Стылая (СИ) - Корнилова Веда - Страница 95

Однако ничего не происходило, а спустя еще несколько мгновений тело зверя словно задрожало в воздухе, а потом и вовсе пропало, так, словно его никогда и не было. Затем то же самое произошло и со вторым чудищем... Перед нами оказался пустой коридор, по которому можно было идти без всякой опаски.

– Что это?.. – растерянно спросила я.

– Обычный морок... – чуть раздраженно ответил Павлен. – Хотя, пожалуй, обычным его назвать нельзя, все же работа по наведению морока была проделана немалая, и снимать его оказалось не так легко. В остальном все до невероятности просто: тут от чужаков поставлена особая программа, которая без особых хлопот избавляет хозяев от нежеланных гостей. Когда некто пересекает вход в пещеру, то в определенном месте появляется морок, изготовленный, кстати, на высоком уровне. Этот морок гонит незваных гостей дальше, затем появляется еще один такой же морок, и уже совместными усилиями призрачные звери пригоняют добычу в пещеру с растениями-каннибалами. Логически все безупречно: темнота, страшный зверь, страх, паника, и тут уже не до логичных рассуждений о том, кто именно за тобой гонится. Вынужден покаяться – до меня тоже не сразу дошло, в чем дело, и если бы не слова госпожи Арлейн, которая в отличие от многих сумела сохранить хладнокровие и способность трезво мыслить...

Ну, Пес Веры, ты и высказал! Ну, думай что хочешь, хотя настоящая причина моих слов совсем иная: когда я увидела это чудище в тоннеле, то отчего-то мне пришли на память слова Павлена о том, что в Зайросе я сумею приобрести шкуры экзотических животных. Да, отчего-то подумалось мне, за такую вот шкуру в нашей стране можно, и верно, получить немало золота – ведь эта зверюга такая огромная!.. Зато когда мы бежали по коридору, я почему-то подумала о том, что зверь вроде уменьшился в размерах, а, значит, и шкура тоже, и теперь золота за нее можно выручить куда меньше... Глупо? Согласна, все так и есть, в минуту опасности какая только чушь не придет в голову, только вот остальным не стоит об этом знать. Пусть считают, что у меня, и верно, нервы из железа и голова холодная.

Меж тем Павлен продолжал:

– Спорить готов, что почти никто из людей, попавших в эту пещеру, не знает, что представляют собой те деревья-каннибалы, а кто догадывается о том, что увидели я-ти-вео, все одно не решается покинуть пещеру – они же уверены, что у входа их ждет страшная смерть от клыков жуткого зверья. Что ж, все это является прекрасной защитой от незваных гостей! Я более чем уверен, что подобная схема успешно работает уже не один год. Хочется надеяться, что святые отцы не попались на этот трюк.

– А зачем нужен второй зверь?.. – поинтересовался Якуб, которого все еще потряхивало от страха. – Мы и при виде одного чуть не померли от страха!

– Для того и нужен, чтоб отправлять нежеланных посетителей в том направлении, откуда они уже не вернутся. Вернее, посылать заглянувших в пещеру людей на прокорм тем милым деревьям.

– И куда мы пойдем сейчас?

– Все туда же... – Павлен поправил лямки своего дорожного мешка. – Туннель раздваивался, и в одном из этих двух коридоров находился морок. Отпугивал нежелательных гостей, прикрывал нужный вход. Выходит, туда нам и надо отправиться.

Значит, сейчас мы направимся не к выходу из пещеры, а в совсем ином направлении... Ладно, придам себе привычный спокойный и независимый вид сильной женщины, и пусть никто не догадывается, что на самом деле мне страшно и что я больше всего на свете хочу убраться отсюда куда подальше...

