Башня духов (СИ) - Романовская Ольга - Страница 117

Истван затряс меня за плечи и, зашипев, ругнулся. 'Запястье', - сразу догадалась я. Подняла на некроманта зарёванные глаза и прошептала: 'Прости меня'. Истван не ответил. Отвернувшись, он залечивал раны.

Робко коснулась его плеча и наложила обезболивающее заклинание.

— Тебе самой нужно, — буркнул некромант и покосился на ожог. — Убить бы мог… Ничему жизнь не учит?

— Злишься? — затеплила магический огонёк и рассмотрела страшные бурые полосы на груди — следы от когтей.

Истван махнул здоровой рукой и бесцветным голосом произнёс:

— Завтра с ним попрощаешься, я смогу отловить. Надеюсь, если порог последнего придела не перейдёт. А после… После либо забудешь о нём, либо обо мне.

Глава 38

Утром робко поскреблась в дверь Иствана. Понимала, что виновата, хотела извиниться, но не знала, примет ли мои извинения некромант.

Порицать Иствана не за что, это я поняла, всё обдумав на свежую голову. Лич действительно всё продумал, волк бы убил меня, если бы не некромант. Никакой он не убийца, наоборот, спаситель, только сердце щемило при мысли о кровавых слезах зверя. Пусть он хоть на треть Эрно, но Эрно, мне удалось бы освободить его, возможно, через пару лет мы даже были бы вместе… Да, с оборотнем, но я не первая и не последняя, кто заводил отношения с волкодлаками. Но Истван по-своему прав.

Некромант долго не отвечал. Решила было, что он меня игнорирует, но нет, открыл.

В квартире пахло травами — значит, Истван не обращался к целителю, лечил себя сам.

Некромант молча посторонился, и я вошла. У самой рука перевязана, заклинанием нашпигована. Без него болит.

— Давайте я вас накормлю? — не глядя в глаза Иствану, предложила я и направилась на кухню. — У вас же запястье…

Совесть грызла поедом, а в ушах всё стоял голос Эрно, а перед глазами — бьющийся в агонии волк. Не удержалась и всхлипнула, уткнувшись в дверной косяк.

Не ожидала, что Истван обнимет и усадит на стул. Зато голос его звучал резко, как у любого несправедливо обиженного человека.

— С запястьем ты мне удружила, столько сил на него извёл! И завтраков с обедами не надо, сыт и готовить умею.

В комнате повисло неприятное молчание. Я ёрзала на стуле, стараясь не думать о нависшем надо мной некроманте. Взгляд сосредоточился на щербатых досках и грязной одежде, которую, по обыкновению, Истван не бросил в корзину.

— Совесть замучила? Так это не ко мне, а в храм.

— Просто…

— Просто не усидеть на двух стульях. Кости целы? Покажи!

Не сопротивляясь, закатала рукав и протянула повреждённую руку. Ожог там жуткий, лучше не смотреть. А ещё белесая паутинка — следы магии.

Истван ловко размотал повязку и, пряча больную руку за спину, пристально уставился на тёмные волдыри.

— Плохо, — вынес вердикт он, — к Авалону сходи. Если б не твоя дурость, сам бы вылечит, но запястье нужно беречь.

И безо всякого перехода спросил:

— Эрно нужен?

Я опешила и после короткой заминки кивнула.

— Вечером. Тогда малолюдно. Не желаю верешенцев ритуалами пугать. Но, повторяюсь, ничего не обещаю. Я не бог, мне не подвластны высшие пределы. Кстати, подумала?

— О чём? — я вновь бережно перебинтовала руку. Выглядело она жутко, хорошо, мама не видит.

— О жизненных целях: работе, воспоминаниях…

Пожала плечами и туманно ответила:

— Потом.

Честно говоря, остаток ночи и всё утро я думала о чём угодно, только не о жизни после защиты диссертации и статусе Иствана в моём мире. Все мысли занимал Эрно. Признаться, после эльфа, прекрасного принца из сказки, никто не заставлял сердце так сладостно сжиматься. Возможно, тоже потому, что был мечтой, живого Эрно из плоти и крови я не видела. Но даже духа полюбила так сильно, как ни любила никого до этого.

— Хорошо, тогда объясни вчерашнюю дурость. Или до сих пор полагаешь, будто поступила верно?

Истван присел на край незастланной кровати. Брови насупились, кончики губ непроизвольно поползли вниз.

