Доказательство любви - Чиркова Вера Андреевна - Страница 47

— А можно поподробнее? — тотчас уронила печенье Дарочка.

— Помнишь, я говорила, что неплохо бы проверить, подходишь ли ты моему брату? Так получилось, что эту проверку мы проходим вместе, сегодня ночью я очень ясно это поняла. Пока ты спала, оборотни всей стаей пытались меня очаровать, и, несмотря на все мои амулеты и зелья, вожаку это почти удалось. На миг он стал для меня самым лучшим из мужчин — самым красивым, надежным, желанным, тем, в чьих объятиях забываются все беды, и единственным, чья любовь дарит высшее блаженство. Лишь чудо остановило меня в шаге от окна. Вдруг как живой привиделся Изрельс, его глаза, слова, руки. Вот в тот миг я отчетливо поняла — если бы оборотню удалась его задумка, сегодняшнее утро стало бы для меня последним. Можно спорить с любимым, доказывать свою правоту, иногда даже ссориться, но предавать нельзя ни в коем случае. Даже если простит он, самой себя простить невозможно.

— Ты хочешь сказать, что они начнут за мной ухаживать, эти зеленые и серые? — опешила Дарочка.

— Даже не сомневайся. Причем делать это они умеют в десятки раз изобретательнее и изысканнее, чем принц Геррик. Будет все, о чем мечтают глупенькие девушки всех стран и времен: шкатулки с драгоценностями, роскошные букеты десять раз на дню, пиры и развлечения, фейерверки и балы. А также пикники, охота, катание на верблюдах и лебедях по прудам, прогулки по саду чудес… все перечислять долго. Неужели ты не слыхала про Маржидат?

— Говорили про необыкновенные чудеса, но все уверяли, что попасть сюда невозможно, — припомнила озадаченная принцесса.

— Это гоблинская хитрость. Когда их вместе с семьями за мошенничество, коварные интриги и всевозможные проделки выставили изо всех центральных королевств и ханств, зеленые жулики оказались в почти голой пустыне. Тут жили лишь орки, занимавшиеся разведением верблюдов и торговлей солью. Дальше на юг лежат нескончаемые соляные озера. Но на соли много не заработаешь, никто не купит два воза, если ему нужен один. Да и копать соль никто из зеленых не хотел, они привыкли к легким деньгам. Вот и придумали сад чудес, и оркам пообещали за помощь сытную и легкую жизнь.

— А как же охрана и чудовища? — засомневалась ее ученица.

— Ну да посуди сама, пойдет умный человек в пустыню к заведомым лжецам, если они начнут расхваливать свои чудеса? — усмехнулась алхимичка. — Видишь, тебе сразу смешно стало. Вот и им пришлось поломать головы, когда никто не клюнул на завлекательные россказни. И вскоре поползли другие слухи. Что добраться до Маржидата не так-то просто, стоят на пути препоны и ловушки, сторожат проходы дикие звери и ужасные монстры. Следующей весной пустыню штурмовали идущие со всех сторон отряды и обозы, храбрецы и искатели приключений в одиночку и толпами рвались преодолевать преграды и уничтожать чудовищ. Так уж устроены все мужчины, за небольшим исключением, разумеется. Чем неприступнее скала, тем больше желающих на нее влезть.

— А исключение? — подумав, осведомилась принцесса и достала из вазочки румяный персик.

— Ну, этих отличить довольно легко, они изначально выбирают особый путь. Например, к ним относятся все темные маги, мудрецы, банкиры и некоторые правители из тех, кому власть досталась не по наследству и не за золото. Но об этом тоже поговорим позднее… если нам удастся отсюда уйти. Я специально назвалась твоей служанкой, да еще и имеющей право всегда жить вместе, теперь желающих меня сманить и перекупить будет поменьше.

— А для чего им тебя перекупать? — сразу заподозрила подвох Дарочка.

— Много для чего. Все жители Маржидата, особенно гоблины, живут очень богато, путешественники хорошо платят за возможность погулять по саду чудес. Да и орки не бедствуют, поэтому слуг найти очень непросто, особенно людей. Хотя гоблины и сманивают сюда бедных девушек из провинциальных городов и деревень, но действовать стараются очень осторожно. Опасаются заинтересовать совет правителей Айгорры. И если бы я не успела продать тебе кеори, сейчас нас с тобой везли бы на буйволах позади орков.

— Спасибо, Лета, — поблагодарила мгновенно просчитавшая разницу ученица.

И вдруг уронила персик и начала стремительно бледнеть.

Летуана перехватила ее взгляд и потрясенно замерла — из кисета вылезло нечто розовое и воздушное, как газовый бант. Поднялось, отряхнулось и оказалось миниатюрной, чуть больше безымянного пальца, девочкой с огромными синими глазками, в розовом платьице и с золотым кольцом вместо диадемы.

— Наконец-то! — В голосе высокой, статной женщины не слышалось ни неизменного счастья, ни простого радушия.

— Здравствуй, матушка, — широко улыбаясь, двинулся к ней Кадерн, втихомолку подтолкнув воздушной плетью застывшего статуей брата.

— Их тут не было, — тихо выдохнул тот в спину старшему, надеясь, что больше никто не услышит.

И глубоко ошибся.

— Явились? — показался в дверях кабинета мужчина с легкой импозантной сединой на висках. — Долго же вы набирались смелости.

Кадерн был похож на него, как близнец, только моложе на тридцать пять лет.

— Батюшка, — нахмурился главный придворный маг кайсамского хана, — не понимаю, о чем вы.

— Не о чем, а о ком. О вашей сестре, разумеется. — В голосе отца Тодгер расслышал разочарование и огорчение и обреченно вздохнул.

Прав батюшка, откровенно показывая сыновьям свое негодование и презрение. И хотя никто из темных магов не любит, просто ненавидит выслушивать чужие обвинения и поучения, но не от родителей. И не в таких вот случаях, когда напортачил так явно, что тошно даже самому.

— Мы пришли бы раньше, — объяснил он, виновато глядя на мать, — но не было времени. Пытались найти их по горячим следам.

— Их? — изумленно поднял бровь отец, и Кад с досадой скрипнул зубами.

Младший иногда бывает слишком сентиментален и наивен для темного магистра.

— Ну да, — процедил он сквозь зубы. — Летуана решила погулять не одна, а с невестой Тода.

— Темные силы, — охнула мать, сразу позабыв про напускную суровость, и ринулась к младшенькому: — Так ты наконец с ней обручился?

И замерла, разглядев украшавшие лицо сына цветочки.

— Он сделал все более романтично, — ощутимо шлепнув братца по спине воздушной плетью, поспешил спасти положение Кадерн, — но принцесса немного недопоняла и пожаловалась Летуане. А у той был портал… Изрельс ей ни в чем не отказывает. И теперь они где-то гуляют, но вы не волнуйтесь, их видели мои знакомые. Девушки были целы и невредимы. Еще веселились и шалили. Поэтому мы пришли предупредить: если они придут сюда, то задержите любым способом и немедленно отправьте мне вестника. Вот, я приготовил с запасом. И запомни, матушка, никто из нас на них за шутки не сердится и наказывать не собирается. Наоборот, все мы готовы просить прощения за невнимание, просто очень волнуемся. Изрельс места себе не находит, даже мне его жаль. И еще, самое главное. Рандолиз объявил нам безжалостную войну и первым нанес удар. Теперь он кровный враг мне, Тоду и Изру. Если узнаете, где он, посылайте мне вестника, не медля ни секунды.

— Так зачем тратить вестника, если он сидит в своем поместье? — еще бормотала матушка, а оба ее сына уже покрылись дымкой боевых щитов.

— Я вызываю Изверга, — буркнул Тод, точно знавший, чего учитель никогда ему не простит.

Единоличной расправы над общим врагом.

Кадерн только кивнул, начиная вплетать новые щиты и сторожки в закрывавшую имение родителей мощную защитную сеть.

— Нашли? — спросил выпрыгнувший из портала первым Изрельс, и его теща только поджала губы, рассмотрев вьющийся по лицу магистра цветочный узор.

— Рандолиза, — коротко сообщил Кадерн зятю и его спутникам, Даурбею и Мальгису. — А вы принесли?

— Вот, — деловито кивнул придворный маг султана, снимая с замков простой на вид шкатулки мощные охранки. — Четыре штуки.

— Мальгису не дадим, он пойдет с Тодом, — тотчас решил Кадерн и только после этого спросил хитреца: — Украл?