Ген бессмертия. Трилогия (СИ) - Алексеева Оксана - Страница 169

      Мне почему-то стало легче после того, как я это услышала. Начала расспрашивать Макса о его делах, но он опять не рассказывал ничего конкретного. Обещал, что будет звонить. И потребовал, чтоб я звонила ему, если возникнут любые проблемы.

      После этого я заметно успокоилась. Заварила себе чай и провела остаток вечера, щелкая по телевизионным каналам. Завтра пойду по магазинам, куплю себе что-нибудь… потрясающее. Хочу ему нравиться, хочу, чтобы он на меня смотрел. Хотя… кажется, с этим у нас проблем и нет.

      Я даже не удивилась, что он тут же предложил составить мне компанию в планируемом шопинге. Разговор об этом зашел сразу после длительного утреннего поцелуя в его кабинете, что стало уже практически традицией. За такое-то короткое время. Он спросил, чем мы будем заниматься вечером, а я ответила, что хочу прогуляться по магазинам.

      — Тогда я жду тебя после работы. По магазинам, а потом и перекусим где-нибудь. Завтра — выходной, — он не отпускал меня, крепко прижимая к себе.

      — Нет, Кай. Я хочу купить что-нибудь особенное. А потом приду к тебе на оценку, если не возражаешь, — я скрывала смущение за улыбкой. — Эдакий сюрприз!

      Он приподнял одну бровь.

      — Значит, ты мне сюрпризы делать можешь, а я тебе – нет? Ты же вчера об этом предупредила.

      — Именно!

      — Дискриминация по половому признаку! — возмутился он и снова прижался к моим губам.

      Я купила себе платье — красное с тонким легким подолом и довольно короткое — чуть ниже кружевной резинки чулок. К нему — черный тонкий плащик и ботильоны на шпильке. Оценила свой внешний вид и осталась довольна результатом, хоть и отдала за него почти всю месячную зарплату. Зачем я это делаю? Мне кажется, что моя одежда никогда его особо не интересовала… Не знаю, возможно, мне просто хочется вырвать из него пару комплиментов, потому что прямо о своем отношении ко мне он никак не хочет говорить. Но при этом однозначно дает понять, чего ждет от меня. Может, из-за этого мои мысли так и путаются?

      Он открыл до того, как я нажала на кнопку звонка. Я так и замерла с поднятой рукой. Улыбаясь, он жестом пригласил меня войти. Я вышла в середину его огромной квартиры-студии и покрутилась, чтобы продемонстрировать свой наряд, поощряемая весельем в его глазах.

      — Ну как?

      — Тебе идет, — он подошел к стойке, взял с нее бокал, в котором уже плескалось красное вино, и протянул мне.

      — И все? — я отпила, но всем своим видом постаралась изобразить возмущение его холодностью.

      Он наклонил голову набок, снова внимательно осмотрел меня, потом подошел и взял из рук мой бокал. Сделав глоток, отставил его.

      — Так, Наташ, все, с меня хватит этого этикета.

      Я растерялась:

      — Что?

      Он уже подошел почти вплотную и наклонился так, чтобы наши глаза были на одном уровне.

      — Я сказал — с меня хватит. Какого хрена мы чего-то выжидаем, играем друг с другом? Зачем? Сегодня мы ночуем вместе. Не обсуждается. Завтра утром можешь на меня обижаться и называть деспотом. Последнее желание?

      — А…

      — Вот именно, — и он схватил ладонями мое лицо, прижимаясь к губам. Я выгнулась навстречу, впуская его настойчивый язык в рот.

      О чем я вообще думала? Какие границы и правила могут быть между нами? Он и я — весь мир, а остальное — бредовые следствия бредовых правил.

      Я сама же оторвалась от его губ и начала целовать шею. Кай стянул с меня короткий плащик и просто откинул в сторону. А мне хотелось дальше, ощутить губами его кожу, поэтому я нервно перебирала пуговицы на его рубашке, освобождая все больше пространства для собственного желания. Темные соски, плоский живот, плечи с рельефом мышц, открывающиеся по мере стягивания этой ненужной одежды. Я никогда не видела никого красивее этого мужчины, который вот тут. Который мой. Подняв лицо, я снова взглянула в его глаза уже без сомнений и глупых терзаний. И где-то внутри темно-зеленых радужек увидела красный отблеск. Замерла. Но мысль об этом так и не успела сформулироваться, потому что он снова нашел мои губы — требовательно, без оглядки. Руками легко подхватил мои бедра, которые тут же обвились вокруг его талии. Я чувствовала себя невесомой и не ощущала, что происходит вокруг, поэтому столкновение спины с препятствием сзади стало немного неожиданным. Но, к счастью, не отрезвляющим. Он отпустил меня, перебирая пальцами вдоль всего тела, сжал грудь сквозь тонкую ткань, спустился вниз, притягивая за бедра уже по голой коже. И сейчас я возненавидела свое новое платье, которое было так некстати, на которое просто не было времени.

      Кай стянул с меня трусики рывком, а я только подняла ногу, чтобы освободиться. И снова подлетаю вверх, снова спиной в стену, снова растворяюсь в его силе, отдаюсь. Навсегда и без остатка. Я убью любого другого мужчину, если он посмеет меня коснуться.

      Он вошел, заполнил собой и на секунду замер, давая мне возможность подстроиться. Но я в эту секунду пожалела о том, что ничего не успела! Такое желанное тело осталось неизученным. Но и эта мысль исчезла, когда он начал двигаться. Я не скрывала стонов, продолжая целовать его, возможно, слишком страстно, совсем не сдерживаясь. И даже не заметила, как вперемешку с поцелуями начала кусать его губы, щеки, шею. В какой-то момент, наверное, прикусила кожу слишком сильно, потому что Кай вздрогнул и снова замер. А потом опустил голову так, что я не могла видеть его лицо. Но прийти в себя я так и не успела, ощущая новые толчки и приближение оргазма.

      Наверное, я сорвалась первой. Хотя ничего не могу утверждать с уверенностью. Почувствовать свое тело я смогла гораздо позже, уже на его руках. Кай нес меня к кровати. Потом бережно уложил, а сам лег рядом. Я чувствовала, как он гладит пальцами мое лицо — так нежно и аккуратно, будто совсем другой человек — не тот, что был пять минут назад. С трудом открыла глаза, но шевелиться до сих пор сил не было. Постепенно, очень медленно приходила в ясное сознание. На его шее осталась немного размазанной крови, хотя самой ранки видно не было. Такого я от себя уж точно не ожидала!