Башня Рассвета (ЛП) - Маас Сара - Страница 94

И также большая скорость. Не такая быстрая, признала Хасар, как у астерионских лошадей. Но близка к ней.

Ирэн внимательно слушала мини-урок принцессы, осторожно смотрела на неё. Потом привязала трость Шаола к его седлу и оставшееся время играла со своей одеждой.

В то время как Шаол был в своём обычном виде — пиджаке и коричневых штанах, Ирэн всё-таки не надела платье.

Она надела красивый наряд в сочетании белого и золотого. Длинная туника, доходящая до колен, и свободные штаны, заправленные в высокие коричневые сапоги. Ремень хорошо показывал её тонкую талию, на её шее было украшение из золота и серебра. Её волосы она уложила как обычно, и на солнце они сверкали золотом.

Красивая. Прекрасная, как восход солнца.

Всего в группе было тридцать человек, и никто из них действительно не знал Ирэн, так как Хасар не удосужилась пригласить кого-либо из целителей Торре. Для гвардейцев были предоставлены обычные лошади, которые действительно и рядом не стояли с качеством миникьюи.

Хасар подала знак Шену, чтобы он открыл ворота.

Для женщины, которая управляла флотом, Хасар казалась гораздо более заинтересованной всадниками лошадей. И ей хотелось больше развить свои дарганские навыки. Принцесса сыпала проклятиями и хмурилась, что городские улицы их замедляют. Даже учитывая то, что они заранее попросили людей не выходить из домов.

А потом — жестокая жара. Весь в поту, Шаол ехал рядом с Ирэн, держа поводья Фараши, которая уже попыталась укусить двух продавцов.

Действительно, бабочка.

Он посмотрел на кобылу, а потом на город. Когда они проехали восточные ворота в засушливые холмы, Ирэн рассказала о достопримечательностях.

Вода проходила через водопровод, который шёл между зданиями, попадая в дома, общественные фонтаны, бесчисленные сады и парки. Завоеватель захватил этот город, но всё же любил его. Излечивал и питал.

Они прошли по пыльной дороге, которая всё разрасталась за пределами города. Хасар не ждала, и пустила своего коня вперёд, оставляя их, в пыли, позади.

Кашин, утверждая, что он не хочет глотать пыль всю дорогу до оазиса, последовал за ней, чуть улыбнувшись Ирэн и свистнув лошади идти вперёд. Тогда большинство дворян и визирей начали делать ставки, наблюдая за головокружительной гонкой сквозь город. Как будто королевство было их игровой площадкой.

День рождение. Действительно. Принцессе, вероятно, это показалось скучным, но ей не хотелось выглядеть безответственной в глазах отца. Хотя он с удивлением обнаружил, что Аргун присоединился к ним. Конечно, он не упустил бы возможность попасть в какую-то историю, где были его братья и сёстры. Они скакали всё быстрее, пока не слились в одну линию на горизонте.

Некоторые дворяне остались с Шаолом и Ирэн, позволив остальным пройти чуть вперёд.

Они прошли последний город, их лошади вспотели и еле дышали, пока они поднимались на большой скалистый холм. Дюны начинаются за ним, сказала ему Ирэн. Здесь они напоят лошадей, а потом начнут путь по пескам.

Она слабо улыбнулась ему, когда они поднимались на скалу, проезжая по тропе возле кустарников. Лошади останавливались и шли осторожно. Кусты были забрызганы кровью всадников, которым не повезло свалиться вниз.

Остальные достигли вершины скалы, напоили лошадей и начали двигаться дальше. Всё, что он видел, так это исчезающие за холмом тела. Как будто они просто ушли с края холма в воздух.

Фараша поднималась по холму, его спина и бедра напряглись, чтобы удержаться в седле. Он не посмел позволить лошади почувствовать его беспокойство.

Сначала Ирэн поднялась на вершину. Её белая одежда, словно маяк в безоблачном синем небе вокруг них. Её волосы сверкали тёмным золотом. Она ждала его, в то время как богатое пальто отсвечивалось оттенками глубокого рубина.

Она спешилась, когда Фашара поднялась на последний холм, а затем…

Вид выбил воздух из его лёгких.

Пустыня.

