Олимпиада. Дом трех городов (СИ) - Гринь Анна Геннадьевна - Страница 28

– Да, – выдохнула я решительно. – Именно так.

– Что случилось, раз ты вдруг говоришь мне это?

От всего облика мага исходило ощущение недоверия и злости, но я постаралась не обращать на это внимания.

«Черт!»

Мне хотелось подойти к нему и обнять… Смахнуть с его губ это недовольство, стереть из взгляда ответный гнев.

«Под всей этой шелухой напыщенного хама и бесчувственного болвана потерянный уставший от других мальчик».

Липа. Ох! Ну и попала же я!

– Нам в этой академии еще очень долго учиться, – произнесла я строго. – Поэтому.

Ничего личного, только учеба.

Произнеся это, я встала, подошла к магу и протянула ему руку для рукопожатия, незаметно опустив амулет в карман. Шиш прищурился, от чего его глаза стали походить на щелки, вздохнул и спросил:

– Все из-за занятий?

– И из-за них тоже, – согласилась я. – А еще из-за того, что вдруг поняла: мне ничего не нужно. Слишком накладно. Злость прошла, а на месть мне жалко тратить время и силы. Так что не беспокойся.

Шиш вновь прищурился, сверля меня взглядом, и будто посерел еще больше.

– Даже так? – каким-то странным голосом уточнил он.

– Ну тебе же это не интересно. – с наигранным безразличием пробормотала я. – Так зачем мне? Давай просто мирно жить и учиться.

Маг пробормотал что-то неразборчивое, а потом громко зацокал языком.

– Что? – опешив от его поведения, я вздернула брови.

Вместо ответа, Шиш отвел в сторону мою руку, шагнул ближе и, преодолевая мое сопротивление, обнял.

– Эй. – зашипела я, пытаясь вырваться.

Маг окунулся в мои волосы и произнес на ухо:

– Постой так немного. Я вру, ты врешь. Что ж. Так тому и быть.

В его тоне не было злости, лишь странная неясная мне эмоция, от чего я не сдержалась, глубоко вздохнула и обняла молодого человека за шею.

Идя по аллее к воздушному порту академии, я заметила множество теней среди крон деревьев – похоже, призраки патрулировали окрестности даже днем. Меня никто не пытался остановить, но я все равно присматривалась к другим студентам и пассажирам, оглядывалась и вздрагивала от любого слишком громкого звука.

Внизу, еще не выйдя из здания порта, я быстро затерялась в толпе ожидавших свою очередь на посадку и под прикрытием колонны и большого дерева в кадке шмыгнула в портал.

Амулет сработал без проволочек, и на лесенке перед домом я оказалась за считанные секунды, огляделась и поскорее вошла. Меня била крупная дрожь, за спиной чувствовались чужие взгляды. Не слушая приветствий Марка, я пробежала по дому и захлопнула все окна, а после открыла дверь, ведущую в деревню рядом с Сумрачным лесом, и удрала туда.

Здесь дом смотрелся удивительно древним, едва ли не разваливающимся, но все равно приметным среди остальных строений, разбросанных в хаотичном порядке по вершине холма.

Я постояла несколько секунд на ступеньках и радостно выдохнула, чувствуя пряный аромат

трав.

Внизу, простираясь насколько хватало глаз, тянулся Сумрачный лес – одно из трех королевств эльфов. Никакой видимой границы я не заметила, людские поля, засаженные пшеницей и рожью, не доходили лишь десяток метров до высоких древних деревьев.

В дом я вернулась через час и под бубнеж привидения принялась перебирать вещи на первом этаже, чтобы хоть чем-то себя занять.

Сначала я просто снимала с полок предметы и раскладывала их на полу в две кучи, но через час пришлось большой шваброй отодвигать эти груды на середину холла, чтобы не захламлять место под ногами. Вещей становилось все больше и больше, а ценных или хотя бы полезных из них я отбирала едва ли десятую часть.

Отец, как оказалось, очень любил копить хлам, большая часть которого осталась еще от прошлых владельцев. На полках и в ящиках вперемешку с трухой, опилками и обрывками упаковочной бумаги громоздились какие-то керамические статуэтки совершенно не магического происхождения. Я безжалостно сгружала хлам в деревянный ящик, а домовик без вопросов утаскивал его каждые полчаса в неизвестном мне направлении, но, по заверениям Марка, на какую-то свалку, доступную всем домовикам города.

