Курьер. Дилогия (СИ) - Покровский Владислав Евгеньевич - Страница 193

   - Тогда идём, - Ольга коснулась указательным пальцем символа на корпусе преобразователя и медленно растаяла в воздухе.

   Восхитившись, я нацепил преобразователь себе на левую руку, закрепив на бицепсе, и коснулся того же символа у себя. В ту же секунду мир вокруг меня изменился, подёрнувшись как будто пеленой, сквозь которую видно было неплохо, но вот очертания предметов чуть расплывались и колыхались как в тумане.

   - Эти преобразователи - самая последняя разработка, - раздался шёпот Ольги у самого моего уха, - они оснащены особыми пси-кристаллами, которые контактируют с определёнными зонами в лобных и затылочных долях головного мозга, благодаря чему ты можешь видеть и некоторым образом чувствовать окружающую тебя обстановку. Восприятию становится доступен совершенно иной спектр и излучения определённой мощности и частоты, на одной из которых работают данные преобразователи, поэтому ты, - она вдруг встала передо мной, - можешь меня видеть. Как и я тебя.

   Я кивнул, глядя на чуть колышущийся и подрагивающий силуэт насыщенного тёмно-жёлтого пополам с золотисто-коричневым цвета, ярко выделяющийся на фоне белёсоватой дымки, заполонившей всё пространство вокруг меня, потом подумал немного и разочарованно вздохнул:

   - А почему нельзя видеть в обычном спектре?

   - Это был недостаток всех "Амальгам", который не могли изменить, как ни бились, - с виноватыми интонациями в голосе сообщила Ольга. - Преобразуя световые потоки вокруг объекта, делая его невидимым, они не давали возможности воспринимать окружающее его пространство никакими чувствами, оно словно не существовало для него. Поэтому в срочном порядке стали разрабатывать улучшения для тактических шлемов, которые сканировали окружающую обстановку и передавали её в мозг человека. Впоследствии догадались имплантируемые пси-кристаллы устанавливать в эти преобразователи и вот... - она легонько поводила рукой у меня перед глазами, - они перед тобой. Самая последняя модификация.

   - Понятно, - кивнул я, заинтригованный новенькой услышанной тайной, о которой раньше и не подозревал. - А мы не потеряемся?

   - Не потеряемся, - силуэт Ольги заколыхался, видимо, она попыталась сдержать хихиканье: в самом деле, как может здоровый взрослый мужик потеряться в том месте, которое он знает как свои три извилины? Но... она ведь не знает меня. А я ещё и не то могу... - Но если вдруг Земля провалится в Дальний Космос и мы с тобой потеряем друг друга, то переключись в альтернативный режим, вот здесь, - показала она на один из символов почти невидимого преобразователя. - Этот режим задействует поиск парного преобразователя, если они идентичны и синхронизированы. Наши полностью идентичны, поэтому ты легко отыщешь меня, если возникнет такая необходимость.

   - Ясно, - я зевнул - свои заумные и долгие рассуждения я и слушать, и высказывать любил, а вот чужие претензии на мою монополию в этом вызывали у меня тоску. - Идём?

   - Идём, - силуэт отплыл в сторону, потом плавно устремился вперёд. - Придётся прогуляться, потому что любой прыжок в хроно-камере собьёт все настройки и мы снова станем видимыми.

   - Здесь недалеко, - я попытался разглядеть ступеньки у себя под ногами, не различил их сквозь колыхающуюся пелену и едва не грохнулся. Великий Космос, да как наёмники умудряются видеть в них?! Да ещё и стрелять без промаха! Потом я вспомнил слова Ольги о наличии у них тактических улучшений к шлемам и загрустил.

   - Я не об этом беспокоюсь, - Ольга придержала меня за руку - её сильная хватка напомнила мне о Шеле, и я пощупал плечо - вот сдавила, так сдавила, до сих пор побаливает. - Много людей, много контактов, которые нас не видят. Придётся уворачиваться. Тебя готовили к стелс-режиму?

   - Разумеется, - мрачно произнёс я, внутренне содрогаясь от одних только воспоминаний о нём.

   - А пользоваться им уже приходилось?