Бесплодное, шипящее море золотистого песка. Холмы, волны и дюны, пустые и всё же живые. Не видно деревьев или кустов. Воды тоже не видно.

Будто рука бога создала это место. Такое чудо. Это был словно другой мир.

Возможно, это была неожиданная милость, что информация, которую они искали, оказалась именно здесь.

Шаол посмотрел на Ирэн, которая читала эмоции на его лице, следила за реакцией.

— Красота пустыни не для всех, — сказала она. — Но она зовёт меня, не знаю почему.

В этом море, где корабли никогда не будут плавать, некоторые люди будут видеть только горящую смерть. Но Шаол видел только тишину и чистоту. И медленную, ползучую жизнь. Безрассудную, дикую красоту.

— Я понимаю тебя, — сказал он, осторожно спешившись с Фараши.

Ирэн наблюдала, но никак не помогла, кроме как протянула ему трость. Он качнулся, но всё же оказался на песчаной скале. Он мгновенно схватил трость, и целительница не сделала ни движения чтобы успокоить его.

Он отпустил седло и потянулся к поводьям Фараши.

Лошадь напряглась, как будто оценивая его, но он не отводил глаз, показывая, что он её не боится.

Тёмные глаза Фараши светились, как если бы она была выкована в горящем царстве Эллады. Но Шаол удерживал её взгляд.

Наконец, лошадь выдохнула и позволила ему повести её к корыту, покрытому песком из-за ветров. Это корыто, возможно, было здесь с тех пор, как начала существовать пустыня, поило лошадей сотен завоевателей.

Фараша, казалось, поняла, что они войдут в это море песка и пила от души.

Ирэн подвела свою лошадь, удерживая её на здоровом расстоянии от Фараши, и сказала:

— Как ты себя чувствуешь?

— Уверено, — сказал он, и действительно имел это в виду. — Будет больно к тому времени, как мы туда доберемся, но напряжение не так уж плохо.

Без трости он не посмел попытаться пройти даже несколько шагов. Не мог справиться с этим.

Она положила руку вниз его позвоночника, а потом и на бедра, оценивая с помощью магии его состояние. Даже с одеждой и жарой, он чувствовал её руки.

Но другие тоже собрались вокруг корыта, поэтому он отошёл от прикосновений Ирэн. Нужно вновь сесть на Фарашу…

— Не торопись, — пробормотала Ирэн, оставаясь от него в нескольких шагах.

У него была подставка во дворце. Здесь, даже забравшись на неустойчивое корыто… Расстояние между его ногой и стременем никогда не казалось таким длинным. Балансируя на одной ноге, он поднял вторую, прижимаясь руками к седлу… Шаол медленно вспоминал шаг за шагом, тот момент, как его учили ездить верхом. Он научился до того, как ему исполнилось шесть лет. Ездил на лошади почти всю жизнь.

Конечно, ему дали дьявольскую лошадь, чтобы он учился вновь.

Но Фараша стояла неподвижно, глядя на песок, на путь, который был за холмом. Даже с ветрами, уносящими песок, следы были достаточно ясными. Шаол даже смог разглядеть пятнышки чёрного и белого.

И всё же он здесь. Смотрит на стремена и седло.

Ирэн небрежно сказала:

— Я могу найти подставку или ведро…

Шаол двинулся вперёд. Возможно, не так грациозно, как хотелось бы, но он сумел. Трость застонала, когда он использовал её чтобы подтолкнуть себя вверх, а затем с грохотом упала на песчаник. Он схватился за седло, так как его нога едва не соскользнула. Фараша чуть пошевелилась под его весом. Но тем не менее, он смог сесть ровно, ноги ужасно болели.

Ирэн подошла к трости и подняла её:

— Неплохо, лорд Вэстфол. — она привязала трость за седлом и села на свою лошадь. — Совсем неплохо.

Он удержал свою улыбку.

Жара всё также продолжала мучить их, когда Шаол направил Фарашу к пескам.

Они следовали по дорожках, которые оставили другие.

Был слышен только приглушённый топот лошадей и шорохи песка. Они шли по длинной линии. Стражи стояли повсюду, стоя в развевающимися флагами каганата — тёмной бегущей лошади. Они были указаниями к направлению к оазису. Он жалел бедных людей, которым приказали стоять на такой жаре из-за прихоти принцессы, но ничего не сказал.