, тяжело растопить. Перед глазами все еще стояла сцена: Ромка уходит куда-то с длинноногой красоткой в дорогих шмотках, пока она, Юлька, доверчиво веселится на танцполе.

Что еще она могла сделать, кроме как уйти? После такой встречи в туалете - ничего.

- Привет, малышка, - красивая блондинка красила перед зеркалом губы. Ровный, красивый цвет. - Увела у меня жениха и рудешься?

- Невеста по договоренности? - Юлька даже улыбнулась. Забавная встреча.- Он тебя не любит, поэтому никого я не уводила.

- Не любит? Да, именно поэтому я сейчас поправляю макияж. Ой, и здесь размазалась, - поправила влажной салфеткой бледный след от помады, выпрямилась. - Приятно было поболтать. Отличного вечера с моим женихом, к счастью для тебя, я не ревнивая, - послала воздушный поцелуй и удалилась.

Бурная фантазия Юльки сделала свое дело, а воля случая его закончила. Они потерялись в Ромкой в толкотне клуба, разминулись у их пустующего столика всегда на пару минут. Только она села в такси, он вышел из клуба, чтобы поймать машину. Телефон жужжал в сумочке, но плачущая девушка его не слышала…

Теперь Юлька осталась наедине с ревностью в холодном доме. Пошла в мамину комнату, заперла её изнутри на ключ и упала на кровать, изо всех сил прижимаясь щекой к подушке. Сейчас мама была ей нужна, как никогда. Написать? Там сейчас утро, она как раз на очередных переговорах или едет в такси. Узнает, будет переживать. Нет, лучше не писать…

Размышляя об этом, девушка крепко уснула.

Сообщение в Тайвань написал кое-кто другой. Кто-то, кто пробегал полночи по городу и по дому в поисках Юли. Заглянуть в комнату к Ирине Ромка банально не сообразил.

Глава 17

***

Утро на производстве вышло тяжелым, наполненным шумом вокруг и гулом в голове. Ей стоило огромного труда не напортачить при переводе сложных терминов и технических оборотов, не зря готовилась. Знала бы, что будет переводить это со страшного похмелья - готовилась бы в три раза тщательнее. Олег сочувственно на неё поглядывал и, стоя около очередного кулера, молча протянул ей помятую пачку анальгина.

- Не хочу, чтобы ты накосячила. На тебя смотреть страшно, - объяснил он и молча вернулся к директору Ли и учителю Вану.

После таблетки жизнь стала стремительно налаживаться ровно до момента встречи с Майком в одном из коридоров. В технических проходах он не участвовал, а вот административными делами интересовался с пугающим рвением, в том числе и ходом переговоров и общего тендера.