Стылая (СИ) - Корнилова Веда - Страница 93

Первоначально от подобных слов едва ли не отмахнулись – дескать, какая только чушь не придет в голову излишне заумным людям!, но постепенно в это предположение поверила даже часть скептиков. Какие у них были для этого основания? Поверьте, серьезные...

Так вот, сейчас Пес Веры обязан не только сделать все, что вернуть на родину сбежавшего принца, но и должен выяснить, откуда берутся те существа, которые невесть откуда появились в Зайросе. К несчастью, пока что подтверждаются самые невероятные предположения ученых...

– Вот так и обстоят дела... – Павлен затянул веревки на своем дорожном мешке. – Вы и сами не раз своими глазами видели тех существ, которых давно нет на свете, а вымерли они, или были истреблены много лет назад – это уже не так важно. Гораздо удивительней другое – эти существа каким-то образом появились в Зайросе. О случайностях или невероятных совпадениях тут тоже говорить не стоит: эта заморская страна открыта давненько, и ранее ни о каких... таких созданиях не упоминал ни один старатель или же служитель Небес! Зато в последнее время тех древних тварей становится все больше и больше, и откуда они берутся – совершенно непонятно!

– Насколько мне известно, на сегодняшний день более или менее исследованы земли только до Птичьей Гряды... – задумчиво произнес Коннел. – А если эти существа пришли откуда-то из глубины Зайроса, из тех мест, что находятся за этими горами? Такое развитие событий тоже нельзя исключать.

– Если бы речь шла только об одном-двух существах, которые считаются давно вымершими на нашем материке, то это предположение было бы не лишено смысла... – согласился инквизитор. – Но когда количество видов этих невесть откуда берущихся тварей зашкаливает за полтора десятка...

– Их так много?.. – вырвалось у меня.

– Их может быть еще больше... – поморщился Пес Веры.

– Похоже, к рукам принца и его приятеля прилипло немало?.. – фыркнул Якуб.

– Можно сказать и так... – инквизитор только что рукой не махнул.

– То есть вы хотите сказать, что имея в руках кусок кости, можно вызвать к жизни давно умершее животное?.. – поинтересовался Коннел. – Позвольте вам не поверить.

– Сам не верю... – в голосе Павлена была досада. – Да и наши ученые в один голос говорят о том, что подобное совершено невозможно, и у меня есть все основания не сомневаться в этих утверждениях. Подобное не под силу даже самому сильному колдуну. Давать жизнь может только божественное провидение. Что же касается появления этих существ... Тут что-то совершенно иное, о чем мы пока не знаем.

Э... – подумалось мне, – э, да тут, в Зайросе, зреет самая настоящая ересь! Кто-то пытается оживить давно умерших, то есть желает нарушить основы мироздания и поколебать церковные каноны, а за подобное у инквизиции положено одно наказание – костер. Хотя, вообще-то, надо бы узнать, что же происходит в действительности...

– У вас наверняка есть какие-то предположения?.. – поинтересовалась я.

– Не без того... – пробурчал Пес Веры. – Но пока я предпочту об этом помолчать.

– Что сейчас будем делать?.. – поинтересовался Коннел.

– То есть как это – что?.. – кажется, Пес Веры всерьез удивился. – Отправимся вслед за святыми отцами.

– В подземелье, что-ли?..– ахнул Якуб.

– А куда же еще?.. – недовольно покосился на него Павлен. – Тем более что я всей душой надеюсь, что наши святые отцы все еще находятся в той пещере под землей, а не отправились на небо. Такому исходу я тоже не удивлюсь, ведь от принца Гордвина сейчас можно ожидать чего угодно.

– Мы что, все туда пойдем?.. – продолжал допытываться Якуб. – Я имею в виду – в то самое подземелье? То бишь в пещеру...

– А ты что, предпочитаешь сидеть здесь, ожидая с наступлением ночи нового появления чончона? Боюсь, что после весьма неприятного общения с госпожой Арлейн у него будет довольно-таки скверное настроение.

– Нет, я иду с вами!.. – Якуб только что не подскочил на месте. – В этих местах одному оставаться не стоит.

– Весьма разумное решение... – пробурчал Павлен. – Ну, а пока обсудим, кто и что будет делать дальше...

