Патруль (СИ) - Корнилова Веда - Страница 94

Если честно, то в первый момент после схватки я в полной мере не оценила постигшую нас катастрофу. К тому же брат Владий, с трудом встав на ноги, дошел до лежащего на земле Шембонго, и, не говоря ни слова, вогнал тому в сердце длинный узкий стилет. Ранее я у него этого оружия не видела – похоже, инквизитор носил стилет при себе, так сказать, на крайний случай. Н-да, никак не думала, что из-за трагической любовной истории, которая произошла несколько лет назад, все наши планы могут рухнуть в один миг, хотя, если вдуматься, то в этом нет ничего необычного...

Пока Себастьян осматривал рану брата Владия, и останавливал кровь, я оглядывала поле боя. Четверо убитых (включая красавца Шембонго) и один раненый. Как только напарник закончит перевязывать брата Владия, раненого надо бы допросить...

Увы, и тут мои планы не сбылись – я успела заметить, как в руках раненого охотника появилась короткая трубка, которую он прижал к своим губам... Мне удалось оказаться рядом до того, как из трубки вылетела ядовитая стрелка, а дальше все было просто: один удар по шее охотника, неприятный хруст – и человек рухнул на землю. Судя по всему, у него сломана шея: я, похоже, немного не рассчитала силу удара, а это плохо – себя всегда нужно контролировать и стараться не терять хладнокровие в сложных ситуациях. В итоге мне только и оставалось, что досадовать на себя. Подняла с земли упавшую трубку. Я такие уже видела, и не раз, только у здешних охотников они куда длиннее, эта что-то коротковата...

– Ты что рассматриваешь?.. – Себастьян быстро перевязывал брата Владия.

– Духовую трубку – есть здесь такое оружие.

– Что-что?.. – не понял напарник.

– Это полая труба, внутри которой находится какой-нибудь снаряд... – пояснила я. – Дротик там, или стрелка, и этот самый снаряд приводится в движение потоком воздуха, который выдыхает человек. Только вот обычно духовые трубки куда длиннее...

– Верно, длиннее... – поморщился брат Владий. – Да и пошире будут... И используются они в основном при охоте на птиц. А из таких вот трубок, которая сейчас находится в руках милой дамы, обычно стреляют парализующим ядом по людям...

– Да ну ее!.. – я бросила трубку на землю. – Лучше скажите, куда мы отправимся дальше?

– Боюсь, ходок сейчас из меня никакой... – покачал головой инквизитор. – Так что я постараюсь пояснить как можно более подробно, куда вам следует идти дальше...

– А вы сами что, намерены устроить тут отдых?.. – хмыкнул Себастьян. – Должен сказать, что место для приятного времяпрепровождения можно найти куда лучше.

– Сейчас я буду вам в тягость, ненужным балластом...

– Вот что, хватит играть в благородство... – нахмурился Себастьян. – Рана у вас не такая опасная, чтоб спешить на Небеса, во всяком случае, если я в самое ближайшее время начну лечение, то через пару дней вы уже сможете самостоятельно отправиться в путь.

– Престаньте говорить мне успокоительные слова!

– Говорить о покорности и призывать к смирению – это как раз ваша прерогатива, святой отец, только вот особого желания прощать своих врагов я у вас что-то не заметил.

– Прекратите!

– Это вы перестаньте сдаваться раньше времени!

– Думаю, ваша напарница более трезво смотрит на жизнь, и согласится с правильностью моего решения.

– Я, как дама капризная, предпочитаю иметь рядом с собой двух кавалеров, а не одного... – мне только и оставалось, что произнести эти слова чуть шутливым тоном. – Так что, друг мой, не стоит лишать нас своего очаровательного общества.

– Совершенно верно: не рассчитывайте улизнуть, и оставить меня одного с этой жестокосердной особой – она ж меня поедом заест... – усмехнулся Себастьян. – Эту тяжкую ношу желательно поделить на двоих. Лучше скажите, нет ли здесь поблизости какого-нибудь местечка, где мы можем пересидеть пару дней, не привлекая к себе особого внимания?

– Можно отыскать что-то подходящее... – видно, брат Владий понял, что нас не переспорить. – Но убитые охотники...

