Камень королей (СИ) - Середа Елена - Страница 255

— А-а-а-а! — заорал мужчина, внезапно выскочивший из-за угла и чуть не сбивший Сони.

Сначала ему показалось, что это был вопль ужаса, что там, за этим человеком, еще када-ра, и нужно бежать куда-то в сторону, в другое место. Но, моргнув, Сони узнал одного из помощников Энтарина. В руках он держал один из факелов, которые еще в замке раздавал пришедший с отрядом ученый из Эстальского университета. Когда их зажигали, огонь шипел и искрился, а потухал очень быстро. Ламан объявлял, что в этом виновата какая-то смесь, которая якобы должна отпугивать или убивать Детей Ночи. Непонятно, откуда ученые это взяли, потому что никакого результата ни факелы, ни специально подготовленные сотни стрел, смазанных этим составом, не дали.

— Стой! — в отчаянии крикнул Сони северянину.

Помощник Энтарина его не слышал. Продолжая истошно вопить, он с полыхающим факелом в руках несся прямо в тесные объятия собственной смерти. Када-ра, струящиеся за Сони, как хвост черной куницы, на мгновение удивленно замерли, а затем кинулись на более легкую добычу, скрыв северянина от чужих глаз. Факел, бросающий на снег яркие искры, вывалился из безвольной руки мужчины и погас.

— Небеса, о, Небеса… — прошептал Сони.

— Сюда! — тихо позвал его кто-то. — Эй ты, маленький, сюда!

Он оглянулся. Из-за того угла, откуда только что выбежал помощник Энтарина, ему махал седой мужчина с окладистой бородой. Он слегка светился, а из-под распахнутого кожуха выглядывал коричневый мундир с эмблемой магической стражи. Сони вспомнил этого человека — один из тех двух совестливых магов, которые не сбежали из Квенидира, когда Нендамьел распустил стражу.

— Нет, — ответил ему Сони, разворачиваясь и делая несколько шагов от него. — Я не могу.

На добродушном лице стражника появилось недоумение.

— Куда ты?

— Ты не понимаешь… Уходи быстрее! — крикнул Сони, бросаясь в противоположную сторону от озадаченного квенидирца.

Несколько раз на его пути встречались еще горожане, но он их огибал — чем больше людей, тем больше вероятность привлечь када-ра. Он остановился отдышаться только через какое-то время, когда сухой морозный воздух окончательно отказался проходить через горло. Под кожухом ручьями лился пот, невыносимо хотелось содрать с себя овечий мех, но Сони, уже схватившийся за ворот, заставил себя опустить руку. Если он выживет после нападения Детей Ночи, то обязательно умрет от воспаления легких.

Рухнув на колени возле стены и судорожно глотая воздух, Сони стал рассматривать окружавшие его дома. Где он вообще, в какой части города? Как далеко отсюда до крепостной стены? Проклятые северные здания в сером рассвете выглядели одинаково, а за высокими строениями было ничего не разобрать. Выучить Квенидир Сони не успел и теперь бесповоротно заблудился в хитросплетениях похожих одна на другую улочек. В надежде понять хоть что-то по небу, он поднял взгляд к облакам. С левой стороны, откуда-то издалека, поднимался столб дыма. Скорее всего, там находился замок — искрящие стрелы, которыми ополченцы и солдаты начали осыпать када-ра после сигнала тревоги, вместо того чтобы отпугнуть чудовищ, подожгли подсобные строения и только усилили панику. На фоне светлеющего неба мелькнули несколько теней, и Сони инстинктивно прижался к земле, продолжая соображать, где он. Если замок слева и далеко, наверное, крепостные стены уже где-то поблизости. Наверное… Сони закрыл лицо ладонью. Он потерял друзей, заблудился, и за ним охотились када-ра. Ему хотелось выть от отчаяния.

Все должно было быть не так, совсем не так. Ламан и его заместители провели инструктаж по меньшей мере сто раз, казалось бы, вбив в голову последовательность действий при нападении Пожирателей Душ даже наитупейшим солдатам. Хоть ночью спроси — они отвечали, что нужно делать и куда идти. Но их иллюзорная готовность рассыпалась в прах в первые же мгновения после гудения горна.

