Точка отрыва - Коллектив авторов - Страница 87

Но, как часто бывало на этой суматошной станции, внезапное появление Серого осталось незамеченным. Старьевщик Михол в тот момент следил за шумной компанией чумазых мальчишек, столпившихся напротив его палатки. Мальчишки явно ждали удобного момента для того, чтобы стремительно наброситься с разных сторон на товар старьевщика и стащить что-нибудь с прилавка, а там Быстрые Ноги[20] в помощь!

Серый отделился от стены одним плавным движением и влился в людскую суматоху. Путь его лежал к центру станции.

«Спасская». «Садовая». «Сенная». Знаменитая на весь метрополитен торговая станция «Три Эс». Здесь можно купить, продать или обменять все что угодно. На любой товар, даже самый экзотичный, находился свой купец. «Три Эс» стала перекрестком, где сходились все дороги мира. Точнее, того огрызка, что остался от этого мира.

Стремительной походкой Серый миновал узкий участок платформы, где теснились палатки, лотки и козлы со всевозможными товарами. В основном тут торговали мелочевкой и безделушками. Здесь любую вещь можно было купить за один патрон. Косметику с давно истекшим сроком годности. Ароматные тушки крыс на шампурах. Книги. Сушеные и маринованные грибы. Батарейки и керосиновые лампы. Одежду разной степени поношенности, и если приглядеться, то на ней просматривались подозрительные круглые отверстия и плохо отстиранные пятна крови.

После барахолки на платформе становилось значительно просторней. Тут обосновались престижные заведения, в основном рестораны и бордели. Толчеи и хаоса здесь уже не наблюдалось, у входа в каждое заведение со скучающим видом стояли внушительного вида охранники. Простым смертным путь внутрь был заказан. Миновать угрюмых громил дозволялось лишь в том случае, если твои карманы до отказа набиты патронами. Конечно, Серый без труда мог себе позволить посетить любое увеселительное заведение в метрополитене, но сегодня у него не было для этого настроения.

Вслед за чередой домов терпимости и брезентовых палаток с вывесками типа «Харчевня «Блокадник и Кружка» начинались ступени перехода с «Садовой» на «Сенную». Естественно, они не пустовали. Так как лавки и магазинчики на лестнице установить невозможно, мраморные ступени перехода оккупировали музыканты и попрошайки.

Гомон на лестнице стоял гораздо громче, чем на платформе станции. Способствовали этому менестрели подземелий, играющие в большинстве своем на самодельных инструментах и поющие фальшивыми голосами. Птичью какофонию дополняли отчаянные вопли попрошаек, умоляющих подать патрончик бывшим сталкерам, пострадавшим от лучевой болезни. Среди просителей милостыни заметно выделялся один субъект с картонной табличкой «бывший депутат, член партии ЛДПР», кричавший громче всех.

Болезненно поморщившись, Серый на ходу извлек из недр своих странных одежд серебристые капельки наушников для плеера. Заткнув ими уши, он произвел загадочные манипуляции в районе груди, и через несколько мгновений лицо его приобрело прежнюю невозмутимость и спокойствие. И если бы кому-то удалось в этот момент оказаться очень близко, то он смог бы услышать журчащие переливы струнного оркестра, обильно приправленные рокотом барабанов и электрогитар.

Поднявшись по лестнице, загадочный гость оказался в административном центре тройной станции. Точнее, не столько административном, сколько финансовом. Люди с нашивками службы безопасности встречались тут на каждом шагу. Для свободного прохода между станциями имелся двухметровый коридор. Границами ему служили полосы белой краски на мраморном полу. А вдоль стен бок о бок стояло несколько десятков настороженных автоматчиков, скользящих цепкими профессиональными взглядами по лицам прохожих. Охранники стерегли покой и благополучие самых зажиточных и влиятельных жителей здешних станций, чьи богатства укрылись в стенах бывших подсобок для уборщиц. Конечно, сейчас это не помещения для персонала метрополитена, а представительства трех старейших банков: «Спасская Unit», «METRO Cart» и «SSS и Сыновья». Поговаривали, что в закромах этих организаций хранились такие сокровища, что если кому-то удалось бы обчистить хранилища всех трех банков, то счастливчик легко мог бы себе позволить купить все метро. Ну, если не все, то на пару станций ему точно бы хватило.

