Курьер. Дилогия (СИ) - Покровский Владислав Евгеньевич - Страница 158

   Да... Вечер (и его начало, и середина, и - что самое главное - конец) явно удался на славу, так шикарно я не проводил время уже давно, Шела же с самого начала пребывала в тихом шоке - хвастаться пятнадцатью тысячами кредитов - это одно, а вот купить на них изящный браслет из белого золота с инкрустацией и отужинать в самом элитном ресторане Системы - это уже совсем другое. А дома... М-м-м... Я с наслаждением почмокал, вспоминая божественный вкус "Шато де Нуар Экселенц" и заново как наяву пережил то удивление, когда мы пришли к себе домой, и я увидел огромный пакет, находящийся в телепортаторе ЛиД. И как же долго мы охали и ахали (причём я громче всех), когда вместо заказанных трёх бутылок самого драгоценного на свете вина Велимир Вячеславович отправил нам целых пять, украсив их вдобавок самой красивой и изумительной композицией из роз, какую я только видел. Ну, разумеется, этот старый ловелас был как всегда на высоте. Кто, как вы думаете, учил меня, как правильно ухаживать за женщиной, чтобы завоевать не только её тело (секс что сейчас, что и всегда общедоступен, вы можете спокойно подойти к какой-нибудь современной дамочке и ущипнуть её за что-нибудь, на что она лишь мило улыбнётся и скажет "Да", так нежно скажет, с придыханием, как будто мечта удовлетворить вас родилась в её маленькой глупенькой головке ещё в детстве и плевать, что она тогда вас не знала. Поэтому секс вовсе не является "показателем" того, что вы добились расположения мадам, - как известно, труднее удержать девушку возле себя, чем переспать с ней), но и душу, так чтобы она отдалась вам целиком, а не лежала во время акта как бревно бесчувственное, не ковыряла пальцев в носу и не прикидывала, сколько сейчас стоит на рынке килограмм помидоров, пока вы над ней задумчиво и усиленно пыхтите...

   Нет, ну что ты будешь делать?! Я, уже окончательная проснувшись и забыв за своими сладкими воспоминаниями и мечтами о дрёме, недовольно покосился на вновь загудевший коммуникатор, любопытства ради перевернул его и вновь увидел пустой экран. Судя по нему, мне никто сейчас не звонил, но тогда почему он гудит?! Звук на вызов я отключил, потому и гудит. Но ведь вызова-то нет! Безымянный тебя помяни, я вдруг вспомнил одну из своих любимейших фраз: "В каком ухе у меня жужжит?". В каком ухе? Да в том-то и дело, что в обеих... Обоих... Обоях. А, порази тебя атомный смерч!

   - Слушаю, - произнёс я, подхватив коммуникатор и прижав его к уху, активируя мысленной командой связь.

   - Привет, Андрей, это я...

   "Кто "я"? Что "я"? Вот ведь забавно! Только совсем не забавно...".

   Минутку, минутку...

   - Оля? - недоверчиво уточнил я.

   - Ты уже забыл мой голос? - обиделась она.

   "Ох уж эти ле фам, ле фам... Да до твоего ли голоса мне сейчас?".

   - Я не забыл твой голос, - ответил я, ложась и закрывая глаза. - Просто неожиданно как-то совсем...

   - Я знаю, прости, - покаялась она и откашлялась. - Прошу тебя, говори тише, мой звуковой нулификатор может не сработать.

   - А в чём дело? - насторожился я.

   - Тише! - шикнула она мне в ухо, и оно у меня немедленно зачесалось. - Прошу тебя, тише! Мы ведь оба не хотим, чтобы Шела всё услышала.

   - Замётано, - согласился я и глянул на дверь, которая выходила в коридор, из которого уже можно было попасть в ванную комнату.

   - Вдобавок в отличие от тебя я знаю, что твой коммуникатор прослушивается и отслеживается, - сообщила она между делом, и тут, переварив эту информацию, я окончательно проснулся.

   - Что?! - шепнул я тихо, чувствуя себя дураком.

   - Потом, Андрей, - с сожалением возразила она, - у нас очень мало времени. Во-первых, прости, что доставила тебе хлопоты со своим временным пребыванием у тебя...

   - Я уже... - начал я.

