Жертва для палача - Быстрова Мария - Страница 43

Оценив наше положение, он поднял большой палец, занял место на мостике, перехватывая управление. Разминая замерзшие руки, я сняла очки и встала рядом с Ингрид.

«Скиталец» дрогнул и плавно ушел вниз. Город под крылом приблизился. В центре на двух холмах, возвышаясь над остальными районами, располагался имперский дворец — монументальное сооружение прямоугольной формы из белого камня с колоннами по периметру, подсвеченное столбами света такой силы, что они рассеивались лишь на высоте нескольких километров. Дворец никак не ограждался, если не считать огромной площади, отделяющей его от остального города. Она оказалась даже больше, чем весь наш школьный стадион. Напротив находилось высокое здание-коробка, рядом — хозяйственные сооружения и маленькая башня с пришвартованным к ней дирижаблем неизвестного типа.

Между тем «Скиталец» сделал последний вираж над долиной, и наводящий маяк развернул свой световой луч в нашу сторону, демонстрируя траекторию захода на швартовку. Скорость упала до минимальной, под крылом поплыли заполненные людьми площади поменьше, народ уже начал отмечать праздник. Башни воздушной гавани вырастали перед нами, как иглы громадного ежа. Брэд больше не отвлекался, а сосредоточенно общался с контролером по браслету.

К нам присоединилась Хельга в пушистой короткой шубке, великолепной темной юбке и высоких сапогах. Волосы девушка собрала в восхитительную прическу с десятком шпилек, украшенных камушками, а на лицо нанесла безукоризненный макияж.

— Вау! Ты уже куда-то собралась? — подозрительно покосилась я на эту красотку.

— Ну конечно, и вы тоже с нами, я надеюсь. Темная ночь все же… Ты бы переоделась, что ли.

И пропустить стыковку? Ну уж нет!

Сбоку проплыла верхушка колокольни, часы на ней показывали десять вечера. Милман сманеврировал и обогнул ближайшую причальную башню, полностью заполненную аппаратами. Тут швартовались и «Широкие черепахи», и «Скитальцы», и «Пчелки». Стоя с открытым ртом, я наблюдала, как внизу перпендикулярно нашему курсу в эллинг заходит военный «Вершитель» — огромный десантный дирижабль. Мы медленно перемещались сквозь лес из башен и металлических ферм. В стороне осталась мрачная темная мачта с закрепленными «Горными орлами» — судя по эмблеме Ведомства, доступ туда был ограничен. Ну а мы маневрировали, приближаясь к дальней площадке, наш мигающий баллон аккуратно прошел под каркасным мостом.

— Эта секция принадлежит Институту артефактологии, — пояснила бывавшая здесь Ингрид.

Под днишем пролетела верхушка контрольной башни, крылья «Скитальца» сложились, зашумели лебедки, распуская тросы. Гондола дернулась и встала. Милман прицепил носовой карабин к крепежу мачты и радостно обернулся:

— Леди, добро пожаловать в Дикельтарк!

На стыковочной площадке нас уже ожидала милая девушка с документами. Я с любопытством осмотрела ее экипировку. На руках болтались десятки браслетов связи, на лбу — очки, а из кармана теплого костюма торчали гаечные ключи. Она деловито поднялась на борт и вручила пассажирские ведомости.

Пока Милман их заполнял, мы приводили себя в порядок. Я надела одно из новых платьев Хельги — то, что потемнее и поприличнее, сверху набросила меховую мантию и затянула широкий пояс. Получилось неброско, удобно и со сдержанной красотой. Спутанные, растрепанные волосы аккуратно убрала в высокий пучок, зафиксировав его сеткой. Ингрид сначала вообще отказывалась идти развлекаться, но, увидев непреклонное выражение на лице актрисы, покорно надела платье, серую шубку и поплелась следом за нами.

Безумное количество народа заполнило мощеную площадь перед императорским дворцом. Мы в нашей Лорании столько людей разом в одном месте никогда не видели… Тут присутствовало, наверное, несколько тысяч человек! Предприимчивые торговцы продавали сладости и пирожки с тележек. В кафе по соседству бесплатно раздавали шампанское в фужерах. Столичные граждане разных сословий по традиции приходили в канун Темной ночи на центральную площадь, пили, гуляли, смотрели выступление артистов и ждали начала нового солнечного года. Эйфория, охватившая присутствующих, передалась мне. И даже наша баронесса в этот вечер позабыла о своих печалях и стала такой же, как прежде, — улыбчивой, немного стеснительной беззаботной малышкой.

