Камень королей (СИ) - Середа Елена - Страница 72

Все, что теперь оставалось, это проникнуть в комнату Мирейны и убраться до того, как вернется хозяйка. По сравнению с последним пассажем — сущая мелочь.

Ставни в ее комнате были прикрыты, но не заперты на защелку. Сони спокойно залез внутрь, убедившись, что там никого нет, и зажег маленькую свечку — сестру той, которую он использовал в покоях Иньита. Дрожащее пламя осветило клетушку, почти все пространство которой занимала огромная кровать. По бокам втиснулись сундуки, комоды с зеркалами, баночками и разными приспособлениями для развлечений, а в углу стоял массивный шкаф, частично закрывающий широкий гобелен с изображением непристойных сцен. На стенах под потолком были намалеваны совокупляющиеся мужчина и женщина в разных позах, одну из которых должен был выбрать посетитель. Чаще всего таких картинок было две-три, самое большее — пять. Судя по тому количеству, которое нарисовали здесь, Мирейна умела очень, очень многое.

Сони сглотнул и заставил себя отвернуться от картинок. Он пришел сюда не за этим. Не за этим! Надо почаще это повторять. О да, это точно повторять надо почаще… Сони мучительно потряс головой. Пречистые Небеса, буквально несколько мгновений назад его волновало, останется ли он в живых, а еще незадолго до этого — философские вопросы доверия или недоверия спутникам. Вот так вот обворовывай шлюх.

Он с усилием оторвал взгляд от потолка и опустил его вниз. Чем комната Мирейны отличалась от жилищ других продажных девок? Здесь царила чистота, что могло объясняться строгими правилами владельцев борделя — беспорядок отпугивает посетителей. Банки-склянки, женские штучки — с ними тоже все ясно. Но зачем столько сундуков, нагромождающихся друг на друга? С точки зрения хозяев заведения было разумно отобрать у Мирейны все ее имущество, чтобы она не могла сбежать и зависела от них, долгие годы выплачивая какие-нибудь долги или еще что-нибудь в этом роде. Что если Мирейна вовсе не пленница здесь, как часто любили звать себя проститутки?

Выяснить, что в ящиках, можно было одним способом — залезть в них. Сони наугад дернул ручку ближайшего комода и обомлел. Письма, пачки бумаг, помятые счета — куча самых разнообразных документов с шуршанием чуть не вывалилась из ящика. На документах стояло много имен, однако в первую очередь Альвена, Даллина и некоего Гередьеса. Писем последнему было больше всего. Простая шлюха никогда не станет хранить у себя ничего подобного. Даже не изучая бумаги, Сони был уверен — здесь кроется невероятный простор для шантажа.

Это еще не значило, что Мирейна — каснарская шпионка, разыскивающая державу. Она могла работать на крупную банду или сливать сведения амбициозному лорду. Почесав небритую щеку, Сони отверг оба предположения. Будь так, она вряд ли держала бы документы у себя.

Оставалась единственная версия, которую вчера высказал Кален: Мирейна все же шпионка. Сони видел здесь серьезный изъян — какая женщина согласится играть роль шлюхи? Пускай лучшей в "Непаханом поле", но тем не менее шлюхи. В жизни, конечно, всякое бывает, но шпионку скорее нарядили бы леди и клали в постель лордам, а не любой швали, у которой на нее хватит денег. А впрочем, пусть в этих хитросплетениях разбирается Кален.

Беглый осмотр помещения подтвердил то, что Мирейна в борделе скорее гостья, чем работница. Один из сундуков был набит дорожными платьями, которые явно не подходили для сексуальных игр. В другом лежала свернутая теплая одежда и разные приспособления для длительного путешествия. Предметы, действительно принадлежавшие торговке телом, занимали очень мало места и не исключено, что остались от прежней обитательницы комнаты. Зато одной вещи, которую Сони и должен был искать, не было. Если Мирейна и была Шедой Чейн, державу она прятала где-то еще.

Наконец Сони решил, что узнал все, что требовалось. Пора было взять какое-нибудь доказательство своих выводов и делать ноги. Мирейна и так сильно задержалась. Вернувшись к ящику с письмами и счетами, Сони позаимствовал оттуда несколько бумаг и рассовал их по потайным карманам. Ну все, теперь можно…

Дверь в комнату скрипнула, отворяясь.

Мгновенно погасив пальцами свечку, Сони прикинул расстояние до окна. Далеко, сбежать он не успеет. Спрятаться? Как раз рядом с ним соблазнительно приоткрывался шкаф. Сони уже выяснил, что он полупустой. Это и сыграло главную роль в его выборе.

В маленькую щелочку он видел, как Мирейна заходит в комнату и зажигает свечи в многочисленных подсвечниках. Ее балахон волочился по ковру, и она глубоко задумалась, замерев и глядя на него, а потом вздохнула, встала перед самым большим зеркалом, распустила волосы и начала медленно снимать платье.

Пуговку за пуговкой расстегивала Мирейна, и все больше ее тела открывалось Сони, и все сильнее у него кружилась голова. Когда дверца шкафа загородила ему обзор, он с невероятным риском быть обнаруженным ее подвинул и чуть не вскрикнул от радости, что она не издала ни звука. В этот момент балахон Мирейны упал на пол. Сони забыл о том, что умеет дышать.

Она была божественно красива: идеально гладкая белая кожа, стройные ноги, крутые бедра, осиная талия и пышная грудь. Волосы водопадом ночи струились по плечам, доходя до середины спины. Мирейна взяла с комода баночку с ароматическим маслом и стала им натираться. Ее тонкие, изящные пальцы скользили сначала по округлым икрам, потом оставили несколько линий на бедрах, всколыхнули грудь…

Это сводило его с ума. Сони, согнувшийся в шкафу в три погибели, вонзил ногти в колени. Его плоть не просто желала Мирейну — он горел страстью так, как, наверное, никогда в жизни, даже в голодной по любви молодости, когда он бросался на каждую женщину, которая позволяла ему к себе прикоснуться. Перед глазами плясали пятна, горло походило на землю после засухи, а ноги подгибались. Что же это такое творится? Его как будто сотню лет вдали от женщин держали! Он чувствовал, что еще немного — и вывалится из шкафа, а потом накинется на Мирейну, и плевать на все секреты. Здесь было что-то не так, но все мысли моментально выветривались из головы, оставляя место только для жгучего желания.

Мирейна закончила втирать масло и легонько прикусила палец полными алыми губами.

— Ну что, может быть, все-таки выйдешь и присоединишься ко мне?

Сердце, бьющееся в паху, застряло в глотке. Как она узнала?..

— Ты наследил, — сказала она, словно услышав его немой вопрос. — Я всегда прошу посетителей снять сапоги перед тем, как зайти ко мне. Кстати, у тебя недюжинная выдержка, раз ты до сих пор сидишь там. Или ты предпочитаешь смотреть? Ну тогда…

Сев на постель, так, чтобы ему было видно, Мирейна соблазнительно раздвинула ноги. В следующий момент терпение Сони лопнуло. Он грохнул дверцей шкафа и направился к Мирейне, на ходу стягивая рубашку. В Бездну все задания, когда тут такая женщина.

Сони беспечно шагал по тени Кулака, упавшей на город, и помахивал руками. Ночь — время Бездны, как ее называли некоторые, — скоро пойдет на убыль. Он опомнился очень поздно — только часа через два или даже три пребывания в борделе. Зато это были прекраснейшие часы в его жизни. Что вытворяла с ним Мирейна… Небеса, да у него от одного воспоминания о ней все пело внутри! Он летел по улице, а не шел!

Это, кстати, было весьма странно. После тех акробатических трюков, которые они проделывали, он должен был еле тащиться и покряхтывать, держась за поясницу. Может, всего этого не бывает, когда спишь с богиней?

Сквозь пелену отупляющего счастья, которое он испытывал, пробивалось неприятное осознание того, что Кален будет в бешенстве. Его подчиненный подставился самым идиотским образом, еще и развлекался с жертвой три часа. Она могла его сто раз заколоть за это время или позвать охранников, которые превратили бы его в кровавую кашу с костями. Однако Мирейна ничего подобного не сделала, и вряд ли потому, что влюбилась в таинственного красавца, который влез к ней в окно, чтобы полюбоваться красивейшей женщиной на свете… Сони хмыкнул. Он не отличался привлекательностью, а романтики из него было не выжать ни капли. Но почему Мирейна с такой готовностью пренебрегла посетителями и отдалась ему, даже не поинтересовавшись, какой Бездны он делает в ее шкафу? Очередная загадка. Ну, по крайней мере, с ним не случилось ничего плохого. Только хорошее. Он широко ухмыльнулся. А Кален успокоится, когда увидит украденные документы.