   - Прошу тебя, не перебивай меня, - взмолилась она, и я заткнулся, чувствуя, что разговор сейчас у нас будет очень серьёзный, в Бездну бы его - я так хотел, мечтал и надеялся просто отдохнуть от всего.

   - Во-вторых, - продолжила она, убедившись, что я стреножен и укрощён, - прости, что не предупредила тебя и заставила поволноваться, когда ты сюда звонил, чтобы сообщить мне, что едешь с Шелой домой. Мне пришлось срочно уходить из твоей квартиры гораздо раньше.

   - Но почему? - удивился я, забыв о её просьбе не перебивать.

   - Потом объясню, - пообещала она. - В-третьих, из-за того, что мне пришлось уйти раньше, я не успела завершить свои поиски, но теперь хотя бы догадываюсь, где может находиться искомое. Поэтому можно я буду иногда обращаться к тебе за помощью?

   - Разумеется, можно, - я, озадаченный необъясненными причинами преждевременного ухода Ольги из моей квартиры, поспешил согласиться.

   - Спасибо тебе, - горячо поблагодарила она меня, потом, помолчав немного, продолжила: - Есть ещё один факт, помимо тех, что мне удалось отыскать, которого ты не знаешь, но который заслуживает внимания. Только я боюсь его говорить, - робко произнесла она.

   - Что еще? - насторожился я.

   - Те деньги, которые Капитошкин перечислил на твой счёт за доставку, изначально были твоими деньгами, которые он просто снял с твоего страхового персонального счёта в Центре.

   - У меня в Центре есть какой-то счёт? - поразился я.

   - Он есть у каждого курьера, входящего в особый список, - шепнула Ольга. - Так называемый персональный страховой счёт. Сумма, которая на него отводится всегда одинакова для всех и составляет ровно сто тысяч кредитов в безналичной форме. Этими деньгами Центр имеет право распоряжаться лишь в том случае, если лицо-представитель счёта погибло в результате несчастного случая, который наступил при определённых обстоятельствах В таком случае печать счёта вскрывается, Центр в соответствии с Приказом или Предписанием распоряжается этой суммой.

   - Но ведь это же грант! - воскликнул я.

   - Грант предназначается для всех и переходит в собственность фирмы, где работал погибший курьер, - поправила она меня. - Для курьера из особого списка его не существует, потому что в данном случае имеется персональный страховой счёт, который уже направляется не на фирму, а возвращается, распределённый соответствующим образом, в Казначейство...

   - Бред какой-то, - пожал я плечами. - Какой-то неправильный круговорот денег в природе. А чем же они компенсируют эту ненормальную сумму?

   - Для непосвящённого он неправилен, - тихо подтвердила она. - А для человека знающего это громадная бочка доверху набитая деньгами, которые можно с лёгкостью взять. Эти отмывания денег давно уже беспокоят определённых людей, которые попросили меня выяснить детали этого процесса. А обеспечиваются эти суммы исключительными правами на генетический код погибшего курьера, который переходит в безраздельное владение в Центр.

   - Значит Капитошкин?..

   - Да, - кивнула она. - Имеет прямое участие в дележе украденного и... зачем-то убирает курьеров... Понятно, что из-за денег, но... я чувствую, что здесь есть ещё одна причина, докопаться до которой мне необходимо.

   - Постой, - я вдруг сложил в своей голове кусочки мозаики и получил пугающую картину. Великий Космос! Неужели?.. - Ты сказала, что печать персонального счёта вскрывается со смертью курьера. Так?

   - Да, - подтвердила она.

   - А Капитошкин мне эти деньги сегодня перечислил, - произнёс я тихо, садясь на кровати и боясь даже думать дальше. - Это что же получается? Я?..

   - Да, Андрей, - едва не плача ответила она. - Официально ты уже мёртв.

   Не говоря ни слова, я разорвал связь, выключил коммуникатор, зашвырнул его в самый дальний угол и, откинувшись на подушку, вытер вспотевший лоб и посмотрел на дрожащие пальцы рук.

   "Влип, очкарик, - всплыло в моей голове. Я закрыл глаза и помотал головой, стараясь не думать, не думать, НЕ ДУМАТЬ об этом, но... Как всегда в таких случаях не получалось - мысли так и лезли в голову. - Теперь ты уже мёртв, и это подтвердила Ольга. Каково, а? Приятно осознавать себя трупом?".