Сетевые игры (СИ) - Колесник Игорь Николаевич - Страница 56

— Как видишь матушка, я живее всех живых.

— Что ты байду мне гонишь! Это же палач Ультры. Его убить не возможно, так же как и Асуса.

— Убил же — с наигранным безразличием ухмыляюсь краем губ.

— Ой, да не надо. Кстати, а где моё барахлишко? — Блин, и эта туда же — Все понятненько. Палач ушел, а ты мои вещи прикарманил.

— Да зачем они мне нужны? — искренне возмущаюсь.

— Отдавай по-хорошему, а то пожалеешь — Вокруг неё, начало пульсировать красноватое свечение.

— Да не брал я. Отстань пиявка— жестом пытаюсь успокоить потерпевшую.

— Ну, все гаденыш, я тебя найду и превращу в лягушку. Так и знай, Я подлянок не забываю — Цыпа развернулась и шлепая босыми ступнями по дубовому полу, побежала на выход. Ну, вот, я опять крайним оказался. Перед такой хорошей девушкой, облажался.

За спиной послышался, какой то шум. Резко оглядываюсь. Научен, смертельным опытом. Меч, сам выскакивает вперед.

— Достопочтимый самурай, Карабасофф. Вот все книги, которые я смог найти, про Селенов — старина Макс, тихонечко несет тяжкий груз. Семенит мелкими шажками, не замечая направленного на него жала. Дедуля, осторожно приблизился к столу. В руках у него, высится стопка фолиантов, разного размера, цвета и ценности.

— Уф, донес, не рассыпал — Он потихонечку ставит, книжную Вавилонскую башню на массивный стол. Она заполнена, всевозможными знаниями о муравьях.

— Все, Максвелл, отбой. Я тороплюсь. Мне срочно надо на рыцарский турнир. Пока. Сегодня, ничего брать не буду. Отложи для меня. Я, зайду потом.

— Как жаль, благородный Карабасофф. Я для вас так старался — на гофрированном личике книжника, неподдельное сожаление. Того и гляди крокодилова слеза появится — Я, помню и жду. Обязательно приходите. Ваши книги, вас будут ждать. Такой скромный и вежливый читатель — редкость для королевской библиотеки.

— Хорошо старина, прощай. Еще свидимся — Обнимаю его сухонькое тельце. Хороший все-таки чел, хоть и перс комповский.

Разворачиваюсь и иду, навстречу дневному свету. Прочь из затхлости, этого хранилища знаний. На душе, тяжелый камень. Ощущение, что упустил какую-то малость. Но от этой крохи, зависит вся моя жизнь. Неожиданно качнуло. С полки посыпались книги, весенним ручейком. Нагнулся, чтобы сложить обратно, но махнул рукой. Нафиг, мне это надо. Хотя, по привычке, одну книжонку сунул за нагрудник брони. Даже на заглавие не глянул. Золотая бронька — Дзин-Баори, будет хранить знания у самого сердца. Авось пригодятся.

Резвым жеребенком, на груди заржал, пейджер. От неожиданности подпрыгнул на месте.

«Карабасофф, ты где? Твоя, Арафель» — после всей этой фиготины, меня начала распирать щенячья радость. Наконец-то свой человек. Как давно я, её не видел. Быстро тыкаю пальцем в белые кнопочки.

«Как обычно родная, в библиотеке Британии» побежал по экранчику, зеленоватый текст. Подхожу к дубовой, обитой стальными завитками, двери. Накопилось, много отрицательной энергии. Пинаю, железной сандалией, что есть силы. Глухой звук удара, заканчивается мышиным писком. И-и-и-и.

Выхожу, на солнечный свет и белое мраморное крыльцо. Передо мной на изумрудной травке, сидит, раскинув стройные ножки, сама Арафель. Одной рукой зажимает нос. Между пальцев, стекает алая струйка крови.

— Уй, как больно! Ты мне, русский, нос сломал — вспоминаю старое ведунство, наклоняюсь и провожу рукой по её лицу. Арафель, окутало облачко разноцветных искр — Ой, как хорошо. Спасибо, все зажило. Ты где, этому учился?

— Да здесь, где же еще? — поднимаю её с земли и охлопываю тугую попку. К кожаной, коричневой юбке, прилипло несколько травинок. — Как жизнь, родная?

— Хорошо, что так быстро, тебя нашла. Надо торопиться. Я знаю, где Парадокс. Но, только телепортом, туда не добраться. Придется на лошадях сутки, трястись. В туннеле Мунгейта, могут заморозить сознание, при перемещении. Тебя отслеживают. Вот на свиток — она протягивает мне бумажную трубочку — Там колдовство «Инкогнито». Прочти быстрее. Тебя никто не узнает и не выявит. Так надо, скорее — она подозрительно начинает суетиться.

