Сердце василиска - Флер Полина - Страница 33

— Я сказала, — терпеливо повторила ему, поглядывая весело и дразняще, — что не боюсь забеременеть, потому что уже беременна. Я жду ребенка, Дитер. Нашего с тобой ребенка!

— То есть ты…

Дитер замолчал, и я замолчала тоже, несмело улыбаясь и не зная, что еще сказать. По его потрясенному виду нельзя было определить, обрадован он или расстроен, и я только слышала, как стучит мое сердце. Ожидание всегда так тревожно и утомительно.

— О господи, Мэрион, — только и сказал наконец муж.

— Ты… не рад? — осторожно спросила я.

— Я не рад?! — вскричал он, приподнимаясь на подушке. — Я — и не рад?!

Тут он вскочил и подхватил меня с кровати. Я верещала, брыкаясь в его объятиях, смеялась, пока он осыпал поцелуями мое лицо, шею, руки. Должно быть, мы забавно смотрелись со стороны — обнаженные, всклокоченные, но такие счастливые!

— Мэрион! — повторял мой генерал. — Неужели это правда, моя пичужка?!

— Это правда! — смеялась я. — Правда! Думаю, это произошло перед твоим отъездом.

— Если бы ты знала, как я тебя люблю! — признался Дитер, останавливаясь и прижимая меня к себе.

Я приникла головой к его плечу и улыбалась, прикрыв глаза. На душе было хорошо и тепло. Мой генерал держал меня легко, как пушинку, и осторожно, как самую хрупкую вазу.

— Я никогда не думал, что у меня будет наследник! — проговорил он. — Это лучшая награда, которую жена может дать мужу! Ты уже решила, как его назвать? Может, Якоб?

— Только не Якоб! — запротестовала я. — Фу! Разве ты не помнишь моего предателя-кузена? Как вспомню, так вся пупырышками покрываюсь!

Я передернула плечами, а Дитер засмеялся и поцеловал меня в ладонь.

— Мне нравится пупырчатая Мэрион, — хитро произнес он. — Тогда, может, Мартин?

— Достаточно с нас Мартинов! — рассмеялась я. — И вообще, с чего ты взял, что родится мальчик?

— А кто же еще?

— Девочка, глупый! — Я щелкнула его по носу.

Дитер качнул головой:

— Девочке будет куда тяжелее, если проклятие все-таки передастся по наследству. Ты уверена, что с ребенком будет все в порядке?

— С ним будет все в порядке, милый, — утешила его я, проведя ладонью по щеке. — Я легко переношу беременность, даже токсикоз прошел очень быстро. Думаю, в этом мне помогает оберег Оракула, который…

— Погоди… — Дитер нахмурился и опустил меня на постель. — Ты говоришь, что забеременела еще перед моим отъездом. Значит, весь этот маскарад… — он широко развел руками, указывая на мой сброшенный френч, — ты решилась на это, зная, что беременна?!

Я села, скрестив ноги, и насупилась:

— Предположим, я сама узнала не сразу, а гораздо позже, когда мы стояли лагерем на границе.

— Значит, еще до похода? — Серые глаза Дитера налились золотым мерцанием.

— Ну да, — пожала я плечами.

— И, зная о своей беременности, ты все равно отправилась в поход?!

Кажется, он начал закипать. Я забралась на кровать с ногами и обернулась покрывалом.

— Дитер, я должна объяснить. Видишь ли, Оракул…

— Это черт знает что! — возмутился генерал и рывком снял со стула халат. — О, как же я был прав, назвав тебя безответственной и упрямой! Подумать только! Прикинуться мужчиной! Обмануть главнокомандующего лучшей гвардии Альтара! Рисковать собственной жизнью и жизнью будущего — нашего! — ребенка! Женщина, что у тебя в голове?!

— Любовь, — огрызнулась я. — Все, что движет мной, — это только любовь. К тебе, Дитер! И к нашей малышке! К стране, в которой ты вырос и которая стала моим домом! Она теперь на пороге войны!

— Вот именно! — сердито ответил генерал и запахнул халат.

Движения его стали отточенными и выверенными, в глазах клубилась золотая мгла, но я все равно смело смотрела на своего супруга. Я не собиралась сдаваться!

— Если ты не хочешь подумать о своей безопасности, — отчеканил Дитер, — об этом позабочусь я. Сейчас же прикажу Кристофу запрячь виверну, и ты покинешь Фессалию. Пусть Ганс отвезет тебя. Нет, лучше Шэн.