– Это вообще очень интересная система, – хмыкнула я, нагружая ящик грязью и старыми развалившимися книгами. – Маги и колдуны создали для себя идеальные условия жизни.

Магическое сообщество не зря так называется. Все мы существуем в тесной связи друг с другом, чуть в стороне от обычных людей. Это не означает, что маги и колдуны отгораживаются ото всех, но у нас давным-давно стало нормальным пользоваться благами магических улучшений жизни. Люди тоже их себе могли позволить, но какие-то вещи оставались им не доступны.

Так ни в одном доме, кроме жилья одаренных магией, не могут обитать домовики. Дом обычной человеческой семьи для домовика не пригоден, ведь часть своей энергии эти представители магического сообщества получают именно при взаимодействии с нами.

Как и всем людям, нам свойственно создавать вокруг себя всевозможные удобства, не ограничиваясь какими-то правилами. Именно поэтому маги и колдуны слабо представляют, где находится городская свалка, часть из нас даже продукты не покупает самостоятельно. Об уборке в доме так же думать не приходится. Что уж говорить о всевозможных порталах, перемещающих зельях, защитных чарах и многом другом.

Пока я разбирала вещи, домовик не только выносил мусор, но и с маниакальным упорством оттирал освобожденные полки и ящики.

– Славно. – шептал себе человечек под нос. – Чистота.

Моего запала хватило часа на два, но за это время я смогла разобрать и рассортировать только половину содержимого шкафов.

– Как же здесь много! – простонала я, садясь на пол рядом с грудой того, что я решила оставить.

В основном это были вещи, которые еще как-то можно было использовать или хотя бы спасти. Здесь била пара «солдатиков» отца с облупившейся краской на неестественно счастливых лицах. Какие-то деревянные фигурки, вместе создававшие некую психоделическую композицию: вырезал животных и людей один мастер, но явно не подумав о пропорциях. Еще в эту кучу я отодвинула две стопки потрепанных книг с пожелтевшими страницами, странные металлические конструкции из прутьев в палец толщиной, наброски этих же штук, но с размытыми комментариями явно отцовской рукой.

Но больше всего среди отложенных вещей оказалось всяческих ингредиентов в больших жестянках или стеклянных пузырьках. Их я отодвинула подальше, не собираясь открывать прямо здесь, в холле. Как и любые магические компоненты, эти не стоило открывать просто так, беспечно заглядывая в каждую емкость без подготовки. Некоторые лечебные травы после выхода срока годности могли стать ядовитыми и надолго обездвижить при вдыхании аромата.

В первую очередь я занялась мелкими предметами, вроде шкатулок, закрытых на замок, и целой россыпи всевозможных амулетов. Перебирая каждый камушек и сплав металла, я разложила амулеты еще на три кучки, разделив на пустые, безопасные и опасные. Пустые ссыпала в коробку и сунула на освободившуюся полку. Безопасные перевязала ленточками, отделяя по назначению.

А вот опасные перебрала внимательно, заворачивая каждый в отдельный кусочек ткани. Как и любая магия, заключенные в них заклинания могли сработать с непредвиденными побочными эффектами при реакции друг с другом. Так пара щитовых амулетов вполне могла превратиться в бомбу, если их применить одновременно.

Разобравшись с амулетами, я собрала баночки в ящик и понесла его на второй этаж. На кухне, закрыв нижнюю часть лица куском смоченной в воде ткани, а глаза – маленьким многофункциональным щитком, я принялась рассматривать баночки сначала на свет, а после с осторожностью открывать.

– Груда этих склянок, скорее всего, принадлежала маме, – открывая десятую склянку, сделала я вывод. – Вряд ли отец стал бы заниматься экспериментами со всеми этими веществами.

Часть содержимого баночек была мне знакома с самого детства, являясь компонентами самых распространенных зелий. Но были здесь и такие, которые требовались лишь для одного состава. Кое-что вообще относилось к, так называемым, запрещенным веществам.