Стылая (СИ) - Корнилова Веда - Страница 97

Меж тем мужчина продолжал:

– Пока что не стоит обращать внимания на эту женщину, для начала следует разобраться с остальными. Ты кто?.. – мужчина повернулся к Коннелу.

– Вообще-то я здешний проводник... – Коннел пожал плечами. – Меня нанимают, и я веду людей по Зайросу. Обычное дело, и таких, как я, по всей стране десятки...

– Не обманул... – кивнул головой чернокнижник. Затем он перевел взгляд на Якуба, который от всего происходящего явно струхнул. – Ну, а ты кто такой?

– Я... я старатель... – сипло произнес парень. – Думал, тут смогу свои дела подправить...

– С этим тоже все ясно, не врет... – мужчина перевел взгляд на Павлена. – А ты что тут забыл? Только не надо говорить, что заявился в эти места воздухом подышать – я ж чувствую, кто из людей хоть немного разбирается в высоких науках магии и чародейства.

– А с этим я и не спорю... – Пес Веры был совершенно спокоен.

– Стоп, а ведь я вас ранее где-то видел.... – принц смотрел на Павлена. – Не подскажете, где мы могли встречаться? Впрочем, кажется, я вспомнил – вы один из тех, кто относится к верхушке церковного совета и вхож к моему папаше, так? Точно, бродите по дворцу как привидения, в темных одеждах и с постным видом... Вы что, инквизитор?

– Да... – подтвердил Павлен.

– И насколько хорошо владеете магией?

– Увы, только основы, но и то не все... – в голосе Павлена звучала настоящая досада на собственную нерадивость, но я была готова поспорить, что этот человек не говорит всей правды – что ни говори, а звание Пес Веры просто так не дают.

– А приехал я в Зайрос для того, чтоб отвезти вас на родину, принц Гордвин... – продолжал Павлен. – Вам просили передать: после того весьма неприятного события прошло немало времени, и кое-что из прошлого можно забыть, тем более что ошибиться может любой. Кроме того, вы, очевидно, не знаете, что ваш отец – король Корайн, сейчас серьезно болен, и потому вам необходимо как можно скорей прибыть к нему. В конце концов, это ваш прямой сыновний долг. Сами понимаете – вы должны хотя бы попрощаться со своим венценосным отцом, получить от него должные наставления и напутствия...

– Когда мне понадобится – я и сам появлюсь во дворце... – пожал плечами Гордвин. Кажется, слова инквизитора о скорой смерти родителя не произвели на принца никакого впечатления. – Что же касается сыновнего долга, то я лучше вас знаю, что мне следует делать и как поступить в дальнейшем. В данный момент я не вижу необходимости бросать все, и сломя голову мчаться к родному порогу.

– Тем не менее, вам необходимо как можно скорее отправиться домой... – твердо произнес Павлен. – Ваше присутствие во дворце необходимо, особенно в то время, когда наш король собирается предстать пред Небесами.

– Я так не считаю... – махнул рукой принц. – Что же касается предсмертных советов моего папаши, то я в них особой нужды не чувствую. Если мне вдруг захочется узнать, что такое важное король желал сказать мне перед своей кончиной, то позже я могу вызвать дух своего отца и выслушать всю его ругань и бесконечные проповеди.

– Люди смертны, а болезнь вашего отца более чем серьезна... – тактично напомнил Павлен. – К тому же время играет против вас, а если называть вещи своими именами, то вы, принц Гордвин, можете опоздать с вступлением на престол.

– Опоздать? Ничего подобного... – усмехнулся принц. – Я – прямой и законный наследник, и кто бы из наших многочисленных родственничков не уселся на трон, при моем появлении ему придется оторвать свою задницу от хорошо прогретого места, и уступить престол мне. Впрочем, вам не стоит особо беспокоиться по этому поводу – вчера я уже имел долгий разговор на эту тему со своим братом. Нашего праведника и человеколюбца беспокоит, как бы в этом случае дело не дошло до войны – по его мнению, коней на переправе не меняют, и тот, кто будет править страной после смерти нынешнего короля, вряд ли согласиться добровольно снять с себя корону, чтоб возложить ее на мою голову.

– А разве не так?.. – вздохнул Павлен. – Вы же не глупый человек, и должны понимать, что без боя власть никто не отдает. Нам сейчас еще только войны не хватало!