Через полчаса мы покинули наш каменный шалаш, и вновь отправились к тому месту, где вчера едва ли не весь день ожидали возвращения святых отцов. Идти пришлось недолго – не прошло и получаса, как мы вновь увидели каменную стену, а за ней все тот же черный базальтовый столб. Значит, от него нужно идти прямо по направлению к наклонной скале – там, у основания, вход... Только вот кто бы ответил мне на вопрос – куда он, этот вход, ведет? То ли в подземелье, то ли в пещеру...

– Надеюсь, все помнят, о чем мы говорили?.. – обернулся к нам Павлен.

– Помнить-то мы помним... – тяжело вздохнул Якуб. – Только вот...

– Тогда пошли!.. – скомандовал Павлен. – Не отставайте и будьте внимательны!

Идя вслед за инквизитором, мне оставалось только досадовать про себя: ох, зачем меня опять несет невесть куда? Якуб прав: что мы забыли в том подземелье? И вообще, как получилось, что я, законопослушный человек и честный торговец, оказалась здесь, на краю света, да еще и в весьма опасном месте? Так поневоле вспомнишь свою прошлую жизнь, конторку с амбарными книгами, склады, шумных поставщиков, родной дом, пусть и не очень спокойную, но устоявшуюся жизнь... Хм, на сегодняшний день склад у меня остался всего один, причем самый маленький, и товаров в нем почти нет – все ушло за долги, поставщики сейчас обходят меня стороной – без предоплаты никто не будет поставлять товар человеку, находящемуся на грани банкротства, да и дома у меня тоже нет – продан. Все, что у меня осталось на данный момент, так это конторка с амбарными книгами, да маленькая лавчонка, дающая мизерный доход... А здесь я оказалась потому, что устоявшаяся жизнь рухнула безвозвратно, терять мне было уже нечего, а еще я надеялась поправить свои дела после этой поездки. К сожалению, в Зайросе все пошло не так, как я рассчитывала... Впрочем, сейчас не стоит забивать голову прошлым, главное – в настоящем бы живой остаться.

– Не отходи от меня далеко!.. – негромко сказал мне Коннел. – На всякий случай.

Тоже мне, защитник нашелся! Это, конечно, благородно с его стороны, да и я совсем не против услышать подобные слова поддержки, но в сложной ситуации каждому из нас все же стоит рассчитывать только на свои силы. И все же я, пожалуй, буду находиться рядом с этим человеком – он прав, сейчас надо держаться вместе.

Вот и оно, темное отверстие в скале. Хм, а ведь Коннел был прав: площадка перед нешироким полукруглым входом заметно вытоптана, и вряд ли это сделали животные. А еще я заметила возле небольшого куста, росшего неподалеку от входа, мелкие черепки от разбитого глиняного сосуда. Без сомнений, здесь обитают люди. Что ж, вчера сюда ушли святые отцы, и не вернулись, а сейчас мы вынуждены войти в эту пещеру, чтоб отыскать пропавших людей. Вопрос в другом: кто (или что) нас ждет за этим полукруглым входом? Понятно, что без постоянной охраны вход никто не оставит, так что стоит быть готовым к неожиданностям.

Задержавшись у входа на пару секунд, Павлен шагнул внутрь, а за ним последовали и мы. Надо признать: для того, чтоб сделать этот шаг, мне пришлось преодолеть внутреннее сопротивление, и хорошо, что этого никто не заметил.

Не знаю, что я рассчитывала увидеть внутри, но пока что мы шли по обычной пещере, какие иногда встречаются в горах. Передвигались мы осторожно, смотрели, куда ступаем – тут возможны любые сюрпризы!, да и по сторонам постоянно оглядывались, хотя ничего подозрительного пока что не замечали. Без сомнений – место было обитаемым, хотя никто из здешних жителей не показывался нам на глаза.

Вход оставался все дальше, вокруг становилось все темней, и через какое-то время нам пришлось зажечь один из тех факелов, которые мы соорудили незадолго до того, как отправиться в эту пещеру, однако я была почти уверена в том, что уж очень долго идти нам не придется. Почему? Да просто вряд ли те, кто здесь живет, будут совершать долгие проходы в полной темноте, ведь за все это время я не увидела на своде пещеры пятен от копоти, а они наверняка бы образовались, если б здешние обитатели пользовались факелами. Конечно, вполне может оказаться и так, что живущие здесь люди видят одинаково хорошо как при свете дня, так и в полной темноте, но в этом я что-то крепко сомневаюсь.