Камень королей (СИ) - Середа Елена - Страница 327

— Как ты узнала, что я здесь? — спросил он, пряча лицо в ее волосах.

От них все еще пахло вечерним костром. В этом запахе Сони вдруг почудилось что-то очень родное и уютное.

— Услышала твое имя от гонца и сбежала из своей пятерки, чтобы проверить, ты это или нет.

— Ты же схлопочешь наряд от лейтенанта, — прошептал он.

Она улыбнулась.

— Хочешь, чтобы я вернулась?

— Нет. И я не хочу, чтобы ты вообще хоть раз когда-нибудь от меня уходила.

Счастливо рассмеяться Сони ей не дал, крепко прижавшись к ее губам.

Жизнь продолжалась.

Глава 22. Последнее решение

В камине уютно потрескивали поленья. Огонь отражался в медном чайнике и освещал доску для оттайрина с расставленными на ней фигурами. Невеньен проигрывала, но ее это нисколько не расстраивало. Таймен умел делать так, что его выигрыши совершенно не казались обидными.

А ведь она начала учить его совсем недавно — всего лишь четыре дня назад, когда армия магов ушла к Орлиному Гнезду и схлынул непрекращающийся поток дел. Тьер наверняка бы не одобрил, что в тайны королевской игры посвящен еще один посторонний человек, но Таймен казался по-настоящему преданным королеве. К тому же Акельен и так успел обучить половину Серебряных Прудов. Хуже не будет, зато у Невеньен появился прекрасный способ развлечься в хорошей компании. С Ламаном, например, играть было категорически невозможно. Он разбивал ее защиту в три хода и, извинившись, убегал к солдатам. С Тайменом было куда интереснее. Он схватывал на лету, разве что пока не успел выучить все правила. Честно говоря, Невеньен этим иногда пользовалась. Все-таки королева должна иметь хоть какое-то преимущество перед подданными…

Однако в этот раз все было по-честному. Она с улыбкой смотрела, как Таймен супит светлые брови, раздумывая над следующим ходом. Его победа уже намечалась, но для этого все равно следовало потрудиться. Невеньен ни за что не призналась бы, что наблюдать за его метаниями ей доставляет удовольствие. Не все только ему поторапливать ее, когда она решает очередную экономическую задачу на совместных занятиях.

— Вот так, — он переставил фигурку «слуг», начиная окружать вражеский отряд во главе с Каэдьиром.

Не тот ход, которого ожидала Невеньен. Она прищурилась.

— Вы пытаетесь играть со мной в поддавки?

— Ни в коем случае, — он вернул ей прищур. — Убив этого када-ра, вы подставитесь под удар Огроша, а дальше Шасет не оставит от вашей армии камня на камне.

— Вы раскрыли свои действия! — она в притворном возмущении всплеснула руками. — Я же теперь могу составить контрплан!

— Может быть, я вас обманул, а на самом деле собираюсь поступить по-другому?

Они рассмеялись, оба прекрасно понимая, что это неправда. Таймен не умел врать. Пожалуй, это качество привлекало Невеньен в нем больше всего. От него не нужно было ждать предательства, как от Иньита.

— Вы огорчились проигрышу? — с тревогой спросил лорд, заметив, что она поникла.

О бывшем любовнике при нем Невеньен вспоминать точно не хотелось, и она решила перевести тему. К тому же та ее действительно волновала.

— Я просто подумала об армии магов. У них сегодня последняя ночевка перед Орлиным Гнездом. Боюсь, как бы с ними не случилось что-нибудь вроде этого.

Она указала на доску, где када-ра брали в кольцо предводителя воинства света.

— Все будет хорошо, — уверенно произнес Таймен. — С ними Сын Цветка. Лично я сейчас больше беспокоюсь о другом. Армия ушла, город почти пуст, и наших солдат в нем слишком мало. Идеальный момент для Таннеса, чтобы захватить столицу Севера.

— Мы уже предприняли все меры, какие могли, — настороженно ответила Невеньен.

Зачем Таймен снова заводит об этом разговор? Явно не затем, чтобы спешно распределить солдат, удвоить где-нибудь посты или что-нибудь в таком роде. Делать это на ночь глядя, спустя четыре дня после ухода магов, поздновато, да и все возможное уже было сделано.

— Не все меры, — сказал лорд. — Ваша собственная безопасность все еще внушает мне опасения.