Глава 10

Мы шли по темному коридору, освещенному лишь светом факела, который нес Якуб, а рядом с моим бывшим работником постоянно находился Павлен, взявший на себя роль проводника. Не знаю, о чем думали остальные, а у меня из головы не выходило то, как лихо Пес Веры сумел избавиться от морока, вернее, не от одного, а сразу от двух. Разумеется, до меня и раньше доносились слухи о том, что кое-кто из высших инквизиторов владеет запретными знаниями. Дескать, эти люди обучены многому, вернее, очень многому из того, что не дано знать простым смертным, и потому могут справиться даже с очень сильным колдовством и магией, а при необходимости в состоянии дать врагу должный отпор. Вообще-то их можно понять: для того, чтоб успешно бороться с ересью, надо и самим в этом деле понимать очень многое. Ну, одно дело слышать обрывки разговоров, которые люди передают друг другу едва ли не шепотом, и совсем иное – увидеть воочию, как лихо инквизитор может снять поставленный кем-то морок. Нет, я, разумеется, ничего не имею против подобного – большое спасибо господину инквизитору за избавление нас от страхов!, только вот не стоит забывать и о том, что инквизиция многих, продвинувшихся в изучении темных наук, сама отправляет на костер...

А вот и развилка, та самая, где мы увидели второй морок. Конечно, я бы предпочла со всех ног броситься отсюда к выходу из этой пещеры, туда, где есть солнечный свет, и нет каменного свода над головой, только вот моим мнением по этому вопросу никто не интересовался. А еще, и верно, нам необходимо узнать, что произошло со святыми отцами. Ничего, раз мужчины ведут себя спокойно, и мне не следует показывать слабость.

Рядом идет Коннел, не отступая от меня ни на шаг – кажется, будь его воля, он взял бы меня за руку и не отпускал. Правда, сейчас ничего подобного делать нельзя – неизвестно, что нас ждет впереди, и потому руки у каждого должны быть свободными. Что ж, уже хорошо, а не то, боюсь, у Коннела хватит ума меня приобнять. Защитничек... Судя по всему, парень стал испытывать ко мне нечто вроде нежных чувств – не просто же так прошедшей ночью Коннел рассказал мне историю своей семьи. Если честно, то от нашего проводника я не ожидала услышать никаких откровений, особенно если учесть, что совсем недавно мы с ним друг друга на дух не переносили. Хм, может, кто-то ничего не имеет против подобного, а лично я без такого вот... проявления чувств вполне бы обошлась! Конечно, приятно, когда некто заботится о тебе, старается показать, что ты ему нравишься – с этим не поспоришь, я живой человек и (что уж там скрывать!) в глубине души совсем не против ухаживаний, но... Только вот к тому, чтоб кто-то с такой заботой относился ко мне, я не привыкла: так получалось, что ранее именно мне приходилось заботиться не только о себе, но и обо всех членах своей семьи. Скажете, что в этом нет ничего плохого? Согласна, только вот с той поры я свыклась с мыслью, что в первую очередь должна полагаться только на свои силы, а раз так, то и сейчас менять ничего не стоит. Почему? Конечно, Коннел – парень очень привлекательный, и, похоже, человек неплохой, но... В общем, я пока что не хочу никого подпускать близко к сердцу – хватит с меня страданий после развода, от которых я все еще не отошла! А уж если говорить совсем откровенно, то я просто боюсь привязаться к человеку, чтоб снова не пережить горечь разлуки.

Теперь мы свернули во второй коридор. В ширину размерами он несколько уже того, по которому мы только что шли. Интересно, сколько нам придется идти?

Не прошло и минуты, как мы получили ответ на этот вопрос. Коридор закончился, и мы вошли в небольшую пещеру, и в голове у меня было только одно: хочется надеяться, что хотя бы здесь нет никакой гадости, ни ползающей, ни бегающей.

– О, что я вижу?.. – неподалеку от нас прозвучал мужской голос, в котором явно слышалась насмешка. Не знаю, как другие, а я точно не ожидала услышать ничего подобного, и от неожиданности у меня в испуге сжалось сердце. Меж тем мужчина продолжал... – Как приятно видеть, что к нам вновь пожаловали гости!

Вспыхнуло странное голубоватое пламя, и я на мгновение прикрыла глаза – уж очень непривычным был цвет у этого огня. Когда же я открыла глаза, то увидела, что сейчас в пещере сравнительно светло, причем свет – холодное голубовато-зеленоватое пламя, идет от нескольких светильников странной формы, которые были вмурованы в стены. Невольно отметила про себя, что цвет пламени весьма неприятный, по сравнению с ним факел Якуба выглядит теплым и каким-то более естественным. А еще надо сказать, что кроме этих светильников ничего постороннего в пещере не было. Хотя это еще как сказать...