Что тут объяснять, когда и так всё понятно? Честно повинилась, ещё раз попросила прощения за женскую слабость, и получила отповедь:

— Не выйдет из тебя путного мага: одни романы и голая теория в голове. Но ничего, я дурь выбью.

Похоже, Истван для себя уже всё решил и составил план моего воспитания. Даже не по себе стало, памятуя методы некроманта. Нет, он проявляет и хорошие качества, но то ли работа, то ли жена превратили Иствана в человека, которого боялась даже заезжая комиссия.

— Истван, — просьба возникла неожиданно, как своеобразный способ проверки, — вы… ты поцеловать меня можешь? Только не так как собственник, а как… Словом, ты в двадцать три года наверняка иначе себя вёл.

— Угу, мозгов-то не хватало. Что, цветочки, комплименты, прогулку за ручку и поцелуи в щёчку? Рената, ты взрослая девочка, зачем тебе это?

— Затем, — отрезала я. — Или весь смысл затащить в койку? Жениться кое-кто не обещал, букеты обзывал вениками и приносил только в качестве извинений за грубость. За Аранкой, небось, не так ухаживал. И да, либо ты меняешься, либо…

— Безо всяких 'либо', Рената. Ты сама ничего не обещала, наглядно продемонстрировала, кто тебе нужен. Извини, я не Эрно и заменять его не собираюсь. Всё то, чего так хочешь, получишь при одном условии — серьёзности отношений. С твоей стороны. И, не прошло и года, мы на 'ты'!

Коротко и ясно. Впрочем, чего я хотела? Истван — это Истван, пытаться переделать его бесполезно. Нужно обладать завидным терпением, чтобы вытерпеть такой характер. Всё понимаю: неудачный брак, работа, негативно отразившаяся на здоровье духа, но нельзя же так! Говорит, будто любит — и не желает сделать ни шажка. Хотя, судя по отзывам Джено, с друзьями иной. Выходит, они для него важнее любимой женщины. Стоит ли начинать отношения, которые легко закончатся руганью, а то и рукоприкладством?

Нахмурившись, задумалась и не заметила, как подошёл Истван. Его пальцы сжали мои ладони, пристальный взгляд, казалось, пытался проникнуть в глубины души.

— На свадьбу-то пойдёшь или поищешь спутника помоложе? Да, мне не двадцать три, и никогда больше не будет. Но и ты не Аранка. Решай сама, только реши. Кокетства и двуличности не прощу, и это не просто слова.

Некромант наклонился и легко коснулся губами щеки. Даже не поцеловал, а скользнул губами, после же выпрямился и направился на кухню, по его словам, готовить мазь.

— Сильно тебя?

— Терпимо. Помогать не надо, заживёт.

Не стала спорить и побрела к Авалону.

Из головы всё не шла Часовня духов. Эрно не просто так упомянул о ней в минуту опасности, значит, это важно. И больше всех знал о Часовне Кристоф.

Интенданта в Башне не оказалось, по словам Тибора, тот ушёл куда-то ненадолго. Будущий молодой супруг светился изнутри и хвастался Джеммой, которая договорилась о торжестве за сущие гроши. Я слушала и кивала, понимая, ни о чём другом Тибор сейчас говорить не способен. И это прекрасно, значит, действительно любит. И Джемма его тоже. Видела её — славная девушка, вежливая, улыбчивая. И пошла на страшную по девичьим меркам уступку — отказалась от дорого платья. Более того, сама предложила, чтобы сэкономить.

— Будешь подружкой невесты, — огорошил Тибор.

— Почему я? Мы ведь поверхностно знакомы…

— Должен же я доверить жену надёжному человеку? — подмигнул Тибор и, подхватив под локоток, повёл вверх по лестнице. — Никому больше не отдам.

Вот это честь! Прошло всего четыре месяца, а мне доверяют самое святое. Как тут отказаться?

Тибор засиял ещё ярче и на радостях благодарно чмокнул в щёку. В ответ пошутила, не заревнует ли Джемма, и услышала музыку, ласкающую женское ухо: 'Она у меня самая умная, нет, конечно! И я поводов не дам'. От умиления даже вздохнула, чем вызвала резонное утешение: 'Ничего, у тебя ещё всё впереди. Если хочешь, жениха поищу'.

И, спохватившись, Тибор поинтересовался:

— Ничего, что на 'ты'? Просто Денес называет, Истван тоже… Если нельзя, скажи.