Патруль (СИ) - Корнилова Веда - Страница 127

– Если хотим жить, то нам надо уходить из этой рощицы в самое ближайшее время... – пробурчал инквизитор. – Нечего тут в тенечке разлеживаться, время понапрасну терять. Или вы считаете, что тех, кто сотворил подобное с их обожаемым уродом, жрецы отпустят подобру-поздорову? Да они за своего сгоревшего Бога с нами такое сотворят, что и подумать-то страшно!

– У меня в этом нет ни малейших сомнений... – невесело усмехнулась я. – Допускаю, что охранники меня, как следует, не рассмотрели, но, по-большому счету, это ничего не значит. Понятно, что охота за осквернителями храма уже началась – в этом не может быть сомнений, и первым делом начнутся поиски женщины, которая выскочила из святилища незадолго до взрыва.

– Мне трудно сказать, что думают жрецы Вухуду обо всем произошедшем, но то, что среди тех белых пришельцев, которые невесть за какой надобностью сейчас ходят по этим местам, есть не только мужчины, но и женщина – об этом жрецам хорошо известно... – брат Владий аккуратно положил забинтованную руку в перевязь. – Разумеется, жрецы будут искать сбежавшую женщину и среди здешних обитателей – все же у женщины, которая выбежала из святилища, была темная кожа, но, тем не менее, жрецы с ничуть не меньшей страстью будут разыскивать и нас. Пусть внешне мы сейчас выглядим как местные жители – во всяком случае, издали смотримся таковыми, но не надо обладать большой сообразительностью, чтоб понять, каким именно образом белый человек на какое-то недолгое время может приобрести черную кожу.

– Да еще барабаны...

– Совершенно верно, барабаны... – подосадовал брат Владий. – Можете быть уверены: сейчас по всему Черному Континенту разносится весть о том, что произошло ночью в святилище Вухуду. Кроме того, могут просто-таки приказать всем местным племенам искать возможных преступников – понятно, что злоумышленники не могли далеко уйти. Вывод делайте сами.

– Ну, может, на нас все же не подумают... – начал, было, Себастьян, но я его перебила.

– Боюсь, что подумают как раз на нас. Увы, но я допустила серьезную оплошность, которую поняла позже, только вот исправить эту ошибку у меня уже не было ни времени, ни возможности. Когда, поднявшись наверх, я привязывала веревку к каменному выступу, то завязала едва ли не самый крепкий узел из всех, какие знаю...

– И что?.. – не понял Себастьян.

– Не думаю, что хоть кто-то в здешних местах имеет представление, как вязать подобные узлы, и местные охотники не могут не обратить на это внимание. Когда найдут веревку – а ее отыщут обязательно, то толковые люди без труда сложат один и один, и придут к правильным выводам.

– Но позже произошел взрыв, и часть крыши святилища взорвалась...

– И что с того?.. – вздохнула я. – С веревкой вряд ли хоть что-то произошло, с узлом тем более ничего не случилось – тот каменный выступ, к которому я привязала веревку, сорвало с места, и он полетел куда-то в сторону. Какой бы силы взрыв не был, но крепко затянутый узел ему не перебить.

– Перестань!.. – оборвал меня Себастьян. – Не стоит себя укорять – мы все ошибаемся. Что случилось – то случилось, и не стоит искать виноватых. А еще не забывай, что это именно ты сделала все, чтоб избавить этот мир от кровавого Бога, за что честь тебе и хвала! Сейчас лучше подумай о том, как быстрее поправиться...

– Я здорова!

– А вот я вижу, что у тебя сейчас все тело покрыто ранами и царапинами! К тому же мне надо посмотреть твою ногу – тебе же идти тяжело!

– Не надо ничего смотреть – у меня все нормально!..

Конечно, Себастьян прав – сейчас я выгляжу так, будто меня долго царапала стая разъяренных кошек, да и нога очень болит – ступать тяжело, но вот соваться со своими ранами к Себастьяну мне никак не хотелось. Почему? Не знаю. Окажись на его месте Грег – я бы без колебаний обратилась к нему с любой травмой, да и сам Грег меня особо не стеснялся, тем более что наши взаимоотношения очень смахивали на то, как общаются между собой брат и сестра. Что же касается Себастьяна, то мне отчего-то стыдно выглядеть в его глазах такой побитой, сплошь покрытой царапинами и синяками, лохматой, некрасивой, с хромой ногой, да еще из одежды на мне всего лишь эта дурацкая травяная юбка, которая окончательно делает меня похожей на чучело! В общем, сплошное убожество, на которое досадно смотреть едва ли не любому мужчине. Представляю, как напарнику неприятно иметь со мной дело, особенно если учесть, что ранее он общался только с девушками своего круга, изысканными, изящными, хорошо одетыми, обладающими безупречными манерами, для которых самая великая трагедия – это сломанный ноготь... Нет, об этом лучше не думать, а не то моя и без того не самая высокая самооценка упадет еще ниже.

– Алана, давай не будем спорить... – Себастьян пропустил мимо ушей мои возражения. – То, что у тебя болит нога – это видно сразу, так что не стоит отказываться от помощи. И потом, если ты не сумеешь идти быстро, то ничем хорошим это не кончится. От возможной погони, во всяком случае, уйти нам будет куда сложнее.

Против этого возразить было нечего, и я мысленно махнула рукой – пусть лечит. Вид у моей ноги, конечно, ужасный – мало того, что на ней от царапин и порезов нет живого места (увы, но когда я ползла по скале, то многократно поранилась об острые выступы и торчащие осколки камня), так вдобавок ко всему нога еще и синеет. Стоит порадоваться хотя бы тому, что ногти на пальцах ног не сорваны – эти травяные сандалии хорошо защищают ступни. Правда, на левой руке два ногтя я все же вырвала – тогда, на практически отвесной стене, я просто чудом не сорвалась вниз... Надеюсь, Себастьян не заметит моей изувеченной кисти.

– Считай, что тебе крепко повезло – нога просто сильно ушиблена и связка растянута, так что через четверть часа станет полегче... – вынес свой вердикт напарник через недолгое время. – Я и остальные твои раны поставил на быстрейшее заживление – надеюсь, что через несколько дней от них и следа не останется. Конечно, у меня в дорожной сумке есть прекрасная мазь для заживления, и лучше бы воспользоваться ею, но я не знаю, как поведет себя эта мазь в соприкосновении с тем соком, коим мы себя покрыли... Кстати, ногти у тебя на руке тоже отрастут, только не так быстро, как бы тебе того хотелось...

Заметил-таки! А впрочем, чему я удивляюсь? У напарника глаз цепкий, это я уже давно поняла.

– А вот мне интересно, что там, в святилище, так рвануло?.. – заинтересовался брат Владий. – Неужто изваяние так грохнуло?

– Больше так взрываться нечему... – развела я руками. – Склада кхитайских фейерверков возле этого каменного истукана я как-то не заметила. В том зале вообще не было ничего, кроме, разве что, черного покрывала Вухуду, лежащего неподалеку от кровавого Бога.

– Конечно, вы, господин виконт, пояснили нам кое-что об этих самых щелочных металлах... – почесал в затылке инквизитор. – Хотя вынужден покаяться – в ваших заумных словах я мало что понял. Меня куда больше заинтересовало другое: мы, конечно, ожидали взрыва, но чтоб рвануло второй раз, да еще так сильно!.. К тому же и полыхало там здорово – в темноте такое хорошо заметно...

– Знаете, это меня тоже поставило в тупик... – развел руками напарник. – Могу только предположить с определенной долей вероятности, что там, кроме натрия, присутствовал еще один щелочной металл, причем он тоже должен был находиться в чистом виде, хотя лично у меня подобное соседство совершенно не укладывается в голове! Очередной нонсенс, иначе не скажешь! Кроме того, при горении одного из щелочных металлов едва ли не одновременно с ним должен был загореться и другой, так что временная пауза между двумя взрывами лично мне совершенно не объяснима...

– Господин Себастьян, уж вы меня простите, но вся эта ваша наука мне как-то не по душе... – брат Владий не стал дослушивать слова напарника. – Я человек простой, и потому скажу прямо: судя по всему, вы и сами не все в этих взрывах можете для себя прояснить, так?

– Увы... – с досадой махнул рукой Себастьян. – Но сила второго взрыва была просто-таки невероятной! Конечно, в темноте мы ничего не могли рассмотреть, но с рассветом, пусть и издали, было заметно, что в святилище произошли немалые разрушения. Вернее, оно заметно покосилось набок, и часть крыши снесло. Конечно, я мало что смыслю в строительных работах, но почти уверен, что в ближайшее время часть этого храма просто-напросто разрушится и рухнет вниз – слишком большой крен у некоторых стен.