Башня Рассвета (ЛП) - Маас Сара - Страница 112

В пустыне он был невероятным. Но теперь он исцелился — его спина, ноги; исцелил темноту, гниющую в его душе…

Он поцеловал ее липкий от пота лоб, его губы поймали запутавшиеся кудри, которые появились из-за влажности в ванной. Его другая рука рисовала круги на нижней части спины.

— Ты сказала кое-что очень важное в той яме, — пробормотал он.

Ирэн слишком устала, чтобы сформировать предложение.

— Ммм?

— Ты сказала, что любишь меня.

Хорошо, это чуть взбодрило ее.

Ее желудок сжался.

— Не чувствуй себя обязанным…

Шаол заставил замолчать ее таким неуверенным, невозмутимым взглядом.

— Это правда?

Она провела по шраму на его щеке. Она почти не видела начала, ворвавшись в его воспоминания, тогда, когда красивый, темноволосый человек — Дорин, улыбался ему. Но она почувствовала это, знала, кто наградил его этим недавним шрамом.

— Да.

И хотя ее голос был мягким, она имела в виду именно это, каждым дюймом ее души.

Уголки его губ потянулись вверх.

— Тогда хорошо, Ирэн Тауэрс, потому что я тоже тебя люблю.

Ее грудь сжалась; что-то заполнило все ее тело.

— С того момента, как ты вошла в гостиную в первый день, — сказал Шаол. — Кажется, я знал, даже тогда.

— Я была незнакомкой.

— Ты посмотрела на меня без жалости. Ты видела меня. Не стул или травму. Ты видела меня. Это был первый раз, когда я почувствовал… увидел. Когда я очнулся после долгого времени.

Она поцеловала его грудь прямо над сердцем.

— Как я могу сопротивляться этим мускулам?

Его смех прогремел через ее губы, ее кости.

— Превосходный профессионал.

Ирэн улыбнулась на его коже.

— Целители никогда не позволят мне услышать этого. Хафиза уже шутила.

Но она застыла, размышляя над будущим. Выбором.

Шаол сказал через мгновение:

— Когда Несрин вернется, я собираюсь объяснить. Хотя я думаю, что она знала, до того как я это сделал.

Ирэн кивнула, пытаясь побороть дрожь, которая закралась в нее.

— И кроме того… Выбор за тобой, Ирэн. Когда тебе уйти. Как тебе уйти. Если ты действительно вообще хочешь уйти.

Она приподнялась.

— Но если ты захочешь… на моем корабле будет место для тебя. На моей родине.

Она испустила нежный стон и прочертила круг вокруг его соска.

— Какого рода место?

Шаол вытянулся, как кошка, закинув руки за голову, и протянул:

— Обычные варианты: горничная, повар, посудомойка…

Она ткнула его в ребра, и он засмеялся. Это был прекрасный звук, богатый и глубокий.

Но его карие глаза смягчились, когда он сжал ее лицо.

— Какое место ты хотела бы, Ирэн?

Ее сердце застучало сильнее от вопроса, тембра его голоса. Но она ухмыльнулась и сказала:

— Что-то, что дало бы мне право кричать на тебя, если ты будешь слишком изводить себя.

Она провела рукой по его ногам, спине. Осторожным, он должен быть осторожным некоторое время.

Уголок губ Шаола потянулся вверх, и он притянул ее к себе.

— Кажется, я знаю, какое место тебе подойдёт.

Глава 57

Когда они вернулись, Эридун утонул в безумии.

Фалкан едва дышал — но всё равно вызвал ужасную панику при прибытии в зал Алтун. Хоулун прыгнула перед пауком, приказывая никому не подходить.

Сартак сумел устоять на ногах достаточно долго, чтобы обнять Кадару и приказать целителю немедленно заняться ею. Также обнять и Борте, забрызганную чёрной кровью и ухмыляющуюся от уха до уха. Затем Сартак пожал руку Йерану, которого Борте явно игнорировала. Несрин подумала, что это, наверное, было лучше, чем их перепалки.

— Как? — спросил Сартак Борте, пока Несрин стояла возле бессознательного Фалкана.

Йеран, когда его компания из Берладов уже собиралась лететь обратно в свой клан, отстранился от своего ожидающего ракина и ответил вместо неё:

— Борте пришла, чтобы забрать меня. Сказала, что она идёт на опасное задание, и я могу либо позволить ей умереть в одиночку, либо пойти с ней.