   - Приходилось, - буркнул я, с омерзением вспоминая те несколько часов, проведённые вместе с экстренной группой в засаде на одного маньяка, который развлекался тем, что убивал курьеров, доставлявших ему информацию. Его охранял взвод наёмников с термолокаторами и эхорадарами, улавливающими даже малейший звук за десяток метров. Практически полная остановка сердца, остановка большей части биологических процессов, функционирование только за счёт генетически модифицированной системы питания жизненно важных органов, несколько часов выжидания... А потом резкая атака! И едва не лопающиеся от перенапряжения сосуды.

   Кошмар... Я передёрнулся, как наяву увидев перед собой белые лица своих напарников из экстренной группы. Неужели сейчас придётся опять?.. Опять?

   - Вряд ли, - Ольга как будто прочитала мои мысли. - Но всё возможно. И не кривись так - мне от этого смеяться хочется.

   - Ладно, - я скорчил самую кривую рожу и услышал её короткий смешок. - Лирику в сторону. Мне ещё к Кузьме надо зачем-то наведаться, так что давай поспешим.

   - Начинай задерживать дыхание, - пробормотала Ольга вдруг, замедляя шаг, - впереди несколько человек. Идут к нам навстречу. Быстро идут...

   - Кто именно? - шепнул я, сосредоточиваясь и восстанавливая полный мысленный контроль над органами. Прощупав внутренним зрением организм, я со вздохом послал мысленный приказ и ощутил, как рядом с сердцем потяжелело и потеплело - чип реверсивной системы питания органов активировался и был готов к работе, можно было замедлять биение сердца и прекращать дыхание. Будь оно всё проклято - мерзкие ощущения уже начинали терзать мою нежную психику.

   - Кажется, Чуднов со своими, - неуверенно шепнула Ольга, прижимаясь ко мне. - Идут слишком быстро...

   - Идут выяснять, что случилось в душевой, - догадался я. - Осторожнее, у группы Чуднова всегда полный комплект локаторов. Прижмись к стене, замри и не дыши. И даже не моргай.

   - Да уж понятно, - прошептала она одними губами, вжимаясь в стену и закрывая глаза.

   Я довольно кивнул, бесшумно разбежался, взбежал по стене и прилип к потолку, цепляясь за малейшие выступы и трещины, где и завис, выжидая; сердце, от перегрузки взыгравшее, быстро успокаивалось, замедляя ритм; кровь, шумевшая в ушах, потекла медленной неспешной рекой; я ощутил подкрадывающуюся тошноту и слабость - тело стремительно теряло температуру - появилась вялость и дрожь в пальцах; я начал засыпать, и тут вдруг в груди кольнуло, да с такой силой, что я незлым тихим словом помянул Триединого - чип заработал, принимая на себя часть функций сердца: дыхание прекратилось - лёгкие работали сами на себя, кровь принудительно обогащалась кислородом и колониями наноботов, которые делали её то тяжёлой, то лёгкой, меняли полярность, из-за чего она и без качающей мышцы продолжала неспешно течь по организму, снабжая жизненно важные органы, питая их... Невидимый... А теперь ещё и абсолютно неслышимый. Я улыбнулся, перебарывая тошноту, подкатывающую к горлу, - побочный эффект, что поделаешь. Нашему капризному организму не нравятся ни темпоральные преобразования, ни вот такие выкрутасы...

   Чуднов со своими приблизился и встал прямо под нами, я навострил уши, сканируя обстановку, услышал поскрипывание комбинезонов из полимера с углеволокном - бойцы крутили головами, переминались и, судя по запахам, явно были недовольны - потом раздался характерный писк терморадара, я напрягся, но тут же услышал, как Чуднов засопел сердито - терморадар явно врал или показывал одно большое яркое пятно как раз на том месте, где стояли его ребята.

   - Почему именно здесь? - пробормотал один из бойцов.

   - А где по-твоему они ещё пройдут? Здесь пройти больше негде, - ответил второй.

   - Это ты так думаешь, - раздался третий голос. - На самом деле из душевой существует как минимум три выхода. Сколько их на самом деле, один Триединый знает.

   Я мысленно покивал, соглашаясь. В своё время несколько чудаков с помощью восстановленного строительного робота умудрились проделать лаз из душевой наружу, замаскировав его унитазом, и преспокойно смывались через него, когда им хотелось. Потом бдительное начальство раскусило их шалости и пустило по лазу волну отходов, после чего приунывшие и дурно пахнущие чудаки приутихли. Но ненадолго...