– О них не думайте!.. – отмахнулся Себастьян. – Итак?

– Мне сейчас далеко не уйти, но я полчаса, думаю, продержаться смогу... – вздохнул инквизитор. – Этого времени, надеюсь, мне хватит. Есть тут одно место, но укромным его не назовешь, вот туда-то мы и направимся.

– Ну, хоть что-то имеется – и то хорошо!

Через несколько минут мы уходили от места короткой схватки, оставив на земле лежащих людей. Нам надо было поторапливаться – дело в том, что Себастьян поставил на мертвые тела призывные метки, на безмолвный зов которых в самое ближайшее время должно набежать все окрестное зверье, рассчитывая на хороший обед. Правда, эти метки должны будут потухнуть уже через полчаса, но, надеемся, что этого времени хватит. Зачем мы это делаем? Просто для того, чтоб скрыть следы ранений на телах погибших – мол, напали звери на людей, а те отбиться не сумели. Конечно, опытный взгляд обмануть сложно, и потому нам остается надеяться только на удачу.

Первые минут пять-десять ходьбы брат Владий пытался держаться молодцом, хотя и шел куда медленнее, чем бы нам того хотелось, а потом силы стали оставлять его, и инквизитор уже не шел, а плелся с великим трудом. Дело кончилось тем, что Себастьян взвалил раненого к себе на спину (причем брат Владий уже не возражал), и вместе с ним направился дальше. Мне же только и оставалось, что идти рядом, постоянно оглядываясь по сторонам. Сейчас звери начнут сбегаться к убитым людям, так что стоит опасаться того, как бы какой из тех хищников не вздумал пообедать и нами. Должна сказать, что пару раз мы видели каких-то больших зверей, спешащих в ту сторону, откуда мы идем, причем один из этих незнакомых мне зверей пробежал настолько близко от нас, что можно было рассмотреть сухие травинки, застрявшие в его роскошной черной шкуре. Я, грешным делом, даже вытащила свой меч, но зверюга и не подумала на нас нападать – она бежала на манящий зов, который обещал ей много еды, и потому отвлекаться на каких-то двуногих хищнику не хотелось...

Дорога до нужного места заняла у нас около часа, причем брат Владий держался уже из последних сил. Он то и дело впадал в короткое забытье, но всеми силами пытался удержать ускользающее сознание, и это ему пока что удавалось. Тем не менее, когда он ткнул пальцем в невысокую каменную скалу (которых тут, надо сказать, было немало), я решила – ему что-то мерещится, ведь спрятаться там совершенно невозможно! Однако когда мы подошли поближе, я увидела неширокую вертикальную трещину, которая начиналась на середине каменной сказы, и тянулась до земли. Подобных трещин в скалах я уже насмотрелась немало, и знала, что они совсем неглубокие.

– Нам туда... – с трудом произнес брат Владий. – Там, в скале, находится что-то вроде небольшой пещеры...

– Да в эту щель не протиснуться!.. – вырвалось у меня.

– Я протискивался... – устало произнес брат Владий.

Конечно, можно было бы возразить инквизитору, но на это не было ни сил, ни желания. Что ж, ничего не поделаешь, попробуем пробраться внутрь.

Не выпуская из рук меч, я попыталась боком протиснуться в эту расщелину, и, что самое удивительное, у меня это получилось. То, что я увидела внутри, пещерой трудно было назвать все всем желании. Это было, скорее, небольшое пространство внутри скалы, высотой немногим превышающее рост среднего человека, да и в длину оно было шагов десять, а в ширину не более трех. Ну, одному человеку тут можно расположиться весьма вольготно, а вот сразу троим здесь будет тесновато, только вот нам выбирать не приходится. К тому же сюда проникал солнечный свет... Главное – в пещерке не было звериного запаха, а нескольких перепуганных песчаных зайцев, что опрометью бросились вон после моего появления, можно просто не брать в расчет.

– Заходите... – выглянула я наружу. – Все в порядке.

У нас ушло немного времени, чтоб расчистить землю от упавших камней, затем постелили свои куртки, на которые и уложили брата Владия, который к тому времени уже потерял сознание. Себастьян снял повязку с раны инквизитора, и только покачал головой: