Свадьба мечты - Маринелли Кэрол - Страница 18

— Все в порядке?

— Да, — кивнула она, вымученно улыбаясь ожидавшим их членам экипажа.

Войдя в салон, Лавиния не смогла сдержать восхищенный вздох. Вместо обычных рядов сидений здесь стояли шикарные кожаные кресла. В глубине салона виднелась барная стойка и двери, вероятно ведущие в отдельные комнаты.

— Ты боишься летать? — не выдержал Захар, глядя, как она судорожно застегивает ремень безопасности.

— Наверное, — вздохнула она.

— Перелет займет всего час.

Лавиния страдальчески усмехнулась, всем своим видом демонстрируя ему, что это будет самый долгий час в ее жизни.

— Почему ты раньше ничего не сказала? — нахмурился Захар.

— А я не знала, — обезоруживающе улыбнулась Лавиния. — Я еще никогда не летала на самолете.

— Вообще никогда? — изумился Захар, для которого постоянные перелеты были неотъемлемой частью рабочего процесса.

— Я и в Сиднее никогда не была. — Лавиния и сама порядком смутилась от своего признания. — Так что не жди, что я буду твоим гидом.

Она опять его удивила. Он был уверен, что подобные поездки с мужчинами Лавинии не в новинку, а она оказалась прекрасной бабочкой, запертой под колпаком у Коловски.

— Бояться нечего.

— Я знаю.

Захар вспомнил свой первый полет. Он не испытывал страха, лишь приятное волнение человека, чьи мечты наконец начали сбываться, но, возможно, за это ему стоило благодарить пожилого мужчину, который сидел рядом с ним и всю дорогу развлекал его разговорами. Захар решил испробовать его метод борьбы со страхами на Лавинии. Он рассказал ей о своем первом полете: о том, как он, будучи еще совсем мальчишкой, летел в Англию без денег, знания языка и особой надежды на то, что иммиграционная служба пропустит его в страну, а старый друг по детдому встретит в аэропорту, как и обещал.

Лавиния слушала его с улыбкой, на время забыв о шуме двигателей набиравшего высоту самолета.

Когда стюардесса предложила им легкий завтрак, Захар все еще рассказывал. Лавиния выбрала теплую чернику под охлажденным натуральным йогуртом, и крупные сладкие ягоды лопались у нее на языке.

После еды ей принесли шампанское с цветком гибискуса на дне бокала, и его нежные лепестки трепетали от поднимавшихся со дна золотистых пузырьков.

Сделав глоток шампанского, она повернулась к Захару. Его рассказ был интересным, но оставил после себя множество вопросов.

— Как же ты начал свою карьеру? — спросила она. — У тебя ведь, если я правильно понимаю, не было никакого образования?

— Я врал, — лукаво улыбнулся Захар. — Только пока это было необходимо, конечно. Я был сообразительным, уверенным в себе юношей. Наниматели всегда обращают внимание на эти качества. Вначале я целый год работал официантом и уборщиком, изучал язык и свои возможности. Пытался понять, что мне понадобится для первого шага вверх по карьерной лестнице. А затем я купил свой первый деловой костюм.

— Костюм? — удивленно переспросила Лавиния.

— Да, — кивнул Захар. — Но это был не обычный костюм. Я нашел хороший секонд-хенд, где продавались сшитые на заказ костюмы. Они были дороже, чем любой обычный костюм, но стоили своих денег. С правильной стрижкой, правильной обувью, правильным адресом…

— Правильным адресом?

— Я работал уборщиком в доме очень влиятельных людей, и каждое утро ровно в десять на коврик у их порога ложились письма. Некоторые из которых оказались весьма полезными, — подмигнул он. — Год я копил деньги, создавал правильный имидж. У меня было три рубашки, пять галстуков и один костюм. На первую зарплату я купил второй, а через год впервые заказал костюм у портного. Тогда мне уже не нужно было врать о своем образовании. Я знал, что, как только мой наниматель поймет, каков я в деле, он сам не захочет меня потерять.

— Да, уверенности тебе было не занимать, — улыбнулась Лавиния. — У меня бы никогда не хватило духу соврать о своем образовании. Но и возможности поступить в университет у меня сначала тоже не было, поэтому я пошла на специальные курсы.