Но Серого не интересовали капиталы банкиров, по крайней мере, не сейчас. Легкой походкой он сбежал вниз по застывшему на веки эскалатору, ведущему к Вечной Ярмарке[21]. На спуске ему пришлось притормозить, так как в этом районе тройной станции оказалось, как всегда, особенно многолюдно. Толчея для Вечной Ярмарки вещь обыденная, так как, помимо торговых палаток с едой, тут располагались невольничий рынок и арена, где проходили гладиаторские бои.

Наконец Серому удалось продраться сквозь это столпотворение и нырнуть в переход на «Спасскую».

2

— Не подходите ко мне, иначе я ее взорву!

Вокруг кричавшего уже успела собраться толпа людей. Судя по их количеству, на крики примчалось все население этого небольшого перехода между станциями. Помимо рядовых обитателей подземного мира, Серый заметил людей с оружием и шевронами службы безопасности, пытающихся пробраться через ряды зевак. Их пропускали неохотно, провожая бормотанием и злобными взглядами. Серый, не теряя времени даром, ловко пристроился за одним из охранников и, работая локтями и коленями, смог просочиться в первые ряды толпы и увидеть причину переполоха.

У стены на корточках сидел пожилой мужчина, всю его одежду и лицо покрывал толстый слой грязи. Но благодаря характерным завивающимся локонам на висках и неопределенного цвета кипе на затылке Серый сразу же определил его национальность.

— Очень интересно, — вполголоса произнес Серый, снимая и пряча наушники обратно в недра своих одеяний. — Это случайно не дочка моего босса?

Старик прижался спиной к створкам дверей, ведущих в Зал Собраний. Одной рукой он держал девочку за горло, а в другой сжимал гранату. Взгляд пожилого террориста был безумен, он нервно оглядывал собравшуюся вокруг толпу и на любое движение в свою сторону реагировал гневными выкриками:

— Я сказал, не подходите! Я не шучу! Назим, где ты? Пусть эта толстая свинья немедленно явится или я взорву его ублюдочную дочь!

В толпе началось движение. Сквозь нее, подобно огромному неуклюжему слизню, продирался Назим, начальник станции. Путь ему расчищали шестеро автоматчиков из его личной охраны, работавшие прикладами и кулаками.

— Дорогу! Да расступитесь вы, черти! — орал один из автоматчиков, рыжеволосый здоровяк с капитанскими лычками. Люди старались поскорее убраться с его пути. Серый знал рыжего. Это был капитан Ивашов, глава личной охраны Назима. В местной неофициальной табели о рангах Ивашов занимал место сразу после Бога.

Старик увидел приближающуюся процессию и постарался вжаться спиной в дверь, одновременно пытаясь максимально загородиться телом девочки. Малютка тихонько вскрикнула, видимо, старик чересчур сильно стиснул ее шею.

— Отпусти ее, Давид, — раздался зычный голос Назима из-за спин охранников.

Автоматчики окончательно оттеснили толпу зевак, предоставив возможность своему боссу оказаться напротив старика и девочки. В то же мгновение вокруг воцарилась гробовая тишина.

Взгляды людей синхронно перепархивали от огромной фигуры начальника станции Назима на худого и изможденного Давида.

— Давид, ты злишься на меня? Давай мы все обсудим как настоящие мужчины, один на один. Зачем впутывать в это ребенка? — Назим достал из нагрудного кармана огромный носовой платок и стал утирать вспотевшую шею.

— У тебя еще хватает наглости называть себя мужчиной? — Старик опасливо выглядывал из-за худенькой фигурки заложницы. — Ты и твоя дочь должны ответить за смерть моей семьи!

— Старик, ты совсем из ума выжил? Какое отношение мы имеем к гибели твоих близких? В чем ты меня обвиняешь?