Опальный капитан. Спасти Новую Землю - Куно Ольга - Страница 89

— Способность испытывать эмоции у особей мужского и женского пола одинакова, — менторским тоном сообщил Количаррен. Тон, разумеется, характеризовало оригинальное высказывание, а не автоматический перевод. — И выбор наш не случаен. Рейер Макнэлл — беглый заключенный, в одночасье лишившийся головокружительной карьеры. Его психика нестабильна сама по себе, и эмоциональный фон подходит нам как нельзя лучше. Саманта Логсон — пратонка, всю жизнь скрывавшаяся под чужой личиной. Постоянное нервное напряжение, вечный страх разоблачения, одиночество, а в последнее время — резкие перемены, сопровождавшиеся эмоциональным всплеском. Мы умеем собирать информацию. Лучших кандидатов среди присутствующих нам не найти. Но в случае если эти подопытные перегорят, можете не сомневаться, что мы перейдем к следующим.

Слово «перегорят» прозвучало, мягко говоря, пугающе. Цветовые пятна вновь ускорили свое движение.

— Обдумайте в таком случае кандидатуры собственных приятелей, — посоветовал Рэй.

— Точно! — подхватила я. — Наверняка у кого больше глаз, у того и эмоций больше.

Увы, освеномы восприняли эти издевательства в высшей степени спокойно. Наверняка наше поведение их полностью устраивало. А вот что показалось мне странным, это реакция Линды. Супруга Рэя не была ни холодна, ни равнодушна, ни сурова. Взгляд ее выражал целую гамму эмоций — волнение, сомнение, быть может, даже смятение. И отчего-то этот взгляд был устремлен не на мужа, а на меня. По какой причине? Думаю, даже в обычном своем состоянии я не смогла бы ответить на этот вопрос. Тем более сейчас, когда сознание мое было затуманено страхом.

— Переходим к следующему этапу.

Количаррен надавил на какой-то рычаг, и все мое тело пронзила острая боль. Казалось, болела каждая клеточка, независимо от того, присутствовали там нервные окончания или нет. Я закричала, а вскоре услышала, что рядом кричит Рэй: освеном привел в действие второй рычаг, точно такой же. Стало вдвойне больно и за него, а в груди начала зарождаться паника: этой пытке не будет конца, и мы уже не выйдем отсюда живыми. Криков, раздававшихся из-за стекла, и очередных бесплодных стараний его разбить я уже не слышала.

Перерыв оказался внезапным и неожиданным, словно глоток свежего воздуха в газовой камере. Тяжело дыша, я обессиленно откинула голову на спинку кресла. Когда голову начали посещать хоть какие-то мысли, первой из них была: нас освободили. Но нет, одного взгляда хватило, чтобы понять, что все оставалось, как раньше. Я пристегнута, друзья за стеклом, вокруг — полдюжины освеномов, в стороне — Линда, почему-то бледная и взволнованная, но это беспокоило меня в последнюю очередь. Может, ее собираются использовать в качестве материала для топлива следующей, когда в нас с Рэем жизненной энергии уже не останется? Что ж, даже если так, туда ей и дорога.

— Сэм! Сэм, как ты? — донесся из-за спины тревожный оклик Рэя.

— Если скажу, что прекрасно, ты все равно не поверишь. — Я сама удивилась тому, как тихо прозвучал ответ, но надеялась, что кэп все-таки услышит. — Но я в сознании, это точно.

— Самое главное в подобном деле — не перестараться, — прохаживаясь по отсеку-лаборатории, спокойно произнес манкорианец. — Боль нельзя делать слишком слабой, иначе объекты быстро к ней привыкнут. Но и чрезмерность вредна, равно как необходимы и перерывы. Невыносимая постоянная боль заставляет объект полностью сосредоточиться на физических ощущениях и попытке хоть как-то с ними справиться. Наша же задача — оставить место эмоциям. Сильным эмоциям — страху, панике, жалости к себе и другому, ненависти к мучителям. Весь этот коктейль превосходно наполняет контейнеры психоэнергией, что в свою очередь приводит в действие двигатели и позволяет нам уйти далеко от Новой Земли. На данный момент мы уже с приличной скоростью движемся к границе системы Рейзы.

Не знаю, говорил ли он это специально для нас или же обращался исключительно к своим соплеменникам, а переводчик сработал автоматически. Но мне стало жутко от его слов. К перечисленным освеномом эмоциям добавилось отчаяние: скоро мы окажемся далеко от дома, фактически без шансов на спасение.