— Курсы?

— Да.

— То есть ты до сих пор учишься?

— Уже в университете, на химическом факультете, — кивнула Лавиния. — Хотя это медленный процесс, и боюсь, он окончательно застопорится, когда я возьму к себе Рейчел. Такими темпами я получу диплом и начну преподавать только годам к тридцати.

— Ты учишься на химика?

— Да, — вздохнула Лавиния. — Я и представить себе не могла, насколько это долгий процесс.

— Это просто потрясающе!

Захар говорил совершенно искренне. Он словно смотрел фильм и вдруг надел 3D очки. Цвета и оттенки, которые он видел в Лавинии, стали ярче и насыщеннее, завораживая его своими переливами. В любой другой ситуации его бы это насторожило. Когда дело касалось бизнеса, Захар предпочитал избегать лишних деталей. Но с Лавинией все было иначе.

Самолет готовился к посадке. Симпатичная стюардесса убрала со столиков посуду и попросила их пристегнуть ремни. Зная, что приземление обычно пугает новичков даже сильнее, чем взлет, Захар неожиданно для себя предложил Лавинии взять ее за руку, но она рассмеялась и покачала головой:

— Я больше не боюсь. Чем дольше мы летим, тем лучше я себя чувствую. Кажется, мне даже начинает нравиться летать.

Словно в доказательство своих слов, Лавиния перегнулась через сиденье Захара, чтобы выглянуть в иллюминатор. Внизу, среди потрясающего великолепия океана и скал лежал Сидней, и этот вид никого не мог оставить равнодушным. Никого, кроме Захара, взгляд которого был прикован к Лавинии. Его ноздри наполнил нежный аромат ее духов, а руку жгло случайное прикосновение ее запястья.

Когда Лавиния подалась назад, их взгляды встретились. В серых глазах Захара она увидела отражение своего желания и предложение наконец дать выход энергии, уже не первый день сжигавшей изнутри их тела.

Лавиния сама поцеловала его, но в этом прикосновении губ не было смелости первого шага. Они уже давно сделали все первые шаги и были готовы двигаться дальше.

Как цезий, вступивший в реакцию с водой, тело Лавинии пенилось и таяло в умелых руках Захара. Он прошептал ее имя и чуть прикусил нежную мочку ее уха, словно предупреждая о своем желании. Но вместо того, чтобы целомудренно отстраниться, Лавиния только крепче прижалась к Захару. Ей не нужны были слова, чтобы выразить свою готовность отдаться на волю его рук и губ. Захар почувствовал это. Его ласки стали более дерзкими, а каждый новый поцелуй таил в себе отголоски грядущей бурной ночи.

Лавиния страстно отвечала на поцелуи Захара, но в глубине души ее терзало беспокойство. Она должна была вырваться из плена его губ и наконец признаться в том, что та смелая, чувственная женщина, которую он целовал, пробуждалась лишь в его объятиях, а ночью ему придется иметь дело не с ней, а с испуганной неопытной девчонкой.

— В эти выходные я столько вещей могу сделать в первый раз… — прошептала Лавиния, чуть отстранившись, и Захар победоносно улыбнулся, услышав в этой фразе обещание того, чего так долго жаждало его тело.

— Да, — продолжила она, нервно поправив упавшие на лицо волосы. — Сегодня я сделаю это впервые.

— Ты еще никогда не каталась на яхте? — снисходительно улыбнулся Захар.

— Нет, — покачала головой Лавиния. — Хотя да, я действительно никогда не каталась на яхте, но дело не в этом… — Было бы куда проще опять поцеловать его, чем произнести вслух эти роковые слова. — Я еще ни с кем не спала.

— Лавиния… — Он даже улыбнулся, услышав эту нелепость. — Мы же оба знаем…

— Что ты знаешь, Захар? — нахмурилась Лавиния. — Досужие сплетни, которых хватает в каждой крупной компании? Все шепчутся за моей спиной, болтают, что я спала с Алексеем, а может, и с Левандером, но слова — это всего лишь слова. Да, я могу посмеяться, пофлиртовать, умею подать себя, но это вовсе не значит, что я доступная, дешевая… Все в компании так думают. — Она бросила на него пронзительный взгляд. — Даже ты.

— Я так не думал, — покачал головой Захар.