Некоторые солдаты плевали и на инструкции, и на приказы офицеров — лишь бы спасти свою шкуру. То солдаты — они знали, на что их посылают, — а с горожанами было совсем худо. Кое-кто, сперва поддавшийся панике, все же пришел в себя, но было уже поздно. Вся та толпа, которую Мирран опрометчиво привел к замку (Сони не знал, сколько там человек — в предрассветной мгле казалось, что их сонмы и сонмы), с воплями и причитаниями разбежалась в стороны, и управлять людьми стало невозможно. Ламан успел отдать Калену приказ отправиться со своими подчиненными к южным воротам, чтобы помочь собравшемуся там каравану, а затем все погрузилось в хаос. Последовавшие за этим события слились для Сони в сплошную пелену.

Лучники стали осыпать огненными стрелами Детей Ночи, вместо них случайно убив нескольких горожан; заполыхало какое-то помещение во дворе замка. Шум, гам, запах гари, ржание впряженных в повозки лошадей, гавканье собак — все сбивало с толку. Смешавшимися, до смерти перепуганными людьми овладело безумие. В темноте они давили друг друга, солдат и детей, которых пришли вывести из города, причиняя вреда чуть ли не больше, чем када-ра. Какое там «разбейтесь на отряды по пять-десять человек», тысячи раз повторенное глашатаями! Кто-то, бросив все свои вещи, в гордом одиночестве убегал к городским воротам, естественно, сталкиваясь с сотнями таких же одиночек. Кто-то, наоборот, протискивался в самую сердцевину толпы, почему-то считая, что када-ра польстятся на соседей, а не на него. Кто-то, оторопев от ужаса, глупо стоял посреди дороги и ждал, пока его затопчут или сожрут Дети Ночи. Тогда и погиб Энтарин, вместе с ополченцами попытавшийся утихомирить земляков. Он бесстрашно возвышался в сердце сумятицы, призывая всех успокоиться и перестать бессмысленно метаться по улицам. Его светлые одежды служили ориентиром в ночной тьме, и на какое-то время его пример подействовал. Но потом, когда он исчез под угольными телами Пожирателей Душ, стало еще хуже. Над Квенидирским замком как будто разверзлась Бездна, и в глубине души Сони был рад, что можно оттуда уйти.

Однако обрадовался он рано — на полпути к южным воротам, не успели они выйти из центра города, выяснилось, что када-ра в качестве самого вкусного кушанья предпочитают магов. А еще что гораздо больше магов им нравится Сони — «быв-вш-ший хоз-зя-аин».

Там он и разделился с товарищами. Калену, Виньесу и Сеху пришлось отбиваться от нескольких исчадий Бездны, которые слетелись на сияние энергии, и Сони, чтобы увести от гвардейцев хотя бы часть врагов, ринулся в переулки. Почему ни одна из тварей его так и не настигла, он не знал.

Немного отдохнув, Сони встал с колен. Пора было продолжать путь, желательно туда, откуда не доносится никаких звуков. Шум означал присутствие толпы, а где толпа, там и када-ра. За последние полчаса, когда многие погибли или попрятались, а у помутившихся умом осипло горло, чтобы беспрестанно орать, в городе воцарилась тишина, да и исчадия Бездны могли вылезти откуда угодно, но пока что лучше было следовать этому правилу. Решив, что лучше пойти направо, Сони шагнул туда.

И рухнул обратно в сугроб.

С шипением он потрогал левую лодыжку, которая отозвалась тупой болью. Похоже, он подвернул ее, когда падал перед крыльцом с нищим, но был настолько взвинчен, что не заметил этого. Покусав губу, Сони попробовал снова наступить на ногу. Ладно, идти он может. Теперь нужно молиться… Кому же помолиться, чтобы ему не пришлось удирать от када-ра с такой ногой? Амьен Легконогую он уже просил придать ему скорости, Кайди — о везении, Альенну — о защите, Каэдьира — о том же, и Шасета успел вспомнить, и Таргу, и… Нет, Тельет о восстановлении справедливости он молить не будет. Иначе не проживет и пары мгновений.

— Пречистые Небеса, дайте мне сил, — прошептал Сони.

Прочитав эту импровизированную молитву, он все-таки заковылял направо. Кажется, направление было наконец-то выбрано верно: дома стали пониже и попроще, улица начала спускаться с холма, а где-то у его подножия и должны были находиться ворота.

В одном из переулков неподвижно лежали несколько человек, в которых легко было определить жертв када-ра. Подходить и заглядывать им в лица Сони не стал из трусливой мысли, что может увидеть кого-то из знакомых — парней, с которыми подружился во время поисков лекарей, или, не дай Небеса, гвардейцев. Отведя взгляд, он прошел мимо. Эти люди были все равно что мертвы, и помочь им он уже ничем не мог.