Милман таскался от одной кучки народа к другой, знакомя нас со своими друзьями. Я лишь тактично кивала и здоровалась, никого не запоминая, окружающая праздничная суета сильнее увлекала меня. То, что наш преподаватель без зазрения совести тешил свое тщеславие и самолюбие, показываясь перед знакомыми в компании сразу трех красивых студенток, меня совершенно не волновало. Шампанское уже кружило голову, и я начала расслабляться и довольно улыбаться.

Имперский дворец сиял панорамными окнами, среди колонн прогуливались модно разодетые дамы с кавалерами. Лорды и леди Дикельтарка ежегодно приглашались на торжественный прием к императору, а нам, простым смертным, отводилась площадь. Казна оплачивала уличных артистов, выпивку и лакомство для детей.

Осоловевший Милман с плотоядным восхищением посматривал на Хельгу, а та кокетливо улыбалась в ответ и пила… детский лимонад, порой с завистью косясь на мой бокал.

— Брэд, а мы тут долго еще будем? — поинтересовалась она.

— До полуночи, дорогая. Потом повезу вас в самый крутой клуб города, там наши сняли целый зал и игровую секцию. Увидишь!

Кто такие «наши», что за игровая секция и что за клуб, я решила не спрашивать. Мне все нравилось. Часы на высоком обелиске у дворцовых врат показывали, что до полуночи пятнадцать минут, и чем ближе стрелки подходили к верхней точке, тем чаще регесторцы поглядывали на них в ожидании чуда, в надежде на более счастливую и благополучную жизнь в новом году. Для меня же этот год стал первым, прожитым в Регесторской империи от и до… Невероятно сложным, сумасшедшим, но намного более живым, чем все мое бессмысленное существование в Лорании.

— Яна! Ингрид! Сюда! — Милман звал нас на возвышающуюся площадку.

Уже захмелевшая баронесса захихикала и вприпрыжку рванула по лестнице вверх. Массивный колокол отбил первый удар, пустой фужер в руке дзинькнул энергией и волшебным образом наполнился шампанским. Бесплатная порция!

— Загадываем желание!

Ингрид прищурилась, погрузившись в свои мысли, Хельга ухмыльнулась и пристально посмотрела на любовника, а я нахмурилась… Желание? Хм… Не надо быть ментальным магом, и так понятно, что именно загадали мои девочки. А я? Не знаю даже… Пожалуй, не стоило отбиваться от коллектива. Других идей все равно не было. В праздник по традиции принято думать о прекрасном, о любви, счастье и так далее… Выпив разом игристый напиток, я разбила стеклянный сосуд о бортик, блестящие осколки упали в снег.

Как только колокол прозвенел последний раз, над площадью на малой высоте пронесся «Воздушный кот» и в один миг сбросил тысячи светляков. Маленькие огоньки словно живые выстраивались в небе в огромные сияющие инсталляции, вытягиваясь в нити и формируя фигуры зверей и птиц, окрашенных в самые невероятные оттенки. Иллюзия шипела, звенела и пульсировала, ни на миг не прекращая трансформацию, пока не взрывалась ослепительным фейерверком, освещавшим восторженные лица зрителей. Искры и всполохи опадали, а маленький дирижабль закладывал новый вираж, засевая небо новыми огоньками, собиравшимися в чудесные картины.

Канонада взрывов нарастала, горожане аплодировали, дети изумленно застывали с открытыми ртами, весь высший свет Дикельтарка завороженно смотрел вверх с балконов императорского дворца.

Не знаю, сколько магов поддерживало эту иллюзию, но силы они затратили невообразимо много, и лишь взрывы фейерверков заглушали напряженный магический гул…

— Нравится? — раздался рядом голос Милмана. — Это наши из института постарались. Но нам пора! Идемте скорее!

— Может, досмотрим? — заупрямилась восхищенная Ингрид.

Световая сеть над головой продолжала оглушительно греметь, увеличиваясь в размерах.