Сартак рассмеялся:

— Тебе было запрещено, — сказал он Борте, взглянув туда, где Хоулун опустилась на колени рядом с Фалканом. Её эмоции были чем-то средним между облегчением и откровенной яростью.

Борте фыркнула.

— Моей названной матерью здесь. Но так как я обручилась с капитаном Берлада, я могу быть преданной и их названной матери. А у неё не было никаких сомнений в том, чтобы позволить мне провести немного времени с моим суженным.

— Мы поговорим позже, ты и я, — кивнула Хоулун, поднимаясь на ноги и пройдя мимо них. Она приказала нескольким людям доставить Фалкана дальше в зал. Вздрогнув при виде паука, они осторожно повиновались.

Борте пожала плечами, проследив взглядом за Хоулун. Скоро Фалкан сможет превратиться, и они начнут исцеление.

— По крайней мере, его названная матерь похожа на нашу. — сказала она и ушла.

Тем не менее, когда она ушла, Несрин могла поклясться, что Борте чуть улыбнулась Йерану.

Он еще долго смотрел на неё, а потом повернулся к ним, криво усмехнувшись.

— Она пообещала мне свидание. Вот как она уговорила меня. — он подмигнул Сартаку. — Жаль, что я не сказал ей, что только одно.

И с этими словами он шагнул вслед за Борте, пробегая несколько шагов, чтобы догнать её. Она обернулась к нему, острые слова уже крутились на языке, но позволила ему следовать за ней в другой зал.

Когда Несрин увидела Сартака, то успела заметить его сомнения.

Она бросилась вперёд, игнорируя протесты тела. Кто-то крикнул позвать целителя, но Сартак всё еще держался на ногах, обнимая её.

Несрин не хотела отстраняться.

Сартак уставился на неё, эта мягкая, милая улыбка появилась на его губах снова:

— Ты спасла меня.

— Это был бы жалкий конец для легенд о крылатом принце, — ответила она, нахмурившись, глядя на рану на ноге. — Ты должен сесть…

Вдруг в зале вспыхнул свет, люди закричали… а затем паук исчез. Его заменил человек, покрытый ранами.

Когда Несрин обернулась обратно, взгляд Сартака блуждал по ей лицу.

Её горло сжалось, и она наконец осознала, что они здесь. Они здесь, и они живы, и Несрин никогда не знала такого истинного ужаса и отчаяния, как в тот момент, когда его утащили.

— Не плачь, — пробормотал он, наклоняясь, чтобы поймать её слезинку губами. Он сказал в её кожу:

— Что они бы сказали о Стреле Нэйта сейчас?

Несрин засмеялась, несмотря на то, что она обняла его так крепко, как только осмелилась, положив голову на его грудь.

Сартак молча гладил её по волосам.

* * *

Совет кланов состоялся через два дня на рассвете.

Названные матери и капитаны каждого клана собрались в зале — их было так много, что они заняли всё пространство.

Несрин спала в ночь накануне.

Но не в её комнате, а в кровати рядом с принцем.

Теперь они стояли перед собравшимися людьми.

Оба были все в крови и искупались, и хотя Сартак не так много целовал её… Несрин не возражала, когда он проводил её за руку в свою спальню.

Поэтому они заснули вместе. А когда проснулись и перевязали раны, вышли, обнаружив полный зал людей.

Фалкан уселся у дальней стены, его рука висела на ремешке, но глаза были ясны. Несрин улыбнулась ему, когда она вошла, но сейчас не время для разговоров. Или для рассказа о её предположении.

Когда Хоулун закончила приветствовать всех, молчание поглотило зал. Несрин стояла плечом к плечу с Сартаком.

Странно было видеть его с более короткими волосами — странно, но не ужасно. Они отрастут, сказал он, когда Несрин нахмурилась этим утром.

Все глаза сосредоточились на них, некоторые тёплые и приветливые, другие взволнованные, третьи слишком тяжёлые.

Сартак сказал всем присутствующим:

— Кхаранкуи вновь вернулись. — в зале послышалось бормотание. — И хотя угроза была отважно и яростно устранена кланом Берлад, пауки, скорее всего, вернуться снова. Они услышали тёмный призыв по всему миру и готовы ответить на него.