— Дитер… — снова попыталась я.

— Нет! — Он ударил кулаком о ладонь. — Я сделаю это сам во имя Небесного Дракона! Да! Я знаю, как ты можешь убалтывать мужчин! Но на этот раз твои фокусы никого не обманут! Я лично прослежу за этим!

— Дитер! — позвала я громче. — Позволь мне объяснить…

— Мэрион, я делаю это ради твоей безопасности! — перебил генерал и, присев на кровать, взял мои ладони в свои. — Послушай, ты не представляешь, что творится на границе. Мы живем сейчас как на вулкане, и неизвестно, когда начнется извержение. Черное Зеркало открыто, кто-то использует очень сильное колдовство, чтобы призывать монстров с той стороны портала. Я не знаю, кто, но планирую это узнать. Скоро состоится совет трех государств, на который приглашен и я. Он пройдет на территории Кентарии, и меньше всего я хочу, чтобы в случае неудачных переговоров первой пострадала моя любимая жена и еще не рожденный малыш. Ты понимаешь?

Я сжала его руки и заглянула в глаза. Голова немного кружилась, не то от колдовства, которым всегда был наполнен Дитер, не то от внутреннего волнения.

— Понимаю, — тихо сказала я. — Поэтому позволь кое-что рассказать. Помнишь, ты не поверил, что я встретилась с Оракулом в альтарском саду? Так это была чистая правда. Ты видел доказательство — браслет, который она мне подарила. Он защищает меня и нашего ребенка. Беременность и правда проходит легко. По крайней мере, пока. Я многому научилась в Железной гвардии, я один из лучших стрелков, и ты сам наградил меня орденом за спасение капитана Фа! Уж кто-кто, а я сумею постоять за нас обоих! И потом, — я сглотнула и облизала пересохшие губы, — ты еще не знаешь главного. Помнишь, я рассказывала тебе, что сама пришла из страны, которая лежит по ту сторону Черного Зеркала? Благодаря этому обстоятельству я помогла снять твое проклятие, Дитер. Оракул знала мое настоящее имя — Мария. И она знала, что твоя сила воплотится в нашем ребенке.

— Ты же сказала, что с ребенком все будет в порядке? — напрягся генерал.

— Да, с ним все будет в порядке. В том смысле, что проклятие василиска не коснется его, но только потому, что она, наша девочка, наша Тея, уже получила другой дар! Дар Оракула!

— О чем… ты… говоришь? — с трудом проговорил Дитер и озадаченно посмотрел на меня.

— Я ношу под сердцем спящего Оракула, — твердо повторила я. — Возможно, самого сильного из всех, кто когда-либо рождался в вашем мире. Дитя иномирянки и василиска… Звездной Розы и Небесного Дракона. Она сможет остановить войну.

— Как? — выдохнул Дитер. — О чем ты говоришь, Мэрион? Ребенок остановит войну?

— Я сама не знаю, как это произойдет, — тряхнула я головой. — Но я верю старой провидице. А еще я вижу сны… пророческие сны! Я видела черных всадников…

— Ты?! — Дитер порывисто вскочил на ноги и заходил по комнате.

Я поднялась следом.

— Нет, не в реальности, только во сне. Я видела их предводителя — рыцаря, закованного в черную броню. И там была наша крошка… Она там совсем одна. Такая маленькая и беззащитная, но уже храбрая. Я не оставлю ее, Дитер! Не оставлю на растерзание врагам! Кто защитит ребенка, как не его родная мать?

— И ты веришь странным снам и заплесневелым пророчествам? — остановившись, усмехнулся Дитер, полоснув по стене золотой молнией.

— Но ты же верил, — возразила я. — Когда пытался избавиться от проклятия. Ты верил до последнего. И ты избавился от него. Так почему ты не веришь, что наша дочь остановит войну и черных всадников?

Дитер устало потер лицо руками, покачал головой.

— Не знаю, — простонал он. — Это все… слишком много новостей, Мэрион. Мое сердце разрывается от любви и от тревоги за тебя. А теперь, когда я узнал, что у нас будет ребенок…

— Поверь, я тревожусь не меньше. — Я подошла и погладила мужа по плечу. — Но мы должны успокоиться и все обдумать. Нельзя вечно убегать от своего предназначения. Что суждено, то произойдет, хотим мы того или нет. Но мы властны немного повлиять на будущее. Мы вместе, Дитер!