Развернув пергамент, читаю всего одно лишь слово — Темныхнас! Ничего не произошло. Просто ощущаю, что я могу быть кем угодно. Кем захочу. Но что-то не так. Непонятное чувство, зыбкости пробежало по телу. Не было времени на анализ. Надо торопиться.

После быстрых сборов, и посещения конюшни, мы несемся по Британскому лесу. Буцефал, соскучился по мне. Верная коняга, скачет уверенно и резво. Пыль клубится за нами. Не понятно, куда мы едем и что нам нужно. Несемся и поглядываем друг на друга. Мы почти друзья, но еще враги. Это длится, вечность. Кажется, что мы скачем всю жизнь. Что мне надо от неё? Не знаю. Что ей надо, от меня? Тем более, тайна. Женщина — это тайна. Скрытая, за двадцатью семью печатями. Мужчине от женщины надо только одно. Женщине от мужчины надо многое. Кто мы? Где мы? Ни кто не знает, ни кто не ведает. Если смотреть на нас с верху, просто две точки, которые движутся в направлении неизвестности. Зачем мы здесь, зачем мы тут? Поворачиваю голову. Просто девушка, с платиновыми волосами. Красива и холодна, но что-то в ней есть такое, что заводит и погружает в мечту или сон. Сон, который ни когда не закончится. Этот сон, оборвет только смерть. Её или моя. Смерть в Ультре или реале. Чувствую, если она начнет говорить, то её не остановишь. Может это будет ошибкой, но я начну первым.

— Ты замужем? — перекрикиваю топот копыт.

— Да, конечно — не оборачиваясь кричит в ответ.

— Давно?

— А, ты как думаешь?

— Не знаю.

— А зачем, спрашиваешь? — она несется, на своей, белой кобыле. Пыль клубится, серым шлейфом.

— Просто, так.

— Ни когда не говори, слово «просто». Это ставит тебя в глупое положение — темп скачки замедляется.

— Ни когда не говори, «ни когда» — парирую я — это ставит тебя, еще в более глупое положение.

— Еще, что посоветуешь?

— Хочешь пить бесплатное молоко, купи корову. Хочешь на, халяву спать с женщиной, женись — выдаю я не думая.

— Я, очень дорогая коровка. Кстати, а какой у тебя доход? — мило бросает острый взгляд.

— А, зачем ты замуж выходила? Предполагаю из-за денег.

— Нет. Деньги, у меня были. Любовь понадобилась. Ха-а-а. — носик морщится задорно. Поворачивается ко мне всем телом. Белокурые волосы развеваются по ветру шелковыми нитками. Неожиданно глаза, превратились из васильков в холодные льдинки.

В её зрачках, мелькнула молния. Она, хлестнула меня больно и неожиданно. За этот миг, я увидел, что творится у нее под платиновой чёлкой. Телепатия, это не то, что я представлял себе раньше. Тут было большее. Я, прочёл не только её мысли. За вспышку. За секунду, за миг… Я, почувствовал…

«Весна, весна… сезонное обострение шизофрении. Хотя вряд ли это зависит от времени года. Это вообще ни от чего не зависит! По крайней мере, я не замечаю, когда начинаю проваливаться в депрессию. Просто живу. Живу и внезапно понимаю, что снова в темноте. Снова одна. Вот уже второй день, никому не нужна. Раньше была в одиночестве среди людей, а теперь люди кончились. Даже в сети, нет знакомых лиц. Вот разве только, этот русский. А приближаться нельзя. Потому что сейчас не время для близких знакомств.

Я, конечно, могу себя развлечь, разговором не о чем, или издевательствами над ним. А вдруг он, нормальный человек? И я, отпугну его. Карабасофф, какое дурацкое имя. Зачем я тебя встретила сейчас, а не на пол года раньше, когда была весела и полна энергии? Когда была свободна. А теперь нет смысла, пытаться всё удержать. Сейчас не время для знакомств. Не время новых людей. Сейчас время, когда знакомые пугаются, друзья отворачиваются. Время, надвигающегося одиночества. Сначала одна среди людей, а потом наступает — Фактическое Одиночество. Я не знаю, когда прервется этот порочный круг: одиночество, подъем — почти счастье, спад — одиночество. Я буду, несчастна ближайшие полгода, я уверена. А может и дольше. Всю жизнь. Мне не нужен отец, я не востребована Алексом. Скоро перестану быть нужной (если сейчас нужна) Карабасову.