— Сэм! Слушай меня внимательно. — Рэй старался говорить негромко, чтобы не привлекать внимания манкорианцев, но при этом вложил в свой голос весь дар убеждения, на который был способен. — Они ничего необратимого с нами не сделают. Они заинтересованы в том, чтобы мы были в порядке. Боль — да, но они всячески стараются не нанести нашему организму серьезных повреждений. И всегда будет наступать время отдыха. Держись, Сэм! Это надо просто пережить. Это закончится, я тебе гарантирую. Про нас знает Виталий, про нас знает Чарвокоррен, нас ищут ВБС и основные силы освеномов тоже. За этими преступниками гонится вся галактика. Нас освободят, надо только сжать зубы и немного подождать.

Не знаю, во что из всего сказанного он действительно верил, а что говорил с единственной целью меня успокоить, но, так или иначе, я и правда немного успокоилась. Словно почувствовала у себя за спиной опору, которая будет рядом всегда, до последнего края и вздоха, никогда не предаст и не исчезнет, пусть даже я и не могу ее видеть. Жаль, что у меня нет глаз на затылке, как у этих гадов…

В это время один из них снова потянулся к рычагам.

— Не понимаю, почему надо устраивать все эти глупости с болью, — подчеркнуто громко заявил Рэй. — Вы не могли вместо этого рассказать анекдот? Смех, знаете ли, сопровождается достаточно сильными эмоциями, да к тому же продлевает жизнь.

Разумеется, он всего лишь тянул время, и надолго этот прием не сработал. Боль снова моментально распространилась по всему телу.

А между тем всплеск эмоций, происходивший за стеклом, был вряд ли слабее, чем то, что творилось в непосредственной близости от центрального накопителя энергии. Недаром более мелкие контейнеры были расставлены и здесь, и быстро заполнялись слепящей глаза синевой.

Еще несколько ударов кулаком по прозрачной стене не привели ни к чему. Кроме резкой боли в руке.

— Мне очень повезло, что ты находишься с той стороны, — зло бросил Кен Линде, стоявшей совсем близко, хоть и вне досягаемости.

— Это еще почему?

Ученая говорила холодно и, казалось, мыслями была вовсе не с хакером, а там, в центре отсека, где инопланетяне измывались над Самантой и капитаном.

— Потому что в противном случае я бы тебя убил, — совершенно искренне, без тени бахвальства ответил Хендрейк. — А насилие над женщиной против моих принципов.

— О принципах заговорил? — Линда неожиданно вспылила. — Строишь из себя белого и пушистого? Я, может, и ввела тебя в заблуждение, но не забывай, ты сам тогда принял решение. Тебя никто не заставлял палить из эксплоудера, взламывать сеть гражданского космофлота и писать поддельные письма о самоубийстве. Если бы ты отказался, мне бы пришлось искать другого исполнителя.

— Не отказался, — без колебаний признал он. — И белого-пушистого из себя не строю. Но я, во всяком случае, сожалею о том, что совершил. И знаешь, это действительно хорошо, что ты сейчас за стеклом. Все же я кое-чем тебе обязан. Я всю свою сознательную жизнь просидел в виртуальном мире. А благодаря твоим козням в реале познакомился с людьми, которых действительно уважаю. И с которых, как бы смешно это ни звучало в моем возрасте, хочу брать пример. И двое из них сейчас по твоей милости сидят в этих креслах и испытывают адскую боль. И за это я все-таки придушил бы тебя, если бы мог.

При упоминании Саманты и Рэя Линда плотно сжала губы и отвернулась, возможно, даже не дослушав Кена до конца. Было в этом нечто странное. Неужели спустя столько времени в ней все же проснулось сострадание к мужу?

Женщина отдалилась от стекла, и хакер поступил так же, но для того, чтобы переговорить с Брэном.

— У тебя же есть бластер, — шепотом сказал он. — Я видел, как ты его спрятал в той неразберихе.

— Для жителя виртуального мира ты слишком внимателен, — прошептал в ответ док. — Строго говоря, это не бластер, тот не поместился бы в сапог, но оружие действительно имеется. Только что дальше? Герцианское стекло прострелить можно разве что из эксплоудера, а у меня не то что одежды, даже анатомии не хватит, чтобы такое припрятать. Что предлагаешь делать? Начать отстреливать всех вас по очереди, авось освеномы заволнуются и откроют-таки проход?