– В отличие от Витора я считаю, что в небольших конфликтах нет ничего плохого, и свой трон я получу в любом случае... – кажется, в этом убеждении Гордвин ничуть не сомневался. – Ну, возможно, придется немного повоевать, пострелять, побряцать оружием... Это обычная жизнь, все в пределах допустимого, и я не вижу проблем в возникновении нескольких заварушек, которые можно быстро подавить.

– Вы уверены, что все ограничится отдельными схватками?.. – не выдержала я.

– Не женское дело – влезать в чужие разговоры... – покосился на меня чернокнижник. – И мнение какой-то бабы тут никого не интересует. Вы более чем дерзки, и ваше поведение мне совсем не нравится, как, впрочем, не нравитесь и вы сами. Принц прекрасно знает, как ему следует поступать, так что советую вам молчать, а иначе в дальнейшем вы вряд ли сумеете произнести хоть одно слово. Что же касается возможной войны, то в этом деле мужчины разберутся сами, без глупых суждений хамоватой особы.

– Я с вами полностью согласен... – закивал принц.

Так... – подумалось мне, – так, моль бесцветная, чернокнижник недоделанный, можешь не сомневаться – я хорошо запомню твои слова. Возможно, для принца этот паршивый мужичонка и является лучшим из людей, только вот я – не Гордвин. Кажется, без совета этого типа принц не принимает ни одного решения. Против небольшой войны, видишь ли, он ничего не имеет! Тоже мне, кукловод нашелся вместе со своей марионеткой!

– Надеюсь, с отцом Витором все в порядке?.. – поинтересовался Пес Веры.

– Считайте, что да.

– Принц, мы можем поговорить с вами наедине?.. – продолжал Павлен.

– Для чего?.. – ухмыльнулся тот. – Все последние новости я узнал еще вчера от своего брата и его недовольного спутника, так что вряд ли узнаю от вас что-либо новое.

– Тем не менее, нам необходимо переговорить. В приватной беседе нет ничего плохого, тем более что не все можно сказать при посторонних.

– А зачем?.. – лениво протянул Гордвин. – Думаете, что если я буду один, без товарища, вы в два счета сумеете справиться со мной? Да вы еще более глупы, чем я думал.

– Вернемся к началу нашего разговора... – гнул свое господин инквизитор. – Я продолжаю настаивать на том, что вам необходимо отправиться домой, и чем скорее, тем лучше! Как вы понимаете, без серьезных оснований я вряд ли решился бы на поездку сюда, за море.

– Эта тема закрыта!.. – махнул рукой Гордвин. – Понадобится – приеду.

– Принц!.. – немного повысил голос Павлен. – Вам не стоит вести себя подобным образом. Ту сложную ситуацию, в которой вы очутились помимо своей воли, надо решать каким-то образом, причем необходимо сделать так, чтоб никто не остался в проигрыше!

– Верно, надо... – согласился принц. – Только не стоит считать меня идиотом. Думаете, я не знаю, что после того, как я ступлю на берег своей далекой родины – в тот же миг люди в темных одеждах возьмут меня под белые ручки, и первое, что они сделают – так это посадят под крепкие засовы! Я прав?

– Так вы что же, намерены оставаться здесь до того момента, как в вашу голову внезапно не придет блажь вернуться домой?

Разумеется, мне трудно судить, о чем думает Пес Веры в тот или иной момент, но сейчас у меня сложилось впечатление, что инквизитору, несмотря на внешнюю невозмутимость, надоели бесконечные уговоры, это никому не нужное переливание из пустого в порожнее, и он пришел к какому-то окончательному решению. Не удивлюсь, если Павлен махнет рукой на бесконечные увещевания, и перейдет к иному плану действий. А что, давно пора, тем более что и меня уже едва ли не мутит от блеклой рожи чернокнижника, который, похоже, считает великой честью то, что снисходит до разговора с нами.

– Во-первых, это не ваше дело... – отчеканил принц, явно теряя терпение. – Во-вторых, вы стали позволять себе неподобающий тон при разговоре со мной, а в-третьих, никому из вас не дозволено мне дерзить – я и без того наслушался более чем достаточно от хамоватой особы, которую вы непонятно для чего взяли с собой. Кстати, я так и не узнал, кто она такая? Ну, чего молчите?