Она закатила глаза. Ее благополучие стало для Таймена прямо-таки навязчивой идеей. Не знай Невеньен, что он таким образом заботится о народе, то подумала бы, что казначей, не дай Небеса, влюбился. В общем и целом ей было бы приятно, что к ней неравнодушен таком умный и — что уж греха таить — красивый мужчина, но после Иньита мысли о новых отношениях пугали.

— Чего вы хотите? — прямо спросила она.

Общаться с Тайменом можно было только так. Лукавство претило ему, а попытки увильнуть от разговора — ей. Лучше решить все сразу.

Лорд опустил взгляд. Невеньен вдруг заметила, что его щеки алеют, и виной тому явно была не подлитая в чай вишневая наливка. Он отвернул край бежевого кафтана и вынул из потайного кармана на груди до боли знакомый сверток. Развернув шелковую тряпицу, Таймен протянул Невеньен серьгу с похожим на рубин камнем. Шинойенский майгин-тар Иньита.

— Я могу как угодно относиться к вашему советнику, но он кое в чем прав. Я хочу, чтобы вы взяли это.

Не удержавшись от досадливого возгласа, она оглянулась на дверь комнаты. Ну конечно, там стояли только телохранители, а Шен, отлучившаяся в уборную, еще не вернулась. Это была ее затея, не иначе.

В том письме, которое слуга-недотепа принял от гонца в день пробуждения Сына Цветка, находилась серьга Иньита. Подлинная — телохранители тут же убедились, что она отталкивает их магию. Подарок сопровождался письмом в стиле «любимая, я так волнуюсь о тебе, что решил пожертвовать самой дорогой для себя вещью». Записку Невеньен тут же отправила в огонь, и той же судьбы удостоилась бы и серьга, не будь она в прямом смысле дорогой. Ей требовалось найти лучшее применение.

Носить ее на себе Невеньен не собиралась точно — после всего того, что натворил Иньит, это было оскорбительно, не говоря уже о прочих соображениях. Продать майгин-тар в покинутом всеми аристократами городе получилось бы только лорду Гарасу, но тогда за драгоценность не удалось бы выручить и половины цены. Поэтому Невеньен придумала кое-что поинтереснее — подарила его Шен. У девушки все равно было так мало магической энергии, что она ей практически никогда не пользовалась, а защита служанке не помешает. Самой Невеньен до сих пор снилось в кошмарах, как Анэмьит убивает на тракте ее слуг и гвардейцев. Она не хотела, чтобы такое произошло опять.

Однако Шен заупрямилась — дескать, она как-нибудь обойдется, а кому это на самом деле нужно, так это королеве. Уговоры, естественно, не подействовали, и похоже, служанка нашла новый способ, как повлиять на госпожу. Хитрюга догадывалась, что отказать казначею будет уже не так легко. И все же Невеньен попыталась.

— Лорд Таймен, — мягко произнесла она, — вам известно, что это такое?

— Иначе бы я не настаивал на том, чтобы вы его взяли.

— Мало того что эта вещь принадлежит главарю разбойничьей шайки, — упрямо продолжила Невеньен, — а королева не имеет права ассоциироваться с преступниками. Это шинойенский майгин-тар. Скипетр с таким кристаллом шинойенцы поместили на свой герб. Если я начну открыто носить их символ, меня не поймут ни собственные подданные, ни тем более сами шинойенцы.

— Никто не предлагает вам носить его открыто, — возразил Таймен. — Арджасские принцы тоже якобы не пользуются никакими майгин-тарами, кроме тех, что добываются в их стране, потому что это непатриотично. Причем это не помешало Тафиру Аб-Нахету выжить в покушении только благодаря шинойенскому майгин-тару.

Невеньен откинулась на спинку кресла, разглядывая казначея. Тафир Аб-Нахет — это, кажется, дед нынешнего правителя Арджаса? Таймен еще и в истории хорошо разбирается… Молчание затягивалось, и он, почувствовав превосходство в споре, начал с торжеством улыбаться. Слишком рано.

— Если я возьму кристалл, то мои телохранители не смогут прикрывать меня магией, — привела последний, самый веский довод Невеньен. — В итоге майгин-тар спасет меня от магического нападения, но для обычного оружия я стану уязвима, а большинство покушений на королей производится либо с помощью ядов, либо с помощью мечей и стрел. Уж это я на уроках истории выучила отлично. Вдобавок ничто не помешает магу задушить меня или забить подсвечником, как сестру короля Ильемена. Все преимущества, которые дает мне эта вещь, сводятся к нулю, — она легонько хлопнула ладонью по столу. — Так что я ее не возьму ни